Что хуже?

Жара уже спадала, хоть ветер и дул с юга. Солнце склонялось к земле, небо –днём чистое – затянуло муаровой пелеринкой перистых облаков. Деревья обречённо гнулись под порывами ветра, шелестя листьями то жалобно, то задумчиво.

На лавочке сидели две старухи и обсуждали своих квартирантов. Ситуация с ними у пенсионерок была разная.

Марьяна Илларионовна, одинокая женщина, которую родственники давно покинули, сдала две комнаты из трёх в своей квартире молодой семье. Эта семья жила раньше с родителями жены, но с рождением второго ребёнка в родительской квартире стало тесно. Марьяну Илларионовну они нашли через общих знакомых, и договорились, что они будут ухаживать за квартирной хозяйкой, а она им завещает квартиру.

А Вера Александровна жила с квартирантами, которых нашёл ей сын. Он, купив новую квартиру, отделился от матери, и, через какое-то время, привёл к ней знакомого, сказав, что тот нуждается в жилье. Вскоре квартирант женился и привёл жену в квартиру хозяйки. Теперь их сыну было 4 года.

Квартирант Веры Александровны знал, что её сын ждёт её смерти, чтобы продать её квартиру. Знала об этом и она.

- Да, тяжело это – жить с теми, кто не заинтересован в твоём существовании, - задумчиво проговорила Марьяна Илларионовна.

- Да, раньше и я тоже так думала, - ответила Вера Александровна. – А теперь поняла, что ещё тяжелее жить с теми, кто заинтересован в твоём существовании ещё больше, чем ты сам.