Дуэль пропагандистов (6) вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года
Д-р Дмитрий Сергеевич Хмельницкий (урожд. 1953 в Москве) может позволить себе писать правду о междувоенных сталинских временах и годах Второй мировой войны, поскольку не только имеет мать-еврейку, но и ещё в 1987 году эмигрировал в Германию, где уже жил его российский отец, архитектор и археолог, эксперт по Таджикистану Сергей Хмельницкий (1925–2003). В первом своем тексте, который полностью приводим ниже, Автор говорит прямо, что в 1939 году Сталин спровоцировал мировую войну на истощение между европейскими странами путём совместного с Германией захвата Польши:
15 тезисов о советской победе над Германией
1. У советской победы во Второй мировой войне была длинная тяжелая предыстория и не менее длинная цепь трагических последствий.
Они придают празднованию «дня Победы» 9 мая характерное послевкусие.
2. Сталин начал готовить СССР к мировой войне в начале 1927 года.
Тогда планы первой пятилетки, изначально осмысленные и рассчитанные на реальное развитие экономики, подверглись переделке с целью выжать из населения средства на строительство ВПК за счет деградации всех остальных областей экономики, снижения уровня жизни до минимально возможного и превращения всего труда в СССР в принудительный. Сама идея внешней агрессии (под условным названием «мировая революция») была очень близка всей советской верхушке, но в обозримом будущем недостижима. У СССР не было собственной танковой, автомобильной и авиационной промышленности. И было очень немного средств, которые можно было инвестировать в строительство ВПК без риска разрушить ради этого народное хозяйство. Сталин пошел на уничтожение в стране гражданской экономики, как только добился верховной власти в Политбюро.
3. Сталинская индустриализация имела исключительно военный смысл.
Строительство военной промышленности в первой пятилетке и оснащение армии военной техникой во второй пятилетке были ключевой частью советской подготовки к Второй мировой войне, запланированной на вторую половину 30-х годов. Иного смысла в проведении индустриализации сталинскими методами и со сталинскими целями увидеть невозможно. Успех первых пятилеток всегда измерялся в тоннах произведенного металла, угля, нефти, киловаттах электроэнергии без указаний на то, какая конечная продукция должна была быть произведена и какую пользу она могла принести населению. В реальности, вся новая промышленность была нацелена только на оснащение армии и обеспечение ее жизнедеятельности — при одновременном падении уровня жизни населения.
4. Подготовка к войне потребовала в мирное время не намного меньше жертв среди советского населения, чем сама война.
Практически все потери населения во время коллективизации, индустриализации и многочисленных волн террора времен первой и второй пятилеток были следствием и условием сталинской милитаризации страны в процессе подготовки к мировой войне. Их вполне можно считать жертвами сталинского военного планирования.
5. Внешней военной угрозы для СССР вплоть до заключения пакта Молотова – Риббентропа не существовало.
За все время существования Советского Союза у него не было внешних врагов, способных и готовых на самопроизвольную агрессию против СССР с целью захвата его территории. «Вероятных противников» Советский Союз всегда выбирал себе сам из числа соседних стран, в отношении которых готовилась военная агрессия.
6. Главными «вероятными противниками» СССР в 30-е годы были непосредственные соседи — Польша, прибалтийские страны, Румыния…
Главными внешнеполитическими врагами — Англия и Франция, союзные соседним странам. В начале 30-х Красную армию готовили к победе над объединенными вооруженными силами всех западных соседей. Если такой союз и мог быть реальным, то только в условиях советской агрессии на запад, и никак не наоборот. Только совместный с Германией захват Польши и возникновение непосредственной границы между СССР и Германией превратил Германию в первоочередной объект объект будущей агрессии.
7. Во внутрисоветской пропаганде 30-х годов нацистская Германия никак не выделялась в худшую сторону среди «буржуазных» стран.
Отношение к ней скорее было более благожелательным, чем к западным демократиям. Оно стало демонстративно дружеским после заключения пакта 1939 года, одновременно с резким усилением тайной подготовки к нападению на Германию.
