Бесталанные женщины, или мужи — не музы...

Ох, а ведь если я спрошу вас, уважаемые дамы, вы ведь наверняка не ответите. А спросить я хочу у вас следующее. Почему же вы не пишете стихов нам, то бишь мужчинам. Вы, конечно же, поспешите возразить, мол "почему же не пишем, а вот и пишем, возьмите хоть в пример величайших мастериц пера Ахматову, Цветаеву. И не просили ли вы нас молчать. Не Гомер ли говаривал, что женщину украшает молчание. А теперь вам стихи подавай. Да и с чего это мы, женщины, должны вам чего-то там посвящать. Во-первых, женщина никому и ничего не должна, в во-вторых, мало вам, мужчинам, того, что мы всю молодость вам посвящаем, детей рожаем, так вам еще и фразы в рифмах посвящая да подавай."

Конечно, не исключено, что есть еще и в-третьих и в-четвертых, и так по нарастающей, но я, пожалуй остановлю свое воображение на наиболее ключевых доводах, которые, собственно и перечислил выше. На Ахматовой и Цветаевой, а так же других поэтессах и их посвящениях, если таковые придут на ум, я остановлюсь подробнее позже, а пока позвольте рассказать вам, как мы, мужчины, несправедливо притеснены женскими милыми, но очень мнительными и эмоциональными, а порой и жестокими и коварными сердцами.

Учитывая опыт великих мира сего, к примеру Лермонтова, который говаривал:
"Стыдить лжеца, шутить над дураком
И спорить с женщиной — все то же,
Что черпать воду решетом:
От сих троих избавь нас, Боже!..",

постараюсь быть максимально лояльным в высказываниях и умозаключениях, дабы не навести на свою скромную персону гнев женщин, случайно или нарочно прочитавших мою писанину.

Спорить о том, что женщина восхваляется и возвышается с античности никто не будет. Да и на руку ль женщине оспаривать сей, до глубины женской душе приятный и сердцу милый факт. Издревле поэты и писатели, философы и мыслители пытались постичь загадку и тайну женщины. Сколько стихов, поэм, слов было посвящено ей, сколько женских портретов написано, сколько цветов было брошено к ее ногам.

"Из века в век поэтами воспета,
Стократ унижена и вновь вознесена,
Осталась Женщина вопросом без ответа,
Хрупка, но… удивительно сильна."

Автора не знаю, но явно познавший горечь неудачных попыток узреть женской сути глубину. Сколько неудачных попыток познать женщину, изучить и поделиться собратьями, дабы найти ключ от хрупкого, но вместе с тем неприступного женского сердца. Вот и мается весь свой век армия мужей, среди которых и ваш покорный слуга, в попытках найти ответ той самой загадки, которая заключена в женщине.
Предлагаю вашему вниманию отрывок из армянской народной песни.

" Я стоял у входа в твой дом,
Ты взглянула, всплеснула руками,
Я стоял, ты всплеснула руками,
Протянула мне чашу с вином.
«Не прошу я иной услуги —
Я молю: запиши меня в слуги,
Хоть рабом допусти к очагу!»
— «Нет, рабу я не буду рада,
И прислужников мне не надо,
Я лишь друга пустить могу!»

Да, это пишет воин, который яростно насаживал на меч тела врагов, а завидев красоту женщины, не смог использовать щит, дабы противостоять ее чарам. Сраженный, тем не менее, не получает ничего, кроме пренебрежительного, припасенного любой, уважающей себя женщиной, ответа. Вот так вот, дорогие мои. Но, как сказали бы, декорированные и помпезные французы, знающие толк в женщинах и тонкостях любви - се ля ви! Подобного признания читать в сборниках стихах или песен, написанных женщиной не доводилось. Хоть убейте, а не читал.

Если писать уже о более матерых, признанных, и так сказать, популярных представителях поэзии, написавших бешеные оды женщинам, приведу вам отрывок из Пушкина.

"Ты – женщина! И этим ты права.
От века убрана короной звездной,
Ты – в наших безднах образ божества!
Тебе мы служим, тверди гор дробя!
И молимся – от века на тебя! Женщина!"

Вчитайтесь, люди, товарищи! Это невероятно! Сколько в этих словах восхищения, самоотдачи, любви и поклонения. А чем закончилась жизнь гениального поэта, мы все прекрасно знаем - никакие стихи его, к сожалению, не спасли. Знакомые нам уже французы и тут бы нашлись и сказали - шерше ля фам, так как наверняка знали бы, что в погибели Алексанжра Сергеевича была опосредованно, а все же, виновна женщина, именно та, которую он сравнивал с Мадонной и считал подарком Господа, всем нам небезызвестная Н.Гончарова.

Читали ли где-нибудь, ну хоть одним глазком, что-либо подобное написанное пером женщины (дабы избавить вас от попыток вспомнить, хочу сказать, что вряд ли вспомните).

Века после Пушкина, его современники и последователи писали и философствовали, и каждый наивно верили, что именно они, будут теми счастливыми мудрецами, которые найдут ответ, веками мучающий самые высокие умы человечества. Довольно таки наивное дело было, соглашусь...

