Герои спальных районов. Часть 9

Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6 Часть 7 Часть 8

«Почему он бросил палку и стал драться на кулаках? Наверное, хороший парень», - думал Санат, удивляясь проявленному благородству поверженного соперника. В это время хороший парень стоял перед зеркалом и ощупывая распухшую щеку щедро поливал Саната матом.

-Сыздыков, ты почему хромаешь? – удивилась Жанна Кабдешовна.

-Упал, - невозмутимо ответил Санат.

-У Хакима из девятого «Б» глаз подбит и лоб разбитый. Тоже говорит «упал». Не вместе падали?

-Нет.

-Ты подальше от этих бездарей держись, - посоветовала классный руководитель.

Жанну Кабдешовну беспокоили мысли, что Санат участвовал в дворовых разборках. Закончился третий урок.

Началась большая перемена. Хака вышел в длинный школьный коридор и увидел, как Оксана с подругой зашли в кабинет музыки. Он дошел до кабинета и заглянул в замочную скважину. Девушки подходили к двери, и он резко отскочил. Подруги вышли и пошли в буфет. Как ловкий зверь Хака быстро и бесшумно проник в кабинет. На парте лежала тетрадь Оксаны, он взял ее начал листать. «Что за странный язык? Интересные буквы», - подумал Хака и вышел из кабинета. Он пошел к Санату узнать какой это язык. Долго и тщетно пытался Хака описать увиденные буквы.

-Должно быть грузинский. Но я не уверен. Других вариантов нет. А для чего тебе? - сказал Санат.

- У Оксаны в тетрадке запалил. Она походу изучает этот язык. Хочу тоже пару слов выучить и подкатить к ней. Как будет «привет! Как дела?» на грузинском?- спросил Хака.

-Откуда мне знать? Я знаю только «генацвале».

-А это хорошее слово? В смысле не матершина?

-Да нет. Все грузины его часто произносят. Что-то вроде восхищения кажется.

Хака смотрел на Саната как на гиганта мысли и вслушивался в каждое слово и вид у него был задумчив, как у человека, который долго искал истину и наконец приблизился к ней.

-Интересно, зачем ей грузинский? Не забыть бы «генацвале», - прошептал Хака.

Прошло еще два урока, и парень с отчаянной головой вышел в коридор с целью осуществить задумку. Две девушки прекрасные как небесные звезды не спеша шли, что-то горячо обсуждая. Собрав волю в кулак, громко с кавказским акцентом он почти прокричал «Привэт дэвушки! Генацвале!» и изобразил широкую улыбку. Девушки застыли на месте, словно их окатили ледяной водой, посмотрели друг на друга, хихикнули и прошли мимо. Долго Хака простоял в глубокой задумчивости посреди длинного коридора. Мальчишки и девчонки ходили туда-сюда, смеялись, игрались - сколько счастья было в них: в молодых здоровых и беспечных. Лишь парень с львиным сердцем и непоколебимым духом воина стоял, силясь вынести неудачу. Разукрашенное после боя лицо дополняло печальный образ, но главный удар был нанесен по сердцу, и если бы у сердца было лицо, оно бы выглядело намного хуже.

Наступил вечер и Санат пошел на сходняк. Разделившись на две кучки, парни что-то рассматривали сидя на корточках. Это были игральные карты, но вместо королей и дам на них были изображены сцены совокупления мужчин и женщин. Картинки были настолько откровенны, что не могли не вызывать восхищенный интерес парней.

- Где взял карты, Маньяк? – интересовался Толик.

-Махнулся на кассету от видака. На «Двойной удар».

-У тебя видак есть? Что же молчал? Я тебе сейчас по печени заеду за это!

- Недавно братан купил. Пацы, приходите вечером кинчик зазырим, - пригласил Маньяк.

- Дай мне эту черненькую на один день, - начал упрашивать Годзилла, выхватив одну карту.

-Не могу. Я сам сегодня ночью с ней зажигать буду, - ответил Маньяк. Просить было бесполезно. Маньяк ни за что не расстался бы со своим сокровищем.

Вскоре явились водилы.

-Да, пацаны, красиво вчера мы себя показали. Особенно Санчо красиво уложил покровского одним ударом - начал Шайтан. Голова его была забинтована.

-Санчо, речи нет, красавчик. Но Шайтан четверых ушатал. Козырный боец,- начал сыпать лестью Толик, но был грубо прерван Дыней, у которого от боли раскалывалась голова.

Покровских полегло около пятнадцати человек, пацанов с Радуги вдвое меньше. После не долгой торжественной речи было велено расходиться. Санат посмотрел на Хаку и увидел печаль и разочарование. «Кто я такой? Я просто голимый бродяга, а ей видать по нраву только мажорики», - терзался от тяжелых мыслей Хака. Надежды рушились на глазах, превращаясь едкий дым.

-Не грусти, братан, - пытался подбодрить Санат.

-Не прокатило, брат, с грузинским,- вздохнул Хака.

-Все сложится, будет она твоей, по любому, - обнадежил Санат.

Спустя два часа Маньяк принимал пришедших посмотреть боевик.

-Капец он здоровый, - сказал Толик, увидев плакат с чернокожим культуристом.

-Если дух есть, можно и такого сломать. Психологически раздавить главное, - вставил Лось.

-Лось, потухни! Достал ты со своим духом! Он тебя одним пуком уложит, - неприятным голосом проскулил Толик.

Началась словесная перепалка. Щедрые на бранные слова парни демонстрировали все богатства хулиганской лексики. Поняв, что словами Толика не победить, Лось решил воспользоваться физическим преимуществом и с легкостью повалил строптивого Толика на ковер скрутив руки за спиной.

-Пуком говоришь уложит? - ехидно спросил Лось и подставив ладонь себе под зад испустил громки звук, затем прижал ладонь к носу Толика. Гости расположились на старом скрипучем диване. Маньяк включил полупроводниковый телевизор – шла какая-то музыкальная передача.

-А что так тускло показывает? – начал возмущаться Толик.

-Не воняй, вонючка! Сейчас нагреется, будет нормально, - ответил хозяин.

До сего времени сидевший спокойно Хака, соскочил с дивана с той быстротой, с которой гепард бросается на жертву.

-Вот! Вот, Санчо!- кричал он Санату, тыкая пальцем в кинескоп.

-Что вот? - тревожно спросил Санат.

-Грузинский!

-Нуууу ты дееебил, Хака! Это же ноты, - простонал Санат хлопнув .

продолжение здесь