Где та грань, когда люди перестают быть людьми?
Где та грань, когда люди перестают быть людьми?
Два года назад 12-летний мальчик столкнулся с насилием. Со страшным насилием и унижением со стороны старшеклассников. Это мучительно больно и невыносимо стыдно. Стыдно было рассказать, попросить помощи, рассказать даже маме. Но мама заметила, что сын, который раньше с удовольствием ходил в школу, стал всячески стараться туда не ходить, стал хуже учиться, использовать любую возможность не идти в школу. Она спрашивала – что случилось, кто обидел. Но пацан молчал. Но ведь учиться надо! И ему приходилось идти туда, где его ждали, где над ним издевались старшие подростки. Они говорили – только расскажи, будет плохо тебе и твоей семье.
Когда это случилось снова, он пришел домой в таком состоянии, что мама поняла, что случилось что-то страшное, она смогла добиться от сына правды, и… Бросилась в школу, написала заявление в полицию. Подняли видео-камеры – там мать видела, что ее сына ведут в школьный туалет восемь старшеклассников.
Завели уголовное дело. И началось. На семью началось со всех сторон давление – ребенок врет, он придумал, это хорошие мальчики, такого не может быть! Ребенка преследовали и избивали насильники.
Дошло до того, что в селе, где жила семья, их позвали в дом ветеранов, и там – старейшины… «уважаемые» люди, говорили родителям – ну что теперь, ломать жизнь ребятам? Вы хотите, чтобы они сели в тюрьму? Они такие молодые, у них вся жизнь впереди! Мама говорила – ну как же так? Мой ребенок – ведь тоже ребенок, у него тоже вся жизнь впереди! Как ОН будет жить? На что ей отвечали – ну все же уже, случилось же, прошло. Забудьте, мол….
Уголовное дело закрыли. Мать вынудили написать отказ от заявления. Со слов ребенка, полицейские, заставили сказать на камеру - что он соврал. Может потому, что у одного из тех подростков отец – полицейский? Где сейчас эта видео-запись?
Семья была вынуждена бежать. В Алматы. Мама пришла к нам в офис, попросила помощи. «Вы же помогли мальчику из Абая? Моему сыну тоже нужна помощь!». Вы представляете, много лет назад, этому мальчику фонд помогал в оплате операции на глазки, которая прошла успешно, и он смог учиться в обычной школе. В школе, где спустя несколько лет его изнасиловали.
По просьбе матери мы оплатили независимое исследование, которое показало, что ребенок говорит правду. Насилие было…
Мы помогли матери составить письма, приложили свои, и отправили в генеральную прокуратуру, МВД, Президенту. В августе 2018 года дело было возобновлено, расследование поручили следователю департамента полиции Туркестанской области. И уже полтора года – дело стоит на месте.
Хотя я ездила в Туркестан в апреле прошлого года, встречалась с акимом, передавала из рук в руки письмо матери, результаты экспертизы, обращение от своего имени. Ничего не изменилось.
Основная доказательственная база которая уличала подростков в совершении преступления была уничтожена, со слов матери ребенка, когда она обратилась с заявлением о насильственных действиях сексуального характера в отношении ее сына, в РУВД Казыгуртского района, просматривались видеозаписи с камер наблюдения школы, на которых четко было видно восьмерых подростков которые заходили в туалет школы, однако, в последующем данные видеозаписи не были изъяты и их не оказалось в материалах дела.
Несмотря на старания следователя ДВД Туркестанской области, личность оставшихся двух фигурантов не установлена, шесть подозреваемых подростков отрицают свою вину, свидетели, которые могли подтвердить слова потерпевшего и помочь прояснить ситуацию, стали отрицать, что видели, что мальчика останавливали подозреваемые и заставляли остаться с ними, видеозаписей на которых были подозреваемые своевременно не были изъяты следствием и, в последующем были удалены с жестких дисков, поскольку запись храниться не более месяца. Дело стоит на месте и сдвинуть его с мертвой точки, не представляется возможным из-за отсутствия оперативной работы, потерянного времени и исчезнувшей доказательственной базы.
