Добрые дела. Насколько развита благотворительность в Казахстане?
Как казахстанцы могут помочь больным детям, какие виды благотворительности существуют и что такое «зуд благотворительности», - об этом и о многом другом в своем интервью Republicqz рассказал вице-президент Благотворительного Фонда «Аяла» Жангельды Сарсенов.
- В преддверии Нового года создалось ощущение, что вся страна занимается у нас благотворительностью – множество акций по сбору подарков для детей из социально-уязвимых групп, различные мероприятия от спонсоров...Наша благотворительность, действительно, переживает Ренессанс?
- Я не только работник фонда и врач, но в прошлом, во времена моей учебы в медицинском вузе, капитан команды КВН, поэтому люблю для всего придумывать какие-то необычные названия. У нас даже сложился свой профессиональный сленг. Например, когда наш руководитель медицинских проектов выезжает в роддом или детскую больницу, чтобы выяснить, какое медицинское оборудование требуется для местной реанимации, мы не называем это скучным словосочетанием «маркетинговые исследования», а говорим, что он поехал «на разведку». Желание заниматься благотворительностью только перед Новым годом, Днем защиты детей и Курбан Айтом я называю «благотоворительным зудом». И я не одобряю такого подхода, так как благотоврительность должна быть системной и круглогодичной. Она не должна ограничиваться конфетами под Новый год, конкурсом рисунков к 1 июня и обилием мяса, поставляемого в детские дома и интернаты к Курбан айту. Да и выбор адресата для оказания помощи при таком подходе во многом случайный – открывают справочник, видят Детский дом №1 и направляют туда дары. Именно поэтому воспитанники детских учреждений, которые на виду и на слуху, к Новому году имеют по несколько подарков и билетов на ёлки. А есть категории детей, которые остаются неохваченными даже к самым популярным у благотворителей праздникам, например, дети-инвалиды, воспитывающиеся на дому.
- А как могут проявить себя люди, которые хотят заниматься благотоврительностью? Как выбрать им «правильный» проект, или того адресата, которому действительно нужна помощь?
- Проектов очень много, также как и НПО, которые ими занимаются. Более того, сама благотворительность бывает нескольких видов. И прямая финансовая помощь – это только один ииз них. Также существует практическая благотворительность. Например, наш фонд курирует множество интернатов по стране и когда какая-то компания обновляет свою мебель, или оргтехнику, она может стать спонсором этих интернатов. Так, известная аудиторская компания из «большой четверки» Ernst & Young каждые три года списывает свои ноутбуки. Как вы понимаете, не самые плохие и в прекрасном состоянии. Правда, по уставу они должны удалять все программное обеспечение, оставляя только «железо». Но мы привлекаем еще одного нашего партнера – компанию, которая устанавливает новое ПО. В результате, воспитанники интернатов получают прекрасную технику. Третий вид благотворительности – это предоставление услуг. Ежегодно в честь окончание учебы мы проводим «День улыбок», в котором принимают участие несколько сотен детей из детских домов Алматы и Алматинской области. Парк «Мир Фантазии» пол дня работает только для этих детей, становясь партнером нашего фонда и спонсором, предоставляющим услуги. Еще один вид – волонтёрство. Оно может быть, как прямым, предполагающем помощь в реализации проекта, так и таким, которое мы называем «виртуальное волонтёрство». Это самый простой способ. Любой желающий, не вставая с кресла, может «лайкнуть» или «поделиться» страницами нашего фонда в соцсетях, или какого-либо другого фонда и тем самым он уже немного продвинет тему благотворительности.
- Благотворительность считается эффективной, если для сотрудничества создан «треугольник»: НПО, государство, бизнес. Согласны ли вы с этим?
- Да, мы стараемся создавать такой треугольник. Например, в нашем успешном проекте республиканского масштаба «Дыши, малыш» фонд выступил инициатором и организатором, Министерство здравоохранения оказало нам поддержку, а бизнес принял активное участие. Так, когда почти все реанимации перинатальных центров и роддомов по всему Казахстану были оснащены жизненно-необходимым медицинским оборудованием и оставались неохваченными только три клиники, финальную точку помог поставить Kaspi Bank. При помощи Антонио Бандероса он передал на завершение проекта чек на 38 миллионов тенге. Также важна роль крупных фондов с репутацией, например, Фонда Сорос, или Фонда Первого Президента-Лидера Нации. У последнего есть проект Ярмарка социальных идей, в которой ежегодно участвуют со своими проектами десятки НПО. Победители получают гранты, но не только это значимо. Важно, что ФПП становится той площадкой, на которой встречаются разные стороны все того же треугольника, что этот фонд предоставляет возможность для дискуссии, привлекает внимание к проблематике.
Продолжение интервью будет опубликовано в блоге завтра.