Астана: культура и еда.
Мой недавний визит в Астану переполнил меня впечатлениями, что я решила ими поделиться. Расскажу про свой недавних поход в галлерею современного искусства Куланши, находящуюся в пирамиде, то есть во дворце мира и согласия. Эта та самая пирамида, про которую говорили, что она масонский символ Астаны.
Пирамида - это здание стеклянное, прозрачное на верхушке. Там, на конце пирамиды изображено солнце как на флаге и синь вокруг. Но так как, вершина пирамиды неровная, солнце получилось похожим на четыре треугольника. Ниже золотых треугольников расположились 130 голубей в полете. И все не просто так, не ради эстетики, а смысла для - у нас же в Казахстане 130 национальностей, вот и голубей пришлось нарисовать 130 штук. Они белые, выглядят очень натуралистично и расположены хаотично. Создается ощущение, что пирамиду со всех сторон атакуют гигантские голуби.
На первом этаже все из черного мрамора и оперный зал, на четвертом или пятом есть большой зал с мини-выставкой костюмов разных национальностей, но костюмов не 130, как можно было бы предположить, а штук 20 всего. Причем, большинство из них висит на вешалках, но три или четыре самых главных (в том числе и казахский) надет на манекены с лицами Кена и Барби, к голове которой приклеили искусственные черные косы. Выглядит это пугающе. Про костюм русских я вообще молчу, он настолько далек от реального костюма, насколько далеки от реальности программы Киселева.
На самый верх, где находится конференц зал на сорок человек, можно подняться по зимнему саду. Зимний сад - еще одно пустое название, в нем растут в не очень красивых горшках банальные домашние цветы, которые цвели бы и у меня, не забывай я раз в неделю их поливать. Эти домашние цветы растут на фоне искусственной травы, высаженной вертикально по стенам. Несколько пролетов по саду и ты уже на вершине пирамиды, где проводятся “конференции с участием президента” (- фраза, которую наш гид повторяла в каждом зале по несколько раз). В этом небольшом зале кроме атакующих голубей и треугольного солнца можно еще разглядеть вид на Астану.
После тура с гидом по пирамиде мы пошли в галлерею Куланши, куда предварительно звонили и где нам пообещали показать Пикассо и Шагала. Заплатив 200 тенге и предвкушая хоть чуть-чуть культурно просветиться, я зашла в галлерею Куланши. При входи висит надпись, что несмотря на свою направленность на современное искусство, галлерея имеет картины Шагала, Пикассо, Дюрера, Рембрандта. Зашли, нас никто не встречал. Занятые девушки сидели поодаль и говорили по телефону. Залы были пусты. Один из первых - вип-зал, в котором и висят все “шедевры”. Там было два Пикассо, Шагал, картины маслом, пару штук. Рембрандт был один, оригинал, хотя и гравюра. Всего было картин десять. Но вот Дюрер. Дюрер! Дюрер был поддельный. То есть на репродукциях. Или это были какие-то навороченные репродукции, факсимиле называются. КАКОГО ЧЕРТА ПИСАТЬ, ЧТО У ВАС ЕСТЬ ДЮРЕР, КОГДА ЭТО ФАКСИМИЛЕ? Это была смертельная рана, нанесенная мне галлереей Куланши.
Кроме поддельного Дюрера там были разные художники, не только казахстанские. Но смотреть на них мне даже не захотелось, я быстро пробежала по остальным залам. Выходя из галлереи, я обратила внимание на книгу отзывов, лежавшую на столике между двух греко-римских колон из белого гипса. Эти колоны ничего не поддерживали и ничего не соединяли, они просто стояли посреди галлереи Современного Искусства. В качестве украшения я так понимаю. Эти колоны были последним ударом, и я ушла, заключив, что это были худшие потраченные 200 тенге всей моей жизни. On the bright side, охранники там экстра-вежливые в отличие от искусствоведов и гидов.
Этим же вечером подруга повела меня в грузинский ресторан, чтобы поднять мне настроение. Он назывался кафе Целинников. Это ресторан не только поднял мне настроение, он перевернул мое представление об Астане. Это лучший ресторан, в котором я была, ну может не в жизни, но в Казахстане и в Грузии точно. (Это не реклама, они действительно мне настолько понравились).
