Гавань надежды
О Розе Кремер я знаю очень мало: лишь то, что 23 июля 2006 года ей исполнилось 60 лет, и что большую часть своей жизни она провела в Казахстане, а потом приняла гражданство ФРГ. С её младшей сестрой Юлией Вебер, возглавляющей Общество по содействию переселенцам в округе Клеве (земля Северный Рейн-Вестфалия) «Гавань надежды», я познакомился ближе. В кругу эмигрантов из СНГ общество «Гавань надежды» больше известно как «русское общество». Хотя помощь оно оказывает не только русским, и не только для русских открыты его двери.
– Я не могу вновь пришедшего человека с порога спрашивать о том, какой он национальности, – объясняет Юлия Вебер. – Не собираюсь и не хочу этого делать. В нашем обществе есть русские, немцы, белорусы, украинцы, голландцы, один араб... В общей сложности 500 человек из всех 15 городов округа Клеве.
12 декабря 2004 года Общество по содействию переселенцам «Гавань надежды» отметило своё десятилетие. Стены, окно, дверь и шкаф маленького бюро увешаны рисунками, брошюрами и плакатами – тем, чем была отмечена жизнь зашедших в эту гавань людей за десять лет. А люди здесь очень разные. И не только по национальности, но и по своим увлечениям, пристрастиям.
Например, семь лет каждую неделю здесь проходят соревнования по баскетболу между детьми и взрослыми. Их на общественных началах организовывает Виктор Маст. Бывший карагандинец Йохан (Иван) Рихтер – адвокат, имеющий собственное бюро в Клеве, каждую среду даёт бесплатные юридические консультации. Долгое время детскую и молодёжную работу вела Валентина Вейт, тоже из Караганды. Сейчас она вместе с Еленой Туэн занимается организацией многочисленных концертов и праздников в «Гавани надежды». А вот с техникой на концертах работает «чистый немец» Райнгольд Тельберг. Он же верстает те самые брошюры, буклеты и ежегодный информационный листок о жизни общества.
Рассказывая об этом, Юлия Вебер положила на стол сначала огромный фотоальбом с надписью «Гавань надежды. 10 лет», затем – двенадцатистраничный выпуск информационного листка за 2005 год. Последний, несомненно, заслуживает персонального абзаца. В нём рассказывалось об успешно реализованном проекте «Усиление русско-немецких женщин», направленном на социальное, физическое и духовное укрепление дам-иммигранток в Германии: о встречах в евангелическом приходе, семинарах, разного рода вечерах для матерей и дочерей, о спортивных состязаниях, компьютерных и языковых курсах, дискотеках, выездах на природу, праздниках... Кстати, о праздниках. Русско-немецкая редакция этого издания слова «Дед Мороз» и «Снегурочка» на язык Гёте и Канта так и не перевела. Вряд ли у солидных редакторов не хватило на это лингвистических средств или, скажем, желания. В мире элементарно нет аналогов этих милых персонажей. Так и остались Дед Мороз со Снегурочкой русскими буквами красоваться в немецком тексте.
Есть в «Гавани надежды» очаровательная танцевальная группа «Экспрессия» из восьми девочек. Две из них – Таня и Оля – ещё в России восемь лет серьёзно занимались хореографией. Вообще эту пару Юлия очень хвалила, пока мы листали фотоальбом.
Но встречаются и примеры подлинного мужества. Ежегодно в «Гавани надежды» проходит конкурс на лучший танец. Организацией соревнования занимается местный немец Винфрид Клаус. В последнем конкурсе первое место занял мужчина, инвалид, получивший серьёзную травму опорно-двигательного аппарата на производстве. Но станцевал он так, что жюри почти ничего не заметило, да и не знало оно о травме конкурсанта. Танец был признан лучшим.
У истоков создания Общества по содействию переселенцам в области Клеве стоял замечательный старик, немец Карл Йорданс. В феврале 2005 года его не стало. В завещании Карла Йорданса в числе последних была просьба похоронить его как можно скромнее, а деньги, которые могли бы пойти на цветы и прочее, отдать «Гавани надежды». Впоследствии это завещание было опубликовано в газете.
– Мы очень часто выступаем в прессе с официальными письмами, – говорит Юлия Вебер. – Благодарим, жалуемся, даём кому-нибудь отпор. Однажды нам позвонила некая Иза Шрёдер и заявила, мол, почему вы рассказываете своим ПЕРЕСЕЛЕНЦАМ только о правах, а об обязанностях им не говорите? Почему ОНИ моют свои машины прямо около домов?! Я ей даже ответить ничего не успела. И номер её телефона, как назло, на определителе не высветился. Я тогда написала открытое письмо в газету, в котором, конечно, признала оплошность соотечественников, но и очень убедительно попросила впредь не делить граждан Германии на коренных и пришлых. Местные немцы ведь тоже так делают!
