Боевые дроны Центральной Азии: взгляд из Европы

Можно было бы считать такие процессы объективными и понятными в условиях перевооружения в мире, но война между Таджикистаном и Кыргызстаном, война в Украине, информационные обвинения против Казахстана и Узбекистана вынуждают делать другие выводы.

Общая военно-политическая нестабильность вокруг и внутри Центральной Азии не ослабевает, но наоборот увеличивает свои обороты и дополнительные проблемы. Вместе с прежними дестабилизирующими факторами региона, как Афганистан, вооруженные оппозиционные этно-религиозные группы, исламский радикализм, территориальные и водные конфликты и споры между странами, теперь появляются новые. Традиционный фактор вынужденной стабильности и необходимости мирных переговоров между странами Центральной Азии, как Россия, исчезает буквально “на глазах” вместе со скандалами внутри ОДКБ, военными потерями в войне в Украине, и примерами закупок вооружений у третьих стран.

Согласно автора статьи Франсиско Олмоса, Центральная Азия активно вооружается боевыми дронами не только в рамках общего тренда, но и по реальным, объективным причинам наличия множества нерешенных проблем между странами региона. Если ранее страны сохраняли мирные отношения по причине влияния России и отсутствия современных вооружений, то по мере закупок дронов, создания уже отечественных дронов, традиционный военный баланс может легко поменяться.

Кроме того, была замечена опасная тенденция ранее никогда до этого не фирурировавшая в военной сфере Центральной Азии. Иран, Турция, Китай становятся активными военными сторонниками Таджикистана, Кыргызстана, Узбекистана создавая опасную проблему разделения и конкуренции.

Франсиско Олмос - лондонский исследователь, научный сотрудник аналитического центра Соединенного Королевства «Foreign Policy Centre», специализирующийся на Центральной Азии и военной безопасности.

The Diplomat это международный новостной онлайн-журнал, освещающий политику, общество и культуру Индо-Тихоокеанского региона.

С оригиналом статьи можно познакомиться по ссылке:

https://thediplomat.com/2022/11/dawn-of-the-drone-age-in-central-asia/

Рассвет эпохи дронов в Центральной Азии

Страны Центральной Азии наращивают свои возможности беспилотников.

В последние годы республики Центральной Азии увеличили парк беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), обычно называемых дронами. Сподвигнутый будь то общими изменениями в способах ведения войны или конкретными событиями, такими как захват Афганистана талибами или конфликт между Кыргызстаном и Таджикистаном, регион все чаще вооружается беспилотниками. Однако не все страны стремятся расширить возможности своих беспилотных летательных аппаратов одинаковым образом. Их конкретная оборонная стратегия, бюджетное положение и выбор иностранных партнеров являются факторами, определяющими, какой тип БПЛА они приобретают и у каких поставщиков.

Кыргызско-таджикская гонка дронов?

В сентябре прошлого года военные беспилотники в Центральной Азии впервые были задействованы в атаках. Действие происходило во время вооруженных столкновений между Кыргызстаном и Таджикистаном. Власти Таджикистана обвинили Кыргызстан в использовании своих беспилотников TB2 Bayraktar турецкого производства для бомбардировки территории Таджикистана, и в социальных сетях появились кадры предполагаемой атаки кыргызских беспилотников. Сообщается, что кыргызские ТB2 несут ответственность за уничтожение таджикской военной техники, в том числе двух танков, одной реактивной системы залпового огня и грузовика с боеприпасами. Ранее, на той же неделе, когда между двумя странами вспыхнули боевые действия, президент Кыргызстана Садыр Жапаров открыл базу для новых беспилотников страны TB2. Беспилотники «Байрактар» были с большой помпой закуплены Кыргызстаном в конце 2021 года. Примерно в то же время, Бишкек также объявил о приобретении российских разведывательных БПЛА «Орлан-10Э». До этого, вооруженные силы Кыргызстана получили китайские разведывательные БПЛА WJ-100. Эти шаги последовали за обострением пограничного конфликта с соседним Таджикистаном весной 2021 года, в котором таджикские военные взяли верх.

