Игра со смертью Нурали Айтеленова. Эксклюзивное интервью

5203
7
0
6

Первый казахстанец, аккредитованный для журналисткой работы на войне в Украине, Н. Айтеленов о казахах, живущих в Донбассе.

Нурали Айтеленов получил аккредитацию, бронежилет и кевларовый шлем для работы в зоне боевых действий. Киев, 2016г.

Первым представителем казахстанских СМИ, официально аккредитованным для работы в зоне боевых действий на Украине, стал блогер, путешествующий по миру автостопом, Нурали Айтеленов, уроженец города Павлодара. Это его вторая поездка в Украину для освещения происходящих там событий. В этот раз Нурали решил рассказать в своих статьях в интернете о судьбе казахских семей, проживающих в Донецкой народной республике (ДНР). Сейчас он находится в Киеве и оформляет документы для этой поездки. Я записал с ним интервью по телефону.

- Нурали, давай для начала поговорим о твоей первой поездке в Украину, которая была зимой-весной 2015 года. Тогда твой блогерский проект назывался «Путешествие автостопом: «В гости к бандеровцам». Почему ты решил взяться за освещение событий на Украине, какой была цель проекта?

- Первый раз я выехал в Украину 15 января 2015 года. Поехал, потому что у нас в Казахстане мало новостей об Украине. Официально Казахстан придерживается нейтральной позиции, но, если посмотреть, превалирует российский взгляд на освещение происходящих там событий. Я честно всегда говорю – тогда я был подвержен западной пропаганде, той, что кидают в интернет. У меня не было личной информации, чтобы анализировать, что происходит на Украине. Потом я решил, лучше быть первоисточником информации, а не ретранслятором. Я решил поехать на родину Степана Бандеры, чтобы своими глазами посмотреть – есть ли там бандеровцы, которые «пьют кровь младенцев», такие ли украинцы националисты, какими их показывают российские СМИ? До отъезда я нашёл в интернете украинцев, которые называли себя «бандеровцами», списался с ними. Они говорили: Нурали, приезжай к нам в Украину, с тобой будет всё нормально, если возникнут какие-то проблемы, можешь смело обратиться в наши правоохранительные органы, или в тот же самый «Правый сектор». Поэтому я с лёгкостью поехал в Украину, веря, что там нет беспредела.

- Но судя по твоим записям в фейсбуке, ты с этим беспределом столкнулся? Я видел твоё интервью на Videoukraine о том, как тебя мучили и ограбили украинские националисты. Расскажи об этом подробнее.

- Когда я приехал в Киев, мой друг дал мне контактные данные, где я мог остановиться - это спецбатальон «Викинг». 22 февраля я встретился с Батей УНСО - это командир спецбатальона «Викинг». Я записал с ним интервью. Батя предложил мне поехать в зону боевых действий в качестве журналиста. Он предупредил, что мне нужна будет аккредитация, а для этого нужно пройти жёсткую проверку. Я думал, что это будут допросы. Не ожидал, что 3 марта на меня набросятся, изобьют и отберут всю мою технику.

Нурали с Батей УНСО. Пока ещё с волосами. 2015 г.

- Что у тебя забрали?

- Ноутбук, зеркальный фотоаппарат «Кэнон», два объектива к нему, штатив, GPS-трекер, жёсткий диск, смартфон «Айфон» и так далее. На шесть тысяч долларов. Пять дней я находился в наручниках. Меня держали в подвале. Там была ещё какая-то девочка, которой не было 18 лет. Как я понял, её хотели передать куда-то в Европу, чтобы она занималась проституцией. Меня ставили на колени, унижали, угрожали изнасилованием, обрили налысо, требовали: позвони родителям и скажи им, чтобы они перечислили 10 000 долларов на наш счёт. Тогда мы тебя отпустим. Иначе тебе грозит уголовное дело по двум статьям - за незаконное пересечение границы, хотя это неправда – в моём паспорте есть отметка, и за то, что я, якобы, являюсь сепаратистом.

- Что такое спецбатальон «Викинг»? Какой его правовой статус? Это легальная организация, типа военно-патриотического клуба?

- Да. Он был создан до начала военных действий. Говорят, что «Викинг» откололся от УНА-УНСО и стал отдельной организацией.

- Как тебе удалось освободиться из плена?

- Как только спецподраздение «Викинг» покинуло базу, я сразу нашёл компьютер с выходом в интернет и написал, что меня удерживают в районе аэропорта Жуляны в промышленной зоне. 4 марта вечером приехали сотрудники посольства Республики Казахстан – консул Ким Денис Михайлович и его коллега Берик Булатханович, который занимается вопросами безопасности. Также приехал Юрий «Компас», который меня незаконно удерживал.

- Тебе вернули аппаратуру?