8. Первые попытки Сталина вступить с Германией в военный союз против западных стран датируются 1935 годом.
К тому времени СССР нарастил уже значительную механизированную армию.
Союз с Германией, имевшей территориальные претензии к соседям, был для Сталина единственной возможностью спровоцировать мировую войну среди европейских стран и вырваться за пределы собственных границ в Европе.
Эту возможность удалось реализовать только в 1939 году, когда Германия тоже обзавелась боеспособной и готовой к агрессиям армией.
9. Пакт Молотова – Риббентропа 1939 года имел для обоих партнеров разный смысл.
Для Гитлера он означал приобретение территорий на Востоке Европы при гарантии безопасности со стороны СССР. Мировой войны с западными демократиями Гитлер рассчитывал избежать. Пакт с Советским Союзом Гитлер заключал в полном соответствии с идеологическими тезисами, изложенными в «Майн Кампф» (при наличии двух ключевых потенциальных противников — Англии и России — необходим союз с одним из них против другого, но только в том случае, если союзник обладает сильной механизированной армией).
Для Сталина пакт означал провоцирование войны на истощение между европейскими странами,
в которую СССР мог вступить в удобный момент и остаться единственным победителем. Из двух партнеров именно Сталин был тем, кто изначально планировал нарушить пакт и напасть на партнера.
10. Нападение Германии на СССР было вынужденной попыткой действий в патовой ситуации.
Гитлер приказал готовить нападение на СССР, когда выяснилось, что союзник на Востоке превратился в главную военную угрозу, а война с Англией не может быть завершена без концентрации против нее всех военных резервов. Гитлеру приходилось держать десятки дивизий на восточной границе, при нехватке сил для окончания войны с Англией. Нападение на СССР противоречило тезисам «Майн Кампф», изначально исключавшим для Германии войну на два фронта. Но такая война стала неминуемой уже в момент заключения пакта в августе 1939 года. Целью нападения на СССР был разгром Красной армии и отбрасывание Сталина на восток (линия Архангельск – Астрахань), откуда он уже не мог бы представлять реальную военную угрозу. Проблема освоения захваченных территорий была в этом планировании вторичной.
Катастрофический разгром кадровой Красной армии летом 1941 года стал очевидным следствием ошибки в расчетах сроков нападения на Германию. 22 июня Красная армия находилась на заключительном этапе развертывания для нападения и была неспособна обороняться. По ту сторону границы ситуация была зеркальная. Если бы Сталин успел напасть первым, такой же разгром ждал бы вермахт. За тем исключением, что у Германии, в отличие от Сталина, не было серьезных военных резервов и территорий для отступления. Поэтому выход Красной армии к Ла-Маншу мог быть делом считанных месяцев.
11. По общему количеству жертв государственного террора и военных преступлений Советский Союз далеко опередил нацистскую Германию.
К моменту начала Второй мировой войны [01.09.1939] на счету нацистского режима
не было и тысячной доли тех преступлений, которые были уже совершенны советским режимом в 20-е и 30-е годы.
Геноцид «еврейской расы» во время войны приблизил в этом отношении Германию к СССР, но не позволил его догнать. Немецкий оккупационный режим был очевидно преступным; немецкие власти отвратительно обращались с населением оккупированных ими советских территорий. Точно так же очевидно, что
советская власть с тем же населением до (и после) немецкой оккупации обращалась намного хуже.
За «мирное» предвоенное пятнадцатилетие советское население пережило множество волн террора, а количество его жертв вполне соизмеримо с количеством жертв военного времени. Этим объясняется огромное количество добровольцев из местного населения (около миллиона), служивших в вермахте. После окончания Гражданской войны и подавления крестьянских восстаний 20-х годов население СССР впервые получило возможность выступить с оружием в руках против советской власти.
После окончания войны и ликвидации нацистского режима советский террор только усиливался и в самом СССР, и на захваченных им территориях.
12. Обращение советского руководства с собственными солдатами не сильно отличалось от обращения с заключенными.