Во-первых после Куланши и всей этой пирамиды с ее искусственными растениями и голубями, дизайн этого кафе мне показался божественным - прямые четкие линии, много света и воздуха благодаря окнам во всю стену, белого цвета стены и желто-голубая стильная мебель, удобные кресла.
Выбора вегетарианских блюд было немного, так что я заказала картошку жареную с грибами себе, хачапури с сыром, хинкали с грибами и хинкали с картошкой, салат из огурцов и помидоров с соусом из грецких орехов to share.
Хачапури был свежий, горячий, с идеальной пропорцией сыра и теста. Вкусно-вкусно. Хинкали были из тонкого теста, нежные, легкие. Картошка была лучше всего. Ее подали в глиняной тарелочке с жареными вешенками. Она была не слишком жирная, золотистая, хрустящая по краям, мягкая в середине, но главное, главное, какой-то секретный компонент. И на вкус и на запах было в ней что-то непонятное - может привкус костра, но что-то неуловимое, таинственное, то, что превращало ее из просто хорошо приготовленной жареной картошки в произведение кулинарного искусства.
Весь вечер я вспоминала об этом ресторане, разбирая каждую деталь своего визита. На следующий день в обед мне нужно было уезжать, поэтому я решила штурмовать Целинников с раннего утра. Прогулявшись по набережной, почитав книгу Питера Мейла год в Провансе, часам к десяти я подошла к заветным Целинникам. “Мы открываемся в 12” - сказала мне официантка. Я подумала, что успею чего-нибудь быстро съесть за полчаса и взять с собой остатки в аэропорт. В итоге два часа я ходила под стенами целинников, посидела на каждой скамейке, под каждым деревом. Упомянула я год в провансе, кстати, не просто так, а чтобы описать в каком настроении я была к открытию ресторана. Это книга, в которой автор рассказывает историю собственной жизни, как он бросил успешную карьеру начальника и переехал на ферму в Прованс. Добрую половину книги мистер Мейл посвящает детальному описанию провансальской еды: где, когда, при каких обстоятельствах он обедал, что подавали, сколько это стоило, какие чувства он испытывал при поедании этих блюд. Есть отдельные главы о трюфелях, зимней кухне, полный рецепт жаркого из лисы и цитаты в полстраницы из мишленовского гида. Так что, когда часы пробили 12 и я ступила на порог Целинников, у меня помимо аппетита сложилось убеждение, что я напишу об этом обеде.
В этот раз я села на террасе. Погода стояла прекрасная, солнечный, ясный, прохладный день, прозрачный воздух. Кафе расположено в старом центре, где растут уже большие деревья, посаженные при Целинограде, здания рядом маленькие и кирпичные. Поэтому терраса несла вполне себе алматинский дух.
Мне принесли пять разных меню - летнее, обычное, обеднее, десертное, винное. Я выбрала холодный суп с мацони, какой-то особенный хачапури с картошкой и кисель. Сначала принесли суп. В меню было расплывчато написано, что мацони - это уникальная грузинская простокваша. От официанта я добилась клятвы, что там нет мяса, но никаких деталей о содержании. Рискнула и не разочаровалась. Суп был похож на наш коже, с рисом вместо перловки и не такой густой. С супом вышло также как и с картошкой, просто вкусно, если бы не одна деталь. На этот раз я знала, что это была за деталь - мята. Мелко порубленная, она делала суп действительно летним, освежающим, придавала ему экзотический оттенок и приятный запах. Через несколько минут подали хачапури. Это был какой-то другой вид, потому что он был из другого теста и меньше. Кружок был разрезан на четыре большие части и я решила порезать его на более удобные кусочки. Поднесла нож, лепешка послушно поддалась под его весом. Тесто было просто невесомое. Картошки внутри было достаточно, она была в виде пюре без комочков с маленькими озерцами расплавленного сыра. Я заказала один такой же с собой и увезла его в Алмату, как самое приятное воспоминание о столице нашей страны.