Демократизация в Казахстане в условиях, возможной, ядерной войны
Достижения стабильности и порядка за 30 лет независимости Казахстана, также как культ личности вокруг Назарбаева разбились о суровую реальность гражданского, политического конфликта «январских событий». Лозунги и бытовая реальность Казахстана столкнулись друг с другом, определяя невозможность прежних порядков и традиций.
Власть президента Токаева до сих пор основывается на надеждах о реформах, изменениях и трансформации, также как и на мандате доверия новому руководителю, свойственного казахстанскому обществу. Надежды населения подтверждаются некоторыми примерами льготного кредитования, списания долгов казахстанцев, также как арест и расследования бывших приближенных Назарбаева и некоторых членов его семьи. Внутренние вызовы дополнились нестабильностью вокруг Казахстана. Стремительное изменение ситуации и правил в мировой политике, также влияют на политические процессы в Казахстане.
Досрочные выборы в Казахстане также стали вынужденной мерой ответа на необходимость консолидации власти, повышения мандата доверия Токаеву, а также способом обеспечить стабильность страны в условиях неизвестности предстоящего будущего в условиях повышения ставок вокруг войны в Украине. Перспективы полномасштабной войны НАТО и России, с возможным применением ядерного оружия, подтверждают необходимость укрепления системы управления, принятия решений внутри Казахстана. Нельзя также сбрасывать экономический, финансовый, социальный фактор, который может привести к еще большей инфляции, девальвации и безработице в стране в условиях массовой миграции, закрытия границ, мобилизации во всем регионе.
Подобного мнения придерживается научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир - Темур Умарова. Согласно его позиции, демократизация в Казахстане испытывает серьезный внутренний и внешний вызов. Фонд Карнеги поддерживает сотрудничество и мир между странами, имея представительства во многих странах мира.
Важно напомнить, что статьи и исследования Фонда Карнеги, в соответствии с распоряжением Министерства юстиции Российской Федерации от 8 апреля 2022 года не доступны читателям из России. Возможно, данная ситуация происходит впервые с Фондом, который был основан в 1910 году и является старейшим американским экспертно-аналитическим центром в области международных отношений.
С оригиналом статьи можно познакомиться по ссылке:
https://carnegieendowment.org/politika/87922
Досрочные президентские выборы в Казахстане: попытка демократизации?
Война на Украине позволила главе Казахстана, Токаеву, стать действительно независимой фигурой, больше не зависящей ни от своего предшественника Назарбаева, ни от главы России Путина. Теперь Токаев надеется закрепить этот статус, обеспечив народный мандат доверия на правление.
На первый взгляд, досрочные президентские выборы в Казахстане, этой осенью, могут показаться наблюдателям очередной попыткой авторитарного лидера усилить свою власть. Тем не менее, могут быть основания для оптимизма, когда речь идет об обещании президента Касым-Жомарта Токаева трансформировать политическую систему, даже несмотря на то, что остаются опасения, что Токаев в конечном счете отдаст приоритет своим интересам и интересам других элит — делу демократизации.
Токаев, преемник долго правившего Нурсултана Назарбаева, вступил в должность в 2019 году. Теперь, за два года до окончания своего первого срока у власти, он назначил досрочные президентские выборы. Он мог бы дождаться окончания своего текущего срока, а затем снова баллотироваться на новый пятилетний срок, но Токаев шокировал политический мир Казахстана, предложив ограничить президентов страны одним семилетним сроком. Пока неясно, будет ли предложенное новое правило применяться к самому действующему президенту: если оно будет принято до предстоящего голосования, Токаев будет баллотироваться на финальный семилетний срок. Если решение будет принято после выборов, он может быть избран еще на один пятилетний срок с возможностью затем снова баллотироваться на следующий семилетний срок.
На первый взгляд, в выборах нет ничего нового. Все предшествовавшие ему президентские выборы, начиная с 1990-х годов, были досрочными. Цель очевидна: провести выборы в удобное для нынешней власти время. Оппозиция, или то, что от нее осталось, после правления Назарбаева, не успевает подготовить адекватный вызов Токаеву.
Более важным моментом также является семья Назарбаева, чьи союзники слабее и менее популярны, чем когда-либо. Многие из окружения экс-президента находятся под следствием. Сам Назарбаев находится вне политики и практически отсутствует на публике. Тем временем, также и Казахстан избавляется от его наследия. Совсем недавно Токаев объявил, что название столицы, измененное на Нур-Султан в 2019 году, будет восстановлено до предыдущего варианта — Астана.
