Феминизм. Обратная сторона

С приходом последних событий в моей жизни, а точнее сказать, создания семьи, мы с мужем стали обсуждать тему моего трудоустройства. На данный момент я являюсь студенткой, и о работе пока не думала. Муж, пришедший с работы, стал интересоваться, хочу ли я вообще работать. В связи с этим, у нас назрел спор, причиной которого является разный тип семей, в которых мы с ним росли. И я, услышав нотки упрека в свой адрес по поводу того, что я "не хочу развиваться и сижу дома", поняла, насколько тяжелее стало жить нам - женам и мамам.

Объясняю почему: во времена советские всё шло по определенному плану - девушка выходила замуж, и о работе даже не мечтала. Становилась "келин". Следила за домом, создавая уют в нем, время от времени ухаживала не только за детьми и мужем, но и за его родителями. В такой семье росла и я. А муж, долгое время проживший в Америке, и повидавший тот "дух феминизма", что там царит, понял одно: жена, сидящая дома, т.е. домохозяйка - это овощ, который ничего кроме тарелок и кастрюль не знает.

Я горжусь тем, что он разрешает мне быть свободной, жаждет видеть во мне развитую, умную женщину, с которой не стыдно выйти в свет и обсуждать смену очередного президента США. И после этого разговора, я поняла, что современная жена, она же и мама, и келин, не сидит дома и не ждет мужа после работы, как идола, в зашарканном халате, пахнущем баурсаками. Сегодня она - успешная, реализовавшая себя на работе женщина, которая следит за своей внешностью, т.е. регулярно посещает спортзал, в выходные дни ее ждут спа-салоны и стилисты. В то же время дома она наготовит борщей на обед, котлет на ужин, проследит за успеваемостью детей в школе, развезет их на секции по плаванию и фортепиано, погладит дюжину рубашек мужа, время от времени протирая полы в доме.

Я не лентяйка, я - современная женщина, я буду и хочу работать, как бы тяжело не пришлось, но не кажется ли вам, что эпоха сильных независимых женщин, о которой мы мечтали, уже наступила и повлекла за собой еще больше трудностей, продумать которые мы забыли.