- В течение двух недель после моего освобождения сотрудники консульства просили меня никуда не обращаться и дождаться, когда вернут мои вещи. Я верил, что они мне помогут. Ранее я написал заявление в Службу безопасности Украины. 6 апреля 2015 года я вышел на одиночный пикет к зданию Службы безопасности в Киеве с требованием решить моё дело. Ничего не добился. Обращался и к украинским националистам, которые обещали помощь. Дошёл до одного из лидеров УНА-УНСО Игоря Мазура, он сначала говорил, я тебе помогу, но потом «переобулся» – у меня нет на это времени, я не буду заниматься этим. В общем, все меня продинамили.

- После этого случая ты поменял своё отношение к «бандеровцам», я имею в виду украинских националистов?

- Ну да. У меня резко поменялись взгляды. После этой поездки я был в депрессии. Написал несколько критических постов по этому поводу. Из-за этого растерял больше полвины своих украинских контактов. Недавно одна девчонка оклеветала меня в фейсбуке. Написала статью о том, что я агент спецслужб. Я разобрался, мне принесли извинения, но осадочек остался.

- Что за девчонка?

- Настя из Алматы. Уехала в Украину, больше общается с «Правым сектором», помогает участникам боевых действий. Есть фото, где она с автоматом. Оказалось, она на многих такие статейки пишет, кто лично ей не нравится. Но это всё мелочи. Хочу сказать, что мой негатив не распространяется на всех украинцев. Напротив, я встретил там много хороших людей, которые стали друзьями. Многие мне помогали. Причём бескорыстно. Я был в Киеве и Львове, и никто на улице не тыкнул мне – ты чурка! В целом Украина оказалась вполне спокойной, гостеприимной страной. Но, как и везде, есть свои проблемы.

- Расскажи о своей второй поездке в Украину в ноябре 2015 года. Первая твоя миссия, можно сказать, провалилась. В этот раз о чём ты решил написать?

- Мне друг из Уральска сказал, что в Юго-Восточной Украине, а конкретно в Донецкой народной республике, где сейчас война идёт, до сих пор живут семьи этнических казахов и не могут выехать оттуда.

- Как они туда попали?

- У кого деды там воевали ещё в Великую Отечественную, кто-то ещё при Союзе военным был, там и остался, кто-то Донецкий университет окончил, потом получил там работу и квартиру. Я хотел встретиться с ними, поговорить, узнать, какая нужна помощь. Также я хотел рассказать в своём блоге про ситуацию в зоне боевых действий. Объективно. То, что я увижу своими глазами.

- Ты опять поехал в Украину автостопом?

- Из Алматы в Атырау я на самолёте летел, потому что это было очень дёшево – 16 000 тенге. Несколько раз передвигался на рейсовых автобусах. Но в основном – автостопом на попутных машинах.

- Судя по записям в твоём фейсбуке, в этот раз тебя не сразу пустили в Украину?

- Да, не смог я сначала проехать. Говорят, у тебя нет приглашения в Украину. Поэтому я развернулся и поехал в Москву освещать забастовку дальнобойщиков по системе «Платон».

Айтеленов с дальнобойщиками из движения «АнтиПлатон», Россия, г.Химки

- Расскажи немного об этом.

- Сначала нормально общались с мужиками, я про них несколько постов написал в фейсбуке в поддержку. Сфотографировались с казахстанским флагом, я его с собой вожу. Под конец там появился провокатор, который начал всех настраивать против меня и Димы, который организовал эту стояночку в Химках, где сейчас штаб находится протестного движения «Антиплатон». Он начал провоцировать меня, учить истории, что Казахстан всегда под Россией ходил. Я в фейсбуке написал об этом и назвал его «ватником». Потом все ребята немного подпили, а он в штабе показал им мою страницу. Мужики подумали, что я всех русских «ватниками» обозвал. В общем, поругался я с ними и уехал в Украину. 31 декабря мне друг сделал приглашение, и 6 января я уже пересёк границу.

Нурали пишет статью про забастовку дальнобойщиков в Химках

- Ты уже встречался в Украине с представителями казахской диаспоры?

- С казахскими семьями из Донецкой народной республики я пока держу связь по интернету. На прямой контакт они пока идти не готовы - боятся, что я работаю на Службу безопасности Украины или КНБ Казахстана. В Киеве я записал видеоинтервью с председателем Общества казахской культуры Донбасса Мариком Джангутиновым.

- Что рассказывает Марик Джангутинов? Какие у донбасских казахов есть проблемы?

