10:05, 11 апреля 2018

Фотографии из лагеря смерти Mauthausen

Совсем скоро улицы заполнятся марширующими людьми, истертые памятники скроются под бесчисленным количеством гвоздик, а на экранах телевизоров будут вновь и вновь совершать свой подвиг бесстрашные девчонки, летчики, офицеры. И совсем скоро мы вспомним, что живём.

Зимой мне прислали фотографии. С тех пор я безуспешно пытаюсь выдавить хоть строчку об увиденном. Это фотографии из концентрационного лагеря Mauthausen, который действовал около города Маутхаузен с 1938 по 1945. За это время из 335 тысяч человек были казнены свыше 122 тысяч узников.

Много слов было сказано, выкрикнуто, выплюнуто: и пронзительно отчаянных, и безнадежно горестных, и бессильно яростных. И за каждым словом стоит история человека, которую невозможно описать. Сухо скажем о том, когда жил, что ел и пил, кого любил и ненавидел и как умер. И никак не передать того, что видят глаза сквозь толстые прутья барака, что чувствуют ноги, шагающие маршем смерти, что испытывают пальцы, в последний раз прикасающиеся к ребёнку.

Кинуть горсть патетичных высказываний о свободе, о мужестве, любви к Родине с высоты хорошо защищенных трибун, посмотреть парад по телевизору, выпить сто грамм.

Мы ничего не знаем о том, что было. Было в действительности, существовало не так давно, здравствовало, выпивая жизни одну за одной. Мы вообще ничего не знаем.

Нельзя давать памяти остыть, равнодушно пожимая плечами. Надо найти в себе мужество: пройти по пустым газовым камерам, дотронуться до заржавевшего крематория, оглядеться в пределах решётки. Чтобы узнать.

По возможности я буду комментировать фотографии, рассказывая, что находится в том или ином помещении.

План:

Внешняя сторона:

Внутренний двор:

Жилые комнаты. В этих помещениях люди существовали. Вычищенные до блеска полы и стены видели совершенно другие картины. Они видели людей, лежащих вшестером на одной кровати, видели смерть от голода и холода.

27 деревянных бараков не отапливались. Был и лагерь на улице, под тентом.

Когда во второй половине войны в Маутхзаузен эвакуировали маршами смерти узников из ближайших лагерей, перенаселенность достигла пика. Если раньше люди спали на кроватях (от 4-х до 8-ми человек на одной), ток концу войны большая часть спала на полу. Редко когда узники могли спать дольше 6 часов, а чаще и меньше. За каждым бараком наблюдали двое солдат.

Во второй половине войны Маутхаузен функционировал как центр управления десятком внешних лагерей, расположенных поблизости, и откуда распределяли узников (по национальности и степени «вины»). Сюда отправляли умирать тех, кто не мог работать.

Сейчас во многих бараках люди оставляют записки.

Печи для нагрева воды. Людей обмывали, когда они приезжали в лагерь. Если они были пригодны для работы.

Умывальня. Многие люди переставали мыться, потому что не видели смысла. Маутхаузен во второй половине войны превратился в рассадник болезней: многие умирали не от казней, но от туберкулёза и дизентерии.