Женщины, а что женщины? Любить - любит, прощать - прощает, а сказать - не говорит, разве что, если очень припрет. А как скажет, так отрежет. Так скажет, что впредь зарекаешься срывать цветы и оставлять их на увядание. Никогда не уронит взгляд, никогда не сломится. Это вам не сильные мужчины с хрупкой душевной конституцией, которым дай волю чувствам - он и колено преклонит и челом о земь разобьется, дабы вымолить прощение у той, кого ненароком, по своему мужскому непониманию или, может, по своей наивной и влюбчивой природе обидел или огорчил. Дабы не быть голословным, представляю вам пару строк и дам вам возможность угадать пол автора, хотя и без этого все ясно. Просто сравните.

"А ты думал - я тоже такая,
Что можно забыть меня,
И что брошусь, моля и рыдая,
Под копыта гнедого коня.
Или стану просить у знахарок
В наговорной воде корешок
И пришлю тебе странный подарок -
Мой заветный душистый платок.
Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь,
И ночей наших пламенным чадом -
Я к тебе никогда не вернусь."

Да, дорогие и глубоко уважаемые мною господа, это женщина - одна из величайших поэтесс русской поэзии - Анна Ахматова. Сколько гордости, так сказать гордыни, бунтарства и непокорности в этих строках. Нет, женщина никогда не "опустится" до мужских "нюней". Вот вам, стихотворение пера все той же Ахматовой:

"Нет, это не я, это кто-то другой страдает.
Я бы так не могла, а то, что случилось,
Пусть черные сукна покроют,
И пусть унесут фонари.
Ночь."

Готовая пойти против природы, что важнее, против себя, поэтесса (далее-женщина) признает, что любовь приносит к страданию, страдание-слабость, которая будет наказано забвением. Есть ли что страшнее? Возможно презрение?

"Умирая, не скажу: была.
И не жаль, и не ищу виновных.
Есть на свете поважней дела
Страстных бурь и подвигов любовных.
Ты - крылом стучавший в эту грудь,
Молодой виновник вдохновенья -
Я тебе повелеваю: - будь!
Я - не выйду из повиновенья."

А ведь эти слова хоть и написаны в период сильных переживаний, но в браке и с детьми. Но в строках прагматизм перебивает любой намек на чувства... Отчего ж это так происходит, господа товарищи?!

"Люблю - но мука еще жива.
Найди баюкающие слова:
Дождливые, - расточившие все
Сам выдумай, чтобы в их листве...
Баюкай же - но прошу, будь друг:
Не буквами, а каютой рук:
Уютами...".

То есть что же получается, в каком-то моменте, мужчины допустили ошибку. Стихи им боле не прельщают, возможно действовать нам надо? Величайший хулиган и талантливейший поэт Есенин написал "Письмо к женщине", наиболее искреннее из его искренних произведений. Да, и все это написано ради вас, милые женщины.
Какой должна быть сила любви, заставившая написать следующие строки?

"Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз злато-карий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.
Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным."

Пока писал эту околесицу, что-то я все по-другому осознал. Знаете, читая стихи великих поэтесс, мне временами становилось жаль их. Согласен, презренное чувство - жалость и уж тем более жалость к женщине, к величайшему из созданий Господа. И если уж женщина окутана такой тоской, то единственный виновник этого я и ты, уважаемый братец. Да-да. В стихах - и народных, и Пушкина, и Есенина- я вижу восхищение, благодарность и какой-то спортивный норов. Важнее всего то, что я чувствую благодарность и любовь,пусть к ушедшей, но прекрасной музе, которая подарила, а не отняла. В противовес, в стихах женщин я вижу отнятую молодость, огонь и жизнь. Вероятно, это лишь мое предположение, сделанное под томным взглядом луны, в час, когда по обыкновению приходят такого рода тоскливые мысли, но другого на ум не приходит. Единственное, в чем я действительно начинаю уверяться - то, что "Мы в ответе за тех, кого приручили." И сорванные в садах прекрасные цветы мы должны поить живительной водой, а не забирать их жизнь и красоту. Отданные нам с таким трепетом сердца, мы должны держать крепко, но осторожно, чтобы не поранить... а решив отпустить-только дав крылья, а не оставить гибнуть... и снова слова...

А тем временем, пока есть чувства, доселе будет место красоте творчества. Какой величины любовь может дать жизнь искусству? Да не нужно пламенных и острых чувств, достаточно лишь мгновенья взгляда и может родиться совершенство в рифме, на полотне, в семи нотах, сливающихся в танце, в нечто невероятно и невообразимо прекрасное -мелодию. Да, таков был Штраус, посвящающий симфонии свое жене,таким был Пикассо, писавший вдохновленный своей супругой, таков был любвеобильный Есенин и таков каждый, кто хоть раз любил, кто чувствовал на себе взгляд женщины, и кто в сердце таил и хранил ароматы, улыбки и образы, той самой музы, всколыхнувшей сердце и ум одинокого странника.

1. http://yvision.kz/post/430797