Ержан Рашев. Человек на балконе. Глава 1.

Человек на балконе. Глава 1.

Я вижу древние города на поверхности воды. В минуты самого тяжелого отчаяния они плывут. Она написала о том, что любит, что я ей дорог и вообще, ей тяжело уезжать. Пустые слова уставшей от жизни и кобелей сучки, такие же пустые как сожаления о ненаписанных когда-то книгах и альбомах, что роятся в моей голове. Мир пуст. Нас окружает холодная бездна, и мы часто забываем об этом, согревая себя искусственным электрическим светом и словами о любви. Мы утешаем себя мыслями о загробной жизни, всесилие прогресса, горячим чаем и сигаретками, но где-то в глубине души мы знаем – там ничего нет, и нет ничего вокруг. Горящий Карфаген сдвинулся с места. … Так по обыкновению думаю я, выходя на балкон своей квартиры в зеленом ворсистом халате, полосатых трусах и тапочках. Если в полуденный час вы будете спускаться вниз по улице Байсеитовой от Новой Площади, вы обязательно пройдете через разноцветный осенний скверик, эдакий лиственный коридор, пахнущий глумливой молодостью. Двигаясь дальше на северо-запад и пересекши улицу Абая, посмотрите направо и обратите внимание на балкон четвертого этажа старого благородного дома. Там буду стоять я, надменный и самодовольный, в халате или в трусах, плюющий на вас или стряхивающий пепел со своей сигареты. Позвольте представиться: меня зовут Ержан Рашев, мне 26 лет и я алматинский лузер. Живу я в городе яблок совсем недавно, что-то около шести месяцев, три из которых я совершеннейшим образом не могу вспомнить. Вернувшись из десятилетнего пребывания за границей, где я довольно долго предавался самым низменным увлечениям жизни, я нахожу себя здесь, в южной столице, пялящимся на собственное отражение в треснутом оконном стекле. К своему двадцать седьмому дню рождения я приближаюсь в неплохой форме (тьфу-тьфу-тьфу). Выгляжу хорошо – за это следует поблагодарить шеренгу собственных предков, хотя, если признаться честно, гены у них не самые положительные. В моей родословной есть и несколько ярчайших примеров маниакально-депрессивного синдрома, и очень много случаев самых запущенных ступеней алкоголизма. Я также запрограммирован на худые кости, близорукость, варикозные вены, ожирение, неуклюжесть и слабый характер. Это я к тому, что каждый мой день есть борьба с собственными слабостями и утверждение самого себя как личности – как бы не свихнуться, не запиться, не запустить свое тело, как бы стать тверже. Что еще? Каждый божий день я хожу на работу. В офисе одной весьма крупной французской компании я протираю свои штаны с девяти утра до шести вечера. Мое иностранное образование и вымученный опыт работы в известном швейцарском банке очень впечатляют моих французских и казахских коллег, хотя я там ничего не делаю. Может быть, пару бумажек переберу за целый день, вот, пожалуй, и все. В остальное время я с удовольствием пью крепкие алкогольные напитки в своей квартире и курю сигареты на балконе. Обыкновенно в пьяном состоянии я похож на раненую дворовую собаку – сижу или лежу вальяжный, страшный, весь покоцаный, рожа пропитая, волос на голове более чем дохуя, сигарета в руке, манеры наглые, речь хриплая, высокомерие бьет через край, честолюбивый как свинья. Лично я бы с таким не стал дружить, я такого бы не взял на работу, и гулять с таким не стал бы и не доверил бы ничего. Не мудрено, что я автоматически вызываю лютую ненависть многих окружающих меня людей. Они глядят на меня и пальчиками трясут – мол, вот этот долбоеб, смотрите на него и не будьте такими как он. Да разве знают они обо всех моих невероятных наблюдениях и кошмарных опытах! Как по Нью-Йорку бродил в жгучем зимнем ветру одинокий, как в степных широтах Казахстана пропадал, как тонул в море Средиземном, как изнемогал и бессилел. Не знают, нет. И хули звали меня тогда, если я не имею права на свою интонацию. Что, не нравятся вам мои нехорошие, неуютные поступки и речи? Жопа у вас от негодования трескается? Fuck you! Неистово! Лучше уж одиноким волком, чем с вами.

Но ведь есть еще и те, кому я нравлюсь! Их мало, но они есть! Были же девочки и леди, которые искренне и страстно меня любили, да и сейчас любят, в этом я уверен, ибо сужу по их откровенным письмам и сердечным словам и надрывам. Не могут же они любить за один только хуй. Я злой, я нервный, я нехороший, я много думаю об ужасах космоса и мало думаю о реальности, я приготовил себе хреновое будущее, я кончу плохо и в жутких муках, но я горжусь и наслаждаюсь этим. И я уверен, что я лучше их всех – и узких домашних поэтов, и жопатых рабочих и всяких там псевдобунтарских пацифистов. В любом случае, хоть я и мечтатель, но, по крайней мере, не озябший молодой человек, собирающийся спрыгнуть с моста, в кулаках моих еще есть сила и сердце бьется и голова пашет, и все это на фоне тревожного алматинского неба – и в этом есть своя красота.

https://t.me/yrashev