С точки зрения гражданских прав между ними тоже не было особой разницы, разве что солдат (иногда) лучше кормили. Сталин воевал таким же первобытным образом и с такими же потерями, с какими он строил военную промышленность и вообще все, что считал для себя нужным. Отсюда и гигантские потери в живой силе как на фронте, так и в «мирном» строительстве, и в ГУЛАГе. Рекрутирование населения в ГУЛАГ тоже сильно напоминало рекрутирование в армию. И там, и там живая сила изымалась из населения плановым образом в необходимых для решения правительственных задач количествах. По принятому перед войной дисциплинарному уставу командир имел право применять силу и оружие для принуждения не повинующихся приказу и для восстановления дисциплины. Это было воспринято в войсках как официальное разрешение рукоприкладства.
Причем били не только офицеры солдат, но и генералы офицеров.
Заградотряды начала войны, стрелявшие в спину отступавшим, взятия городов к праздникам с засыпанием немецких окопов собственными трупами — все эти варварские методы ведения войны делали шансы солдат выжить призрачными. Дисциплину в войсках можно было поддерживать только еще большим страхом, чем перед врагом. Отсюда и невероятное количество солдат, расстрелянных по приговорам военных трибуналов, — около 150 тысяч. Неосторожно сказанное слово грозило солдату не лагерем, а верной смертью. Сдаваться в плен было запрещено еще довоенным законодательством. Пленный автоматически считался изменником Родины. Побег из плена и возврат к своим сулил не спасение, а новые издевательства и в лучшем случае штрафбат.
13. Термин «освободители» к военнослужащим РККА не подходит категорически.
Слово «освобождать» означает: «делать свободным». Сталинский режим никого не мог освободить по определению. И никого освобождать не собирался. С тем же успехом можно было бы и нацистов считать освободителями от большевиков. Оба варианта в равной степени абсурдны, поскольку от себя обе стороны никого освобождать не собирались.
Массовые преступления против гражданского населения оккупированных стран (не только в Германии) инициировались командованием. Как и массовое мародерство. Это была форма компенсации солдатам за годы постоянного унижения, страха и нищеты. Гораздо более серьезным проступком, чем насилие и мародерство, было в глазах советского командования и органов мирное и тесное общение солдат с местным населением. Браки советских людей с иностранцами были тогда запрещены. На массовые изнасилования командование до определенного времени не обращало внимания. Но роман советского солдата с местной девушкой мог рассматриваться как измена Родине со всеми вытекающими отсюда последствиями.
14. Окончание военных действий на европейском театре Второй мировой войны 8 мая 1945 года одновременно фиксирует и формальное начало массового советского террора на оккупированных СССР территориях.
Позже эти территории были превращены в страны-сателлиты, управляемые марионеточными режимами. Фактически террор начался раньше, одновременно с оккупацией этих территорий советской армией. Ликвидировались демократические правительства и движения. Уничтожению подвергались члены некоммунистических партий, независимые политические и общественные деятели, члены некоммунистических партизанских формирований, боровшихся с нацистами.
На занятых территориях Восточной Европы проходили такие же чистки, каким подверглось советское общество в предвоенные десятилетия.
В частности, между 1944 и 1948 годами из восточноевропейских стран, занятых СССР, были изгнаны на Запад около 14 миллионов живших там немцев [прежде всего по приказу Гитлера – E.]. Около двух миллионов погибли в процессе. Эта была самая большая насильственная депортация в истории человечества. В целом послевоенный террор «мирного времени» стоил населению оккупированных СССР стран много миллионов жертв.
15. Разгром нацистской Германии с разделом Европы на сферы влияния СССР и западных союзников не означал, что предвоенные агрессивные планы Сталина перестали быть актуальными.