В противоположность, количество голосов за Токаева растет. Первоначально его сила укрепилась в начале года, когда он вышел победителем из январских беспорядков и приступил к маргинализации Назарбаева и его семьи. Однако, в то же время, прошение Токаева об интервенции возглавляемой Россией Организации Договора о коллективной безопасности, убедил некоторых казахстанцев в том, что человек Назарбаева, стал человеком Владимира Путина.
Война в Украине дала Токаеву шанс избавиться от этой репутации. Своим публичным отказом поддержать вторжение России, он вновь превратился в действительно независимую фигуру. Токаев надеется закрепить этот статус, обеспечив народный мандат на управление, в отличие от мандата Назарбаева или Путина.
Для Токаева проведение голосования этой осенью, когда на границе с Казахстаном наступило кратковременное затишье в условиях геополитической турбулентности, гораздо более безопасная ставка, чем ожидание 2024 года, когда оно было изначально запланировано. В настоящее время Россия занята войной, а Си Цзиньпин готовится к 20-му Всекитайскому съезду Коммунистической партии Китая, на котором, как ожидается, он укрепит свою власть.
Кроме того, крайне важно, чтобы Токаев выиграл переизбрание до того, как экономические последствия войны ударят по карманам казахстанцев. Январские беспорядки, в которых, по нынешним оценкам, участвовало более миллиона человек, выявили масштабы накопившегося социально-экономического недовольства, и жизнь людей вряд ли станет легче в ближайшие несколько лет.
За последние месяцы, Россия четыре раза останавливала поток казахстанской нефти по трубопроводу Каспийского трубопроводного консорциума, что угрожало основному источнику доходов казахстанского государства. Поскольку Россия также является крупнейшим торговым партнером Казахстана, центральноазиатская страна также активно импортирует инфляцию: стоимость продуктов питания выросла более чем на 20 процентов в годовом исчислении. Пока Казахстан может рассчитывать на высокие цены на энергоносители и конфискацию активов у назарбаевского окружения (почти полмиллиарда долларов с начала года). Тем не менее, первые факторы непредсказуемы, а вторые не будут длиться вечно, что добавляет срочности к переизбранию Токаева.
Приверженность Токаева демократизации не просто риторическая. Его конституционные поправки мало похожи на поправки, недавно принятые в России и Беларуси, и обсуждавшиеся в Узбекистане. Казахстан отменил смертную казнь, запретил близким родственникам президента заниматься политикой или занимать руководящие должности в государственных компаниях или региональных администрациях, а также отменил закон 2000 года, предоставляющий правовой иммунитет Назарбаеву и его семье. Конституционные поправки также предусматривают смену президента каждые семь лет.
Тем не менее факт остается фактом: политическая система Казахстана до сих пор не изменилась. Поскольку президент сохраняет контроль над всеми ветвями власти, политическая трансформация пока остается лишь обещанием Токаева. Стоит напомнить, что Назарбаев часто уверял казахстанцев в том, что он не засидится в гостях, но в итоге казахстанцы прожили под его правлением три десятилетия. Со своей стороны, Токаев уже нарушил свое обещание не «переписывать законы, не говоря уже о конституции».
Токаев вполне может ждать подходящего момента, чтобы начать реальную политическую реформу, но есть ли гарантии, что такое время когда-нибудь наступит? Ведь реальная демократизация неизбежно нанесет ущерб интересам различных слоев правящей элиты, с которой Токаев не проявил готовности вступать в конфликт. Тогда гораздо более вероятно, что реформы будут снова и снова откладываться, якобы из-за серьезного кризиса, и что Токаев пойдет на компромисс в своих планах и закроет глаза на саботаж.
Если говорить критично, в политической системе Казахстана лидерам страны не обещают безопасного выхода. Назарбаев попытался, но в значительной степени не смог обеспечить себе этого, и его судьба не та, которую Токаев, вероятно, хочет также встретить. Тем не менее, есть вероятность того, что Токаев, по пути демократизации, рискует ослабить институт президентства и, в свою очередь, уменьшить его способность отбиваться от своих врагов, из которых, он уже имеет некоторую долю: от униженных союзников Назарбаева, до поколения новых представителей элиты Казахстана, для которых Токаев является не меньшей реликвией советского прошлого, чем его предшественник.