Последний раз подобное массовое участие иностранных добровольцев в войне в Европе случилось в республиканской Испании в 1936–1939 годах. Сравнить количество не представляется возможным по ряду причин, но география впечатляет. Сегодня в Украине на передовой можно встретить и представителя народности маори из Новой Зеландии, и потомка викингов с Фарерских островов.

Наемников, так называемых "псов войны", здесь нет, в этом нет нужды. Одни добровольцы. Служат они в двух Интернациональных легионах разного подчинения, в основном на передовой. Поэтому нечасто представляется возможность подробно поговорить с этими людьми о том, чем они занимаются на фронте, узнать, какая у них мотивация, почему они воюют на стороне Украины, что думают про эту войну.

Алексис Анттила – американка, родом из Техаса, сейчас воюющая в спецподразделении, а вообще на фронте в Украине практически с самого начала полномасштабной войны. Недавно она была тяжело ранена, и мне удалось навестить ее в госпитале и расcпросить о ее жизни, взглядах и боевом опыте.

"Эта война все время меняется"

– Привет, Алексис. Как самочувствие сегодня?

– Гораздо лучше, чем две недели назад. Я счастлива, что есть улучшение.

– Тебя ранили две недели назад?

– Да.

– Сначала позволь мне подтвердить для наших зрителей и читателей информацию, с которой я уже знаком. Тебя зовут Алексис Анттила. Американка с финским именем. Тебе двадцать девять лет. Ты родом из Техаса. Но за некоторое время до войны ты переехала в Нью-Йорк, где работала ассистентом доктора в онкологической клинике. Это так?

– Да, все верно.

– Могу тебя спросить, замужем ли ты?

– Я не замужем. Но у меня есть партнер, с которым мы уже вместе приличное время.

– И он ждет тебя дома?

– Нет, он сражается.

– Где он?

– Он здесь в Украине.

– На фронте?

– Да.

– Не каждый день встретишь американку среди украинских военных, не говоря уже о передовой. Что привело тебя сюда? Какая у тебя была мотивация? Ты ни разу не пожалела, что приехала?

– Думаю, изначально в моей мотивации присутствовало некое заблуждение. У меня было немного идеалистическое представление о том, как выглядит война в Украине. И вот я приехала. Конечно, сейчас война совсем другая, чем в 2022 году. Но я не жалею о том, что приехала в Украину. Никогда не сожалела о моем решении воевать. Я выполняю свою работу на передовой. Я знаю, что могу спасать жизни солдат. У меня уже есть опыт, и я могу помогать новым бойцам, которые прибывают. Мне очень нравится то, что я делаю, поэтому я здесь.

Я никогда не сожалела о моем решении воевать

– Откуда у тебя финская фамилия?

– Мой отец родом из Хельсинки.

– Он должен быть знаком с тем, что значит российская агрессия.

– Да, да. Он рассказывал мне о "большой красной машине" по соседству (имеется в виду СССР, с которым Финляндия в ХХ веке дважды воевала. – РС). Он научил меня говорить по-русски "Руки вверх!", когда я была еще маленькой, на всякий случай. У него всегда было свое очень ясное понимание того, что такое Советский Союз.

– Когда ты приехала в Украину? Это было в первый раз?

– Да, в первый раз. Я приехала 13 марта 2022 года.

– Какой тебе показалась война? Ты чего-то подобного ожидала?

– Я думаю, никто не ожидал, что будет такая война. Думаю, что некоторые [добровольцы] приехали сюда, считая, что тут будет, как в Ираке, или как в Афганистане, или как в Сирии. Ничего подобного. И эта война сегодня отличается от того, что было шесть месяцев назад и даже три месяца назад. И она просто несравнима с тем, что было в марте 2022 года. Она все время меняется. Я сегодня воюю совсем не так, как два года назад. Это другая война, если сравнить битву за Киев с тем, что происходит сейчас [в Донбассе].

– Что значит быть "на нуле", на передовой? Это сильно отличается от всего остального?

– Когда ты "на нуле", ты в прямом контакте с врагом все время, независимо от того, какое расстояние между вами – километр, два или три. Ты все равно в контакте с противником, даже если не лицом к лицу. Тебе приходится иметь дело с огнем минометов и артиллерии, с FPV-дронами, которые сбрасывают на тебя бомбы. Но, конечно, когда ты имеешь непосредственный контакт с врагом, с человеческим существом, а не со снарядом, который летит к тебе, это совсем другое дело. Тут внутри тебя просыпается что-то первобытное: я должна помешать этому человеку причинить вред мне или моей команде. И враг здесь для того же: чтобы убить солдат, сражающихся за Украину.

– Приходилось тебе сталкиваться с врагом лицом к лицу?

– Да.

– Расскажи об этом.

– Это было в 2022 году под Киевом. Сейчас такие вещи происходят значительно реже. Мы тогда штурмовали российскую позицию. Со мной был командир и два других солдата. Мы штурмовали российское укрепление. Тогда я получила первое ранение. Потом уже мы воевали в Александровке между Николаевом и Херсоном. Потом недалеко от Изюма. И далее в Донбассе. Там везде мы штурмовали позиции врага. Во время моего последнего задания мы выполняли разведку боем. Мы вынудили россиян открыть огонь, так как они пытались не выдать свою позицию. Очень много было случаев, когда мы были лицом к лицу с врагом, если, конечно, нам удавалось подобраться так близко и их артиллерия не отрезала вас.

– Приходилось ли убивать солдат противника в ближнем бою?

– Мне бы не хотелось отвечать на этот вопрос. Мы выполняли разные задачи. Я была не только стрелком. Я работала также в противотанковой команде. У нас было много успешных миссий.

– Когда тебя ранило, ты первый раз посмотрела смерти в глаза?

– Нет, я и раньше встречалась со смертью. Я работала в госпитале [в США до войны]. На переднем крае смерть окружает тебя, а ранения вообще случаются часто, чуть ли не на каждом задании. Так что я не в первый раз столкнулась с ранениями, и сама была ранена [две недели назад] уже во второй раз.

Полное интервью - https://www.svoboda.org/a/ne-zabyvayte-ob-etoy-voyne-devushka-iz-tehasa-voyuet-za-ukrainu/32898964.html