- Многие хотели бы вернуться на историческую Родину, в Казахстан. Меня убивает ситуация, что когда война начиналась, наши не могли приехать и оказать им содействие. Когда начиналась война, правительства других государств оказывали поддержку своим соотечественникам, своим этническим братьям, своим диаспорам. К примеру, приезжал консул Польши, объезжал квартиры и дома поляков, предлагал им – сейчас война начинается, вы не хотите переехать в Польшу? Так было перевезено примерно 300 семей. Каждому и карту поляка выдали, и подъёмные, и вещи перевезли. Я считаю, что то же самое Казахстан должен сделать и для спасения казахов, желающих уехать из зоны боевых действий на Родину. Я скоро выложу интервью с одним казахом, у которого проблема. Это паренёк призывного возраста, его хотели призвать для участия в боевых действиях. Его отец вместе с Мариком Джангутиновым пошёл в посольство Казахстана и попросил: можете помочь, чтобы нашего сына не забирали? В посольстве сказали – мы без загранпаспорта ничем помочь не можем.

С председателем Общества казахской культуры Донбасса Мариком Джангутиновым

- Тебя аккредитовали, как журналиста?

- Нет, как блогера. Я взял справку на одной из блог-платформ, где публикуюсь. В пресс-службе штаба антитеррористической операции мне сказали, Нурали – ты первый казахстанский журналист, который получил аккредитацию для работы в зоне боевых действий. Сейчас решается вопрос о моей аккредитации в пресс-службе правительства Донецкой народной республики. Когда получу все документы, через неделю-полторы выеду туда.

- Ты постоянно двигаешься самостоятельно. На какие деньги?

- Я занимаюсь фрилансом. По пути подрабатываю ремонтом компьютеров или установкой программного обеспечения. А вообще, автостоп подразумевает бесплатное перемещение по миру. Ночую и питаюсь у таких же кичхакеров (автостопщиков), с которыми знакомлюсь в интернете. Они знают, что если приедут в Казахстан, я их встречу также. Иногда кто-нибудь дарит мне деньги. Сам никогда не прошу. Не в моих правилах.

- Во сколько обойдётся поездка в Донецкую народную республику? Там попуток и друзей-хичхакеров, наверное, нет?

- 500 долларов. Думаю, насобираю как-нибудь. Смотри, на что мне эти средства нужны: первое – нужно оплатить услуги водителя, который меня будет возить там по месту. Это будет и водитель, и фиксер – проводник, значит. Для чего мне нужны его услуги? Потому что там ситуация, реально, не спокойная. Мне об этом рассказывали знакомые из Донецка. Я с ними переписывался, в том числе и с гражданами Казахстана, воюющими там.

- Это, случайно, не с парнем из Экибастуза, который уехал в ДНР?

- Я переписывался со многими ополченцами, которые участвовали в боевых действиях, с операторами «Ньюс-фронта» и «Новороссия-ТВ». Про этого Нурлана Игенова они говорили, что он принимал здесь участие в боевых действиях, вдобавок воровал у своих же, в подвале сидел за это. Не знаю, как он оттуда живым уехал. Он сейчас в России, где-то в Сочи живёт.

- Ты уже выезжал в зону военных действий?

- Я был в «зелёной» зоне на территории Украины. Был в Славянске, Краматорске, Артемьевске, Рубежном. В Краматорске один газоэлектросварщик рассказывал, к ним на завод ополченцы приезжали. Приехали, забрали 20 автобусов. Когда начали отступать, вернули автобусы обратно. Были и ополченцы, которые занимались мародёрством. Там уже зависит от командира.

- А что местные жители говорят о войне?

- У людей двоякое мнение. Виноваты в этом конфликте обе стороны. Упустили в своё время ситуацию, не хватило политической воли решить всё по мирному. Люди разное говорят – кто-то хает ополченцев, кто-то, наоборот, их поддерживает, кто-то хает вооружённые силы Украины, кто-то также их поддерживает.

- Как ты перемещался по этим городам?

- Я неделю назад выезжал с волонтёрами из «Волонтёрской сотни». Они развозят на грузовиках гуманитарную помощь жителям районов, пострадавшим от военных действий, и бойцам на территории, подконтрольной Украине. Во время одной поездки меня высадили. У них поменялись планы, и они уехали на фронт, а я остался в Артемьевске.

- В общем, на фронте ты пока не был?

- Не был.

- С какими чувствами ты собираешься в Донецкую народную республику?

- Это игра со смертью. Либо меня просто ограбят, либо могут расстрелять. Те же казахские ополченцы. Мои все родственники предупреждены – если меня возьмут в плен и будут требовать деньги за моё возвращение, никому ничего не отправляйте! Это международное правило – заложников никогда не оставляют в живых.

- Удачной поездки и возвращения тебе. Будем ждать от тебя новостей из зоны боевых действий!

P.S. Когда этот материал уже был подготовлен, Нурали Айтеленов на своей странице в Фейсбуке сделал новую запись: «От одной из сторон вооруженного конфликта получил отказ в получении пропуска и получении пресс-аккредитации. Надо искать выход из этой ситуации...»

Фёдор КОВАЛЁВ, фото Нурали Айтеленова.

Ad

Rate post

6

Comments

Login to comment