Много разных случаев вспомнила Юлия. В официальных сводках полицейских, периодически публикуемых в печати, можно прочесть, что такой-то говорил по-русски. «Почему бы не написать, что остальные, например, говорили по-немецки, по-английски или по-турецки?» – возмущается Юлия.
Однако переселенцам приходится не только помогать, но и бороться с ними, с их чванством, завышенной самооценкой. Некоторые наши соотечественники, успешно начав бизнес в этой стране, впоследствии увлекаются так, что вместе с рекламой собственного товара, например, могут наговорить гадостей о конкурентах. Порой до смешного доходят ситуации со страхованием. В Германии страхуют всё: от здоровья до недвижимости. И один грамотей с просторов бывшего Советского Союза заСТРАХовался так, что почти не оставил ни себе, ни своей семье денег на существование. Наделал страховок на все случаи жизни, а о самой жизни забыл... Выручать таких земляков приходится «Гавани надежды».
Разглядывая фото актива общества, Юлия Вебер мечтает о небольшом, но сильном комитете, хотя бы из десяти человек: «Мы бы тогда могли горы свернуть». Если обратиться к целям «Гавани надежды», то первой будет помощь переселенцам (вначале только русским, сегодня – всем) в интеграции в германское общество, второй – поддержка русской культуры. Но есть третья, дополнительная цель – помощь молодым иммигрантам в самореализации. Чтоб свернуть такие горы, действительно нужно сильное правление.
Частичное финансирование «Гавани надежды» взяла на себя евангелическая Церковь Примирения: администрация Клеве поощряет её за это. Все члены общества платят взносы – 15 евро в год; на дискотеки и концерты они проходят по вдвое меньшей цене, чем люди «со стороны». Если повезёт, для проведения какого-нибудь мероприятия находятся спонсоры. Кое-какую аппаратуру, когда та нужна, «Гавань надежды» на время арендует у других организаций. Серьёзные проекты обговаривают с представителями правящей партии. Если нужно, едут для этого в Берлин, как это было при подготовке проекта «Усиление русско-немецких женщин». Помощников у «Гавани надежды» хватает, но и отчётов, соответственно, немало.
– Отчитываемся за каждый потраченный цент! Перед Евангелической церковью в Берлине, например. – С этими словами Юлия достала из переполненного шкафа папку. – У нас от спонсоров секретов нет.
Юлия Вебер живёт в ФРГ уже пятнадцатый год. Родилась в Казахстане, в селе Новодолинка Целиноградской (теперь – Акмолинской) области. Когда пошла в первый класс сельской школы, говорила лишь на швабском диалекте немецкого языка. Соседские дети и даже кое-кто из учителей называли её фашисткой. Было обидно, больно. Но никакой неприязни к немцам у маленькой Юли не было и сегодня нет. В Германию она переехала с мужем, затем перевезла сюда братьев и сестёр.
– За всё время, что мы живём в Германии, я на Родине не была ни разу. Но очень хотела бы поехать в Казахстан. Хоть все и отговаривают: село почти полностью было разрушено ещё в середине девяностых годов двадцатого века. Всё равно хочу съездить домой. Была с мужем у его родственников в Саратове. Ездила в Беларусь, Украину, а в Казахстан – нет...
В Целинограде Юлия Вебер работала учителем русского языка и литературы. В Клеве она преподаёт немецкий язык, математику и некоторые другие дисциплины в профильной школе. Ещё работает с «трудными» детьми. А в свободное время – «Гавань...». С 14 до 40 лет Юлия вела дневник. Когда переезжала в Германию, сожгла его. Зачем – не может объяснить даже сейчас.
– Может, буду вновь вести дневник, писать стихи, как раньше. Но только лет через десять, когда уйду на пенсию. И тогда вы услышите о поэтессе Юлии Вебер. А вообще люблю петь! В песне просто расцветаю. И другим эту любовь стараюсь привить. В нашем обществе песню «Надежда – мой компас земной» поют и на русском, и на немецком языках. Мы ведь как-никак «Гавань надежды».
А ещё вечерами Юлия Вебер редактирует стихи своей старшей сестры Розы Кремер, которые наполнены всё той же тоской по дому, по селу Новодолинка Целиноградской области:
Поля пшеничные мне снятся,
Деревья белые в снегу.
Кому-то в снах хочу признаться:
«Я всё ещё домой хочу!»…