Дедушка по имени Орландо и бабушка по имени Соня
Крошечный город назывался Лаваллетте. Заметили? Крошечный город заставляет язык заплетаться.
Для меня он казался забытым, заброшенным и каким-то не настоящим. И немного неинтересным — визуально и судя по магазинам в количестве двух штук, домов по сторонам и дорог протяжённостью — неизвестность с бесконечными починками асфальтовых дорог и перекрестков. И этим назойливым звуком. Летняя жара и звук нозящий, рабочие в тяжелых сапогах, с касками ярко оранжевыми и жилеткой. Мне искренне их было жаль в невыносимые дни жары и зноя.
Спустя 2 года, я могу теперь сказать — что мне было там хорошо. В пекарне в которой я проработала 2 месяца, в мотеле я обрела бабушку, друга по имени Орландо. Он еще как дядя для меня был.
Я до сих пор помню, когда я уходила, он плакал. Мы обнялись. И оба заплакали — то ли от радости, что встретились, то ли от печали — что возможно никогда, никогда-никогда не увидимся.
Орланда мне очень помог в то время. Я работала в мотеле, где хозяева были индусы. Убирала комнаты, во всех трех этажах, занималась прачкой также, ну и подметала снова эти этажи и парковку близлежащую. Первый день я справилась за 8 часов. И какая же я медленная деваха была и отчасти такая же. Только чуть-чуть улучшила скорость.
Помню тот день, Орландо подошел ко мне и спрашивает, как мне работается, поправляет свои очки округленные и произносит тихонечко несколько фраз: Много работы. Слишком много работы (дословно звучит, too much work, too much). Будто ждет моего одобрения, кивка, просит меня здесь не работать. Просить уйти. Неблагодарная ведь работа окликает Орландо.
Когда я чертовски не успевала, он мне помогал с комнатами. Один раз позвал одну женщину в помощь мне и мы убирались вместе.
Задумываюсь сейчас и понимаю, что я не знаю сколько ему лет.
Если пораскинуть, то наверное лет за пятьдесят от роду.
Ах, бабушка Соня. Американская египтянка. Ее я тоже никогда-никогда не забуду. Моя первая - названная от всего сердца бабушка, с которой я не имею никакой родственной связи, но для меня она останется самой чудной и доброй бабулей.
Она же моя напарница по уборке.
Настоящего имени Сони я не знаю, как с возрастом Орландо.
Но Соня навсегда останется и будет в моем сердце. И Орландо.
Те, бессонные ночи в пекарне, когда пятница и суббота вдруг превращаются в целую неделю пыток,и 75 утренних рассветов - иногда под сильный ветер, иногда под дождь, иногда тишину, а иногда все вместе - колесишь на велике усталая и дождь льет будто из ведра и ветер дует в обратную сторону, что крутя колесо каждый раз, чувствуешь всю тяжесть дождя и ветра, но оттого ли, тебе все равно хорошо, ты ведь ощущаешь - усталость, дождь и ветер, движение. Оттого и понимаешь, что вот ты живешь. Пусть по ночам не спишь, да и днем тоже. Идешь с другой работы на другую. Но знаешь, в такие моменты ты черт возьми - счастлива, не смотря ни на что.
Иллюстрация: Oamul Lu