От дальнейшего продвижения Советского Союза на запад в 1945 году Европу спасла атомная бомбардировка Японии, сделавшая продолжение войны обычными методами бесперспективным для Сталина. Начиная с 1945 года Сталин начал лихорадочно разрабатывать собственный атомный проект и готовиться к третьей мировой войне, но восполнить технологическое отставание в этой области не сумел ни он, ни его преемники. Тем не менее, планы стран Варшавского договора по началу третьей мировой войны были актуальны вплоть до 1988 года, несмотря на их очевидную неосуществимость. Гарантией безопасности в мире все послевоенные 45 лет (до развала советского блока) было подавляющее превосходство стран НАТО над странами Варшавского договора в ядерном вооружении.
Дмитрий Хмельницкий
Источник: Профессиональный спор или историческая публицистика? (Столкновение по болевым вопросам советской истории: скрещенные мечи) http://gefter.ru/archive/18591 (18.05.2016).
Молотов, Сталин и Литвинов.
В другом своем тексте Дмитрий Хмельницкий просвещает нас о том, что сталинско-литвиновская „политика коллективной безопасности”, о которой теперь так много пишут соратники путинско-нарышкинской системы фальсификации истории (например, американец М. Д. Карлей) – это лишь пропагандистская фикция, фиговый листок, сделанный коммунистическими и просоветскими хагиографами Сталина-агрессора:
„Каким выглядел мир, рисовавшийся советской пропагандой до августа 1939 года, мало кому известно. А выглядел он, на нынешний взгляд, очень даже неожиданно. И имел мало общего с последующим творчеством советских пропагандистов.
Книга Иосифа Лемина «Вторая империалистическая война началась» дает об этом исчерпывающее представление. Между ее публикацией и запретом вряд ли прошло более полутора месяцев. Книга стала жертвой кульбита советской пропаганды, в августе 1939 года внезапно и полностью изменившей свою ориентацию и объекты внешнеполитических симпатий.
Книга (или, точнее, брошюра в 96 страниц) была сдана в производство 3 мая 1939 года [т. е. именно в тот день, когда промоутер лозунга „коллективной безопасности” наркоминдел Литвинов был отстранён от должности „миролюбивым” Сталиным – E.], подписана к печати 23 июня 1939 года. Отпечатана в 1-й типографии Государственного военного издательства Наркомата обороны СССР. Редактор — старший политрук Большаков. «Рассчитана на пропагандистов».
Автор — Иосиф Михайлович Лемин [2] (1898–1968) — стал доктором наук в 1941 году, профессором — в 1954-м. Судя по количеству и тематике опубликованных работ, он до конца жизни интенсивно обслуживал пропагандистские и идеологические потребности советской внешней политики со всеми ее извивами.
Название книги — это цитата из «Краткого курса истории ВКП(б)», повторенная в отчетном докладе Сталина на XVIII съезде партии, сделанном 10 марта 1939 года. Главная часть доклада содержала сталинскую оценку международной обстановки со всеми акцентами и точками над i, относящуюся к весне 1939 года.
За следующие два месяца указания Сталина были превращены в подробный пропагандистский материал, предназначенный для использования в войсках. Причем по характеру этой пропаганды ясно, что речь идет именно о военной пропаганде. Точнее, об идеологической пропаганде в Красной армии, которую готовили к вступлению в войну. Книга Лемина — пособие для армейских пропагандистов, которым предстояло доводить ее содержание до личного состава в разжеванном виде.
Пикантность в том, что нарисованная в брошюре Лемина картина, соответствовавшая планам Сталина весны-лета 1939 года, после заключения 23 августа пакта Молотова – Риббентропа сама оказалась в положении антисоветской пропаганды и подлежала запрещению. Враги, на которых брошюра Лемина натравливала красноармейцев, внезапно оказались друзьями, а потенциальные друзья, которых СССР рвался защищать, — наоборот, разжигателями войны.
Между докладом Сталина на XVIII съезде ВКП(б) и сдачей книги Лемина в производство прошло меньше двух месяцев. Еще полтора месяца шел процесс подготовки к печати. Книга, отпечатанная и отправленная в войска где-то в начале июля 1939 года, должна была быть изъята и забыта уже к 20-м числам августа. Однако она успела попасть и за границу, где ее и нашел в Берлинской государственной библиотеке автор этой статьи.