За дронами TB2 вскоре последуют Bayraktar Akıncı того же производителя и Aksungur. Первый представляет собой боевой беспилотный летательный аппарат (ББЛА) с большей огневой мощью и дальностью полета, чем TB2, а второй представляет собой многоцелевой беспилотник, способный выполнять долговременное наблюдение, а также наносить удары. Трио беспилотников турецкого производства отличает Кыргызстан от его южного соседа с точки зрения возможностей БПЛА.

Попытки Душанбе догнать Бишкек были более скромными. Однако в начале этого года в Кыргызстане зазвучала тревога, когда министр обороны Таджикистана посетил завод «Байрактар» в Турции, и появились слухи о планах Таджикистана закупить и TB2. Это нейтрализовало бы преимущество, которое Кыргызстан недавно получил перед Таджикистаном. Даже будущий министр иностранных дел Кыргызстана признал в парламенте, что сделка была реальностью. Однако Таджикистан так и не купил дрон Bayraktar.

Заместо приобретения ТB2 Таджикистан обратился к Ирану. В следующем месяце, в мае 2022 года, Иран открыл в Таджикистане завод по производству беспилотников Ababil-2, более старых и более ограниченных устройств по сравнению с турецкими дронами Кыргызстана. В дополнение к БПЛА иранского производства, как разведывательным, так и барражирующим боеприпасам, таджики также добавят в свой арсенал американские дроны Puma. Это БПЛА для наблюдения с ручным запуском, поставляемые США в рамках более широкого пакета помощи в области безопасности на сумму 60 миллионов долларов, поставленных Афганистану и талибам. Иранский фактор вызвал споры и в других кругах. В конце октября украинский журналист обвинил Узбекистан в сборке иранских беспилотников, которые Россия использовала для атак на населенные пункты в Украине. Узбекистан отверг это обвинение, а затем журналист признался, что имел в виду Таджикистан. Но таджикские власти также отрицали какую-либо роль в производстве и экспорте дронов в Россию.

Удивительная мощность дронов

Тем временем Казахстан начал наращивать свой парк дронов еще в 2016 году, купив китайские Wing Loong I. Вместо того чтобы продолжать улучшать свои возможности ББЛА с помощью модели-преемника Wing Loong II, казахстанские власти обратились к Турции. Но вместо того, чтобы сосредоточиться на Bayraktar TB2, как это сделал Кыргызстан, Астана выбрала TAI Anka. Сделка, позволяющая производить беспилотники в Казахстане по лицензии, была подписана во время визита президента Касым-Жомарта Токаева в Турцию в мае 2022 года. С точки зрения наблюдения, Казахстан использует российские «Орлан-10Э», два типа израильских дронов и, по данным посольства США в Казахстане, небольшие запускаемые с рук RQ-11 Raven.

Китай также был источником ББЛА для Узбекистана, когда, как сообщается, он поставил как минимум один Wing Loong II в рамках сделки по оплате узбекского газа. Известно, что Узбекистан больше не закупал БПЛА, что, если это правда, означает, что Ташкент отстает в этом качестве от некоторых своих центральноазиатских соседей. В области разведывательных дронов у Узбекистана есть ZALA 421-16E российского производства и американские RQ-11 Raven. В начале этого года сообщалось, что Узбекистан закупит беспилотники Puma, как это сделал Таджикистан, в рамках программы американских военных продаж за границу. Однако позже Минобороны Узбекистана опровергло это утверждение.