Так же законному представителю стала известна информация о том, что родители и родственники некоторых «потенциальных подозреваемых» свидетелей, имеющих право на защиту, являются в Казыгуртском районе высокопоставленными чиновниками, и у нее есть основания полагать, что это повлияло на ход первоначального расследования.
На сегодняшний день остаются не проведёнными многие действия, которые могли бы установить правду. А ребенок – уже не верит ни в справедливость, ни в закон. Не верит в правосудие. Не верит в свою страну, и людей, которые в ней живут.
Этот мальчик, еще в самом начале, когда мы стали помогать, когда была надежда, что все будет по закону, говорил мне – Аружан тате, я так за вас боюсь, они страшные люди… Мальчишка, который пережил страшное насилие, переживал за взрослых – тех, кто ему помогает, за своих близких, и не знал как защитить…
Семья живет на съемной квартире в Алматы, многодетная семья, родители инвалиды – одни против системы? Бежали бы люди из своего села, где у них была крыша над головой? Хорошо есть наш фонд, и мы помогаем оплачивать жилье, переезды на следственные действия, которые выглядят как издевательство – едут адвокат, ребенок с мамой, нами оплачивается дорога, гостиница адвокату, а по приезду – не могут собрать участников очных ставок, и все начинается сначала! Сколько денег нас вынудят еще потратить на эти поездки, на так называемые «следственные действия»?
Снова и снова ребенок должен переживать то, что с ним сделали, а всем – все равно? Как может вести следствие один следователь из Туркестана – без следственной группы?
Я обратилась к Президенту Токаеву, с просьбой передать это дело на расследование в Генеральную прокуратуру. Я выразила абсолютное недоверие правоохранительной системе, управлению образования, Туркестанской области и прокуратуре области.
Но я хочу спросить – когда люди перестали быть людьми? Все те, кто затыкает рты детям, жертвам насилия, кто обвиняет детей во лжи, угрожает, вынуждает семьи бежать из их дома? Когда вы стали думать, что для вас нет закона, и что вам можно все?
Эти подростки – они результат вашего воспитания. Примера, который вы им подаете! Они делали это тогда, когда местные власти, руководители школы, педагоги, полицейские – защищали насильников, издевавшихся над 7-милетним мальчиком из Абая. Они поняли – что так можно, и нужно делать, что вы – взрослые, не будете защищать жертв. Вы будете защищать насильников.
Да, потом справедливость, если можно так сказать – восторжествовала, и по делу в поселке Абай был вынесен приговор! Но этот приговор не отменит насилия над ребенком.
А взрослые – посеяли зерна, которые взошли, и породили другое насилие. А вы не думаете, что завтра – будут насиловать ваших детей и внуков? Или убивать? Что должно произойти, чтобы вы остановились? Чтобы вы стали жить по закону, и если у вас нет совести, то хотя бы из страха перед богом, если вы в него верите, из-за страха за своих детей – перестали порождать и плодить зло?
Это все происходит в селе Казыгурт Туркестанской области. И я думаю, что если полиция и прокуратура не могут расследовать преступление, если они бессильны, и не могут защитить одного несчастного ребенка, они должны уйти в отставку. Так и сказать – мы не можем делать эту работу. Но это не отменяет того, что все кто причастен к сокрытию преступления, должны ответить перед законом и понести максимальное наказание. Теперь – это уголовное преступление, и если кто-то готов покрывать преступников, пусть будет готов отсидеть за них реальные сроки.
Я хочу сказать, что у нас есть дела, где вопиющие нарушения прав детей. И мы планомерно, терпеливо, в рамках закона предпринимаем действия чтобы защитить детей, их права, восстановить справедливость. Но иногда, в некоторых регионах, мы не можем добиться никакого результата.
Любому терпению приходит конец, и тем более, если мы сами доходим до отчаяния, и упираемся в непреодолимую стену, просто приходится прибегать к общественному резонансу. Когда просто не остается другого выбора:-(
informburo.kz