Тем интереснее анализировать ее содержание. В брошюре описаны идеологические установки, предназначенные для заучивания советскими военнослужащими в то время, когда Сталин еще даже не надеялся, что ему удастся подбить Гитлера на совместную агрессию против Европы. Такая возможность даже не светилась на горизонте, иначе она была бы в тексте учтена. В это время Сталин всеми силами старался подбить страны Западной Европы напасть на Германию в союзе с СССР. К такому варианту событий готовила читателей брошюра Лемина.
Смена политических ориентиров в августе 1939-го стала настолько быстрой и секретной, что заранее подготовить к ней пропагандистский аппарат оказалось невозможно. Прежнюю доктрину пришлось похоронить мгновенно и без объяснений [так же, как и сейчас, когда пропаганду против Эрдогана заменили практически с дня на день проэрдоганской пропагандой – E.].
Намертво забытая брошюра Лемина — крайне интересный источник для анализа и реконструкции планов Сталина по началу Второй мировой войны, но не в союзе с Германией, а в гипотетическом союзе с «буржуазно-демократическими» странами Западной Европы. В принципе, смена тактики никак не влияла на стратегические планы Сталина.
Ему было совершенно все равно, при каких условиях война в Европе могла начаться, — важно, чтобы она началась.
И еще нужно помнить, что пропаганда имела в сталинском СССР совершенно особый смысл. В условиях полной информационной изоляции от внешнего мира и полного отсутствия свободы и слова и печати внутри страны, пропаганда создавала «волшебные картины» происходящего за границей, совершенно не заботясь о какой-либо достоверности. Характер этих картин зависел исключительно от актуальных сталинских планов и намерений. Что делает такие источники, как брошюра Лемина, отличным материалом для анализа этих самых планов.
***
(...)
4. Советский Союз — «героический борец за мир» и сторонник политики коллективной безопасности.
Термин «политика коллективной безопасности» в контексте книги подразумевает не предотвращение войны, а нечто прямо противоположное — совместный опережающий удар Англии и Франции в союзе с СССР по «агрессивному блоку». Что одновременно означает вступление СССР в войну на территории Центральной Европы, далеко от своих существующих границ. Нежелание же произвести такой удар объясняется уже упомянутой выше целью — желанием Англии и Франции натравить Германию на СССР:
«Систематические уступки Англии и Франции агрессивным государствам, их отход от политики коллективной безопасности и переход к политике невмешательства объясняются стремлением этих государств стравить блок агрессоров с Советским Союзом или с другими государствами, дать агрессорам увязнуть в войне, чтобы затем, когда обе стороны ослабнут, выступить на сцену и продиктовать свои условия» [16]. В этой цитате опять проступают уже упоминавшиеся выше собственные планы Сталина, приписываемые другим странам.
Еще одно объяснение нежелания западных стран вступать в мировую войну, которое дает Сталин в речи на XVIII съезде партии, — это их страх перед неизбежной мировой революцией:
«Буржуазные политики конечно знают, что первая мировая империалистическая война дала победу революции в одной из самых больших стран. Они боятся, что вторая мировая империалистическая война может повести также к победе революции в одной или в нескольких странах… Главная причина состоит в отказе большинства неагрессивных стран и, прежде всего, Англии и Франции от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессорам, в переходе их на позицию невмешательства, на позицию "нейтралитета"» [17].
Последняя цитата отчетливо демонстрирует, что
термин «политика коллективной безопасности» в сталинском пропагандистском словаре означает не предотвращение мировой войны, а коллективное вступление в нее на одной стороне с Советским Союзом.
О попытках предотвращения мировой войны в книге нет ни слова, даже идея такая не упоминается.
Советская «борьба за мир» тоже формулируется, мягко говоря, противоречивым образом. С одной стороны:
«Советский Союз ведет последовательную героическую борьбу за мир. Советскому Союзу чужды какие-либо завоевательные планы, какие-либо агрессивные тенденции… Советский Союз исходит в своей внешней политике из принципа сосуществования двух систем. Он уверен в своей силе, уверен в конечном торжестве своих коммунистических принципов и никому не собирается навязывать этих принципов силой» [18].