Туркменистан, не известный своей военной мощью, занимает 83-е место в Глобальном индексе огневой мощи за 2022 год после Узбекистана (55-е место) и Казахстана (64-е место). В Ашхабаде имеется широкий спектр дронов, в том числе ББЛА, аппаратов для наблюдения и беспилотники-самоубийцы (также известные как барражирующие боеприпасы). Некоторые из них были в центре внимания военных учений, проходивших в западном Туркменистане в ноябре. Чтобы обеспечить разнообразный портфель беспилотных летательных аппаратов, туркменские власти значительно диверсифицировали своих поставщиков. Туркменистан был первой страной Центральной Азии, которая приобрела Bayraktar TB2. Их присутствие в туркменских вооруженных силах стало очевидным во время военного парада 2021 года, посвященного 30-летию независимости страны. До этого Туркменистан уже обращался к Китаю в 2016 году за ББЛА, приобретя как CH-3A, так и WJ-600 A/D. Помимо турецких и китайских ББЛА, в Туркменистане также производятся белорусские «Бусел МБ2», а также разведывательные и, возможно, дроны-самоубийцы того же производителя. Израиль также занимает видное место в туркменском арсенале дронов с двумя типами разведывательных БПЛА и барражирующим боеприпасом SkyStriker. Италия, США и Россия также предоставили Туркменистану разведывательные беспилотники. Хотя широкий спектр дронов в Туркменистане может показаться удивительным, он следует политике страны по закупке оружия иностранного производства у различных поставщиков, таких как реактивные учебно-тренировочные самолеты или вертолеты итальянского производства, турецкие корабли или китайские системы ПВО.

Дроны центральнозиатского производства

В целом страны Центральной Азии сделали ставку на дроны иностранного производства. Это может скоро измениться, поскольку Казахстан, Узбекистан и, как сообщается, Кыргызстан находятся на пути разработки собственных БПЛА отечественной разработки и производства.

Казахстан и Узбекистан лидируют в этом направлении. В случае Казахстана, разведывательная «Шагала» (Чайка) совершила свой первый испытательный полет в начале 2021 года и спустя несколько месяцев вышла на завершающий этап испытаний. Тем временем Узбекистан в феврале 2022 года запустил производство серии дронов под названием «Лочин» («Сокол»), которые, по-видимому, предназначены для разведывательных функций, хотя узбекские власти упоминают, что они также имеют ударные возможности.

Кыргызстан станет третьей страной в Центральной Азии, разработавшей собственный дрон. Сообщения о дроне SAARA-02 кыргызского производства появились в сети, хотя и не из официальных источников. На вопрос об этом министр обороны Кыргызстана не опроверг и не подтвердил сообщения.

Использование дронов в регионе

После медленного старта, страны Центральной Азии рассматривают дроны как дополнение, если не ключевой компонент своих вооруженных сил. У БПЛА в регионе есть сильные аргументы, как в качестве специализированных ресурсов, так и в качестве недорогих альтернатив для усиления возможностей атаки «воздух-земля». Использование дронов-разведчиков является полезным инструментом для трех граничащих с Афганистаном стран: Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Неслучайно США предоставили и таджикским, и узбекским военным такие аппараты, которые предположительно будут использоваться для наблюдения за своим южным соседом.

Между тем, успешное использование кыргызских беспилотников в последнем столкновении между Кыргызстаном и Таджикистаном показало, какую роль такие возможности могут играть в качестве атакующей силы. БПЛА могут стать дешевой альтернативой для стран с ограниченным оборонным бюджетом и скромными военно-воздушными силами. Это относится как к Кыргызстану, так и к Таджикистану, где расходы на оборону составляют около 123 миллионов долларов и 80 миллионов долларов соответственно, а возможности нападения в основном зависят от вертолетов советской эпохи.

Каждая страна Центральной Азии осознает растущую роль дронов в войне и адаптируется к этой новой реальности. Кыргызстан быстро расширяет свои возможности беспилотников за счет турецких беспилотников после пограничных столкновений с соседним Таджикистаном. После первоначального интереса к турецким беспилотникам Душанбе обратил внимание на Иран, хотя партнерство с Тегераном уже вызвало споры на международной арене. Между тем, Казахстан и Узбекистан неуклонно совершенствуют свои возможности, включая разработку и производство аппаратов местного производства. В то же время Туркменистан стал очевидной региональной державой беспилотников, закупая различные типы БПЛА у самых разных поставщиков.

На вооружении пяти республик в ближайшее время пополнятся запасы БПЛА. Будут ли они использованы, и как, это отдельный вопрос.