Эрих Мария Ремарк о ВОВ с той стороны баррикад
Как-то так получилось, что накануне 75-летия со дня начала ВОВ я дочитала "Время жить и время умирать". С очередной прочитанной книгой мое восприятие автора не меняется, Эрих Мария Ремарк сложный автор, его тяжело читать.
"Время жить и время умирать" это взгляд на вторую мировую войну с той стороны, это боль утраты с той стороны, смерть с той стороны. Почему-то со школьной скамьи так повелось, что с той стороны баррикад были фашисты - нелюди без чувств и эмоций, жаждущие убивать. Но Ремарк показывает, что там тоже были люди. Они боятся, любят, страдают, мечтают о мире и "коровьем" счастье.
В романе есть традиционная для Ремарка любовная линия, есть и алкоголь, но не в таких объемах как, к примеру в "Триумфальной арке" и не какой-то конкретный. Герои пьют водку, шампанское, вино, кюммель, коньяк и арманьяк.
Меня в этой книге больше всего зацепила беседа двух солдат. Один из них переживает за свой дом, сожгут ли его русские, когда придут в Германию? Будут ли они поступать в Германии так, как немцы в России? Ведь одно дело ты в чужой стране и другое чужие солдаты на твоей земле.
Эта же мысль повторилась в просмотренном сегодня же фильме "Отец солдата". Фильм старый, поставлен в 1964 году режиссером Резо Чхеидзе. Летом 1942 года старый грузинский крестьянин Георгий Махарашвили узнает, что его сын танкист был ранен и попал в госпиталь. Он решает проведать сына, но не застает его в госпитале. Сын выздоровел и уехал на фронт. Георгий решает остаться в действующей армии и добивается зачисления в мотострелковую воинскую часть. Вместе со своими товарищами по оружию, с боями, он добирается до Германии.
Будучи уже на территории Германии Георгий пытается навести справки у случайно встреченных танкистов, что ремонтируют танк. Танкисты ничего не знают, завершают работы и решают испытать танк на винограднике. На их пути становится Георгий. Он выговаривает юным воякам, что незачем просто так уничтожать виноградник. Те в ответ огрызаются, что немцы ничто и никого не щадили. Старый грузин предлагает в таком случае убить и гуляющих рядом немецких детей. Танкистам становится стыдно. "Я же не нацист", - говорит один из них.
Финал у фильма очень грустный. В ходе сражения за два нижних этажа дома Георгий находит своего сына, но тот умирает после ранения у него на руках.
Центр, "Время жить и время умирать" и "Отец солдата" рассказывают об одном и том же - мы их, потому что они нас, но при этом мы лучше, чем они. И так до бесконечности.