С другой стороны: «Позорный предательский мир — вроде мюнхенского — лишь содействует развертыванию второй империалистической войны. Коммунисты борются за мир, но не за мир любой ценой… Кто хочет установления действительного и прочного мира, тот должен всеми возможными силами и средствами бороться против фашистских захватчиков и поработителей» [19].
Иными словами, прочный мир можно установить, только развязав сначала войну и победив в ней.
Но «…капитулянтство буржуазии является одной из решающих причин, придающих развертывающейся новой империалистической войне своеобразный однобокий характер» [20].”
„Такова была картина мира, выстроенная сталинской пропагандой для советского населения к лету 1939 года. Из нее следовало, что начатая в конце 1920-х годов программа вооружения страны была через 10 лет уже в целом завершена и Сталин считал себя подготовленным для участия в победоносной мировой войне. Не хватало только самой войны.” – заключает Автор.
Источник: Дмитрий Хмельницкий, Сталинская пропаганда накануне пакта с Гитлером http://gefter.ru/archive/19259 (01.09.2016).
По этой теме:
Дуэль пропагандистов вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года (1) https://yvision.kz/post/839322 (25.08.2019).
Дуэль пропагандистов вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года (2) https://yvision.kz/post/839379 (26.08.2019).
Дуэль пропагандистов вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года (3) https://yvision.kz/post/839427 (27.08.2019).
Дуэль пропагандистов вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года (4) https://yvision.kz/post/839511 (28.08.2019).
Дуэль пропагандистов вокруг сталинско-гитлеровского альянса 1939 года (5) https://yvision.kz/post/839626 (29.08.2019).
1939: Сталинский нож в спину польскому народу https://yvision.kz/post/839706 (31.08.2019).
1939: Гитлер и Сталин приветствуют Вас из ада https://yvision.kz/post/839742 (01.09.2019).
1939: Почему Сталин не хотел антигитлеровской коалиции? https://yvision.kz/post/839846 (02.09.2019).
1939: Сталинская бесполётная зона могла спасти мир https://yvision.kz/post/839979 (04.09.2019).
1939: Сталинские „винтики” нападают на Польшу https://yvision.kz/post/840684 (15.09.2019).
1939: Когда будет Нюрнберг для сталинистов? https://yvision.kz/post/840812 (17.09.2019).
1939: Вторжение варваров и геноцид поляков https://yvision.kz/post/840971 (20.09.2019).
1939: Почему ОНИ не осуждают нападение СССР на Польшу? https://yvision.kz/post/841028 (22.09.2019).
1939: Сталин соавтором войны и геноцида https://yvision.kz/post/841423 (26.09.2019).
1939: Равная ответственность Сталина и Гитлера за начало войны https://yvision.kz/post/841495 (28.09.2019).
1939: СССР был союзником гитлеровской Германии https://yvision.kz/post/841811 (03.10.2019).
ИНП о попытках фальсификации истории Москвой https://yvision.kz/post/840245 (08.09.2019).
40:1 – песня о Польше, которая первая вступила в бой https://yvision.kz/post/840449 (11.09.2019).
Россия после победы над исторической правдой (1) Эйдман https://yvision.kz/post/840894 (19.09.2019).
Россия после победы над исторической правдой (2) Скобов https://yvision.kz/post/841739 (02.10.2019).
Россия после победы над исторической правдой (3) Гребенщиков https://yvision.kz/post/841899 (04.10.2019).
Странный урок „истории Польши для русских” https://yvision.kz/post/776920 (28.08.2017).
Вторая мировая война началась с гитлеровско-советского нападения на Польшу https://yvision.kz/post/777281 (01.09.2017).
17 сентября 1939 – большая ошибка Сталина и начало конца СССР https://yvision.kz/post/779020 (17.09.2017).
.