Как қазақтар Парижде операға барған.

Пока все в Казахстане борются с гомофобией и продуктами творчества отдельных агентств, я решила вас немного отвлечь и рассказать, как прошла европремьера оперы «Абай», а также о театре, который мне довелось посетить в Париже.

Париж прекрасен в любое время года, даже не смотря на возрастающий криминалитет и цены после нашей с вами девальвации. Осенние краски еще не потонули в лужах и все еще стояли прекрасные погоды. «Повезло», - сказали нам парижане. «Ну и хорошо», - сказали мы и составили свой план пребывания на 3 дня.

Хед-лайнером нашего посещения города любви была премьера оперы «Абай» в Театре на Елисейских полях (THÉATRE DES CHAMPS-ELYSÉES).

Théâtre des Champs-Élysées не такой уж старый (по сравнению не только с мировой революцией, но и с другими европейскими театрами), в этом году он отметил 101-летие и всего на 21 год старше нашего ГАТОБа. Открывался театр в 1913 году балетным спектаклем Игоря Стравинского «Весна священная», довольно скандальным для своего времени (отвлекаясь от темы, скажу, что история, связанная с этим спектаклем, равно как и сам спектакль, очень и очень интересная, предлагаю почитать о ней отдельно, тем более, что в интернете есть очень много информации).

Внешний фасад театра отделан мрамором и, как мне показалось, выполнен в стиле арт-деко, хотя я в архитектуре не сильна и могу ошибаться, если это не так, то поправьте меня.

В здании есть три зала: оперный зал, зал комедии (наверное, типа драматического театра) и студия Елисейских полей. На последнем этаже расположен театральный ресторан, кстати, довольно популярный среди парижан, к сожалению, не удалось мне в этот раз побывать там, но есть уже задел на будущие поездки.

Если верить информации в интернете, то ежегодно Théâtre des Champs-Élysées принимает около 300 000 зрителей. Здесь проходят оперы, концерты, балетные постановки, выступления филармонических и симфонических оркестров.

Сам театр внутри показался мне довольно аскетичным, и содержащийся по принципу «бедно, но чисто». Наш ГАТОБ по сравнению с ним – дворец. Диссонанс этот не мог никак пройти, вспоминалась опера Гарнье с ее шиком и блеском, чего я и ожидала и от этого театра. Хотя, жить экономно в Европе не только выгодно, но и в тренде, учитывая ментальность и разные экономические кризисы. И, слава богу, там нет на стенах каких-то убогих картин, зато на стенах есть вполне понятная навигация по местам и секторам в оперном зале.

Расположение и сектора в оперном зале крайне отличаются от наших театров. Во-первых, там ряды указаны в алфавитном порядке, а не цифрами. Во-вторых, сектора тоже называются по-другому. Нет партера, есть «оркестра» и другие названия, которые я к своему сожалению упустила из виду.

Да, забыла сказать, что вместо картин есть скульптуры, скорее всего ровесники театра. Наличие скульптур, вместо картин мне показалось довольно интересным решением. Однако я опасаюсь предлагать эту идею нашему ГАТОБу, так как выбор скульптур обязательно будет произведен из современных скульпторов и методом госзакупок, поэтому я очень сильно боюсь за результат, картины все же меньшее зло.

Но я отвлеклась. К моему удивлению гардероб в Théâtre des Champs-Élysées оказался платным. Стоимость – 2 евро за одну единицу верхней одежды. И, что примечательно, кроме меня сдали свои пальто в гардероб только 3 человека (и кто б сомневался,  это были біздің қазақтар). Местная публика, зная об этой особенности, носили свою верхнюю одежду с собой, а некоторые представители прямо в ней сидели в зале.

Главная театральная сцена меньше гатобовской как минимум на треть, максимум (как мне показалось) в половину. Из-за размеров сцены пришлось вносить корректировки в сценографию и видеоматериалы оперы «Абай».  Соответственно, места за кулисами тоже мало, что претит широте наших казахских размахов. Еще одно неудобства для труппы возникло в связи с удаленностью гримерок. Гримерки находились этажом выше, и чтобы быстро переодеться артистам пришлось бегать и довольно далеко. Но и тут наша бывшая советская смекалка не подвела. Костюмеры ГАТОБа соорудили гримерку, прямо за кулисами, отгородив место несколькими ящиками с привезенными реквизитами.

Партер или «оркестра» «по-ихнему» тоже не очень большой. Но в целом посадочных мест больше, чем в ГАТОБе (1300 против 800), за счет лож и балконов. То есть все основные места уходят вверх.

Цвет кресел и тканевой обивки – красный. Честно признаться, я отвыкла от такого засилия красного. Поэтому на мой субъективный взгляд зал ГАТОБа в бледно-зеленых тонах более комфортный и более располагающий. Все познается в сравнении, как говорится, после посещения Théâtre des Champs-Élysées я оценила зал ГАТОБа. Он не только приятнее визуально (он просто, как оказалось красив), но тактильно тоже. В целом, в нем приятнее находится.

Местный театральный стаф, не так чтобы разбежался обслуживать оперу, пришедшую их степи, хотя недовольства никто не показывал, но холодок все же чувствовался, и выражался он по принципу «ничегонеделания». «Ну, хоть не навредили и то, хорошо. И зачем тогда приглашали?», - думала я тогда, пока не узнала, что театр был снят нашими в аренду. На 2 дня.

Кстати, весь встречающий стаф был одет по классике – в черное, и в основном это были молодые девушки и (!) парни. К слову очень и очень симпатичные, с хипстерскими прическами и очками. За час до спектакля у них была в фойе летучка, где они по-быстрому распределись по секторам, и разбежались на свои места. Никаких полуразвалившихся теток в дверях не было.

Зрители начали собираться на улице еще за полтора часа до спектакля. Двери открылись за час. Наверное это всемирная театральная практика.

Вход на оперу, а также буклеты с информацией об опере, авторах и ГАТОБе были «free» (бесплатно), а то мы не казахи! Широта нашей необъятной души, как широта нашей родины))))) Русская речь лилась рекой и слышалась на каждом шагу, так что посплетничать на тему «а у них тут так, а у нас вот так» не представлялось возможным.

Казахи тоже были представлены довольно широко. Агашки, татешки и их отпрыски активно общались қазақша и даже делали селфи с использованием монопода.

Но надо отдать должное, французская публика тоже была представлена довольно обширно, что не могла не радовать не только  меня, но и главных устроителей гастролей.

Ни одной дамы в вечернем наряде мною замечено не было. Про себя я тоже возблагодарила небеса, что не напялила на себя платье в пол и не одела семейные брульянты. Впрочем, не было мною замечено и джентельменов в смокингах или фраках. Костюм киебалған были тока наши. Хотя именно это и отличало наших мужчин от других в лучшую сторону. Все-таки мужчина в костюме вписывается лучше в театральный интерьер, тем более, что это опера. А вот публики в джинсах было хоть отбавляй. Но! Скажу по-секрету, хоть французы и были в джинсах, но от того они не стали менее элегантны. Все-таки носить джинсы тоже надо уметь.

В целом, нынче театр стал более демократичным и от того ближе к каждому. Эта тенденция присуща не только Европе, но и Казахстану.

К слову замечу, что после 3-го звонка, в зал двери больше не открывались и никто никуда не проходил и не передвигался. Это, я считаю, есть наивысшее уважение к артистам и публике со стороны каждого пришедшего на оперу, либо это строго обученный персонал театра и у них есть специальные ложи для опоздавших, этого я не знаю, но организовано все хорошо.

Над сценой предусмотрен небольшой, но длинный экран для титров (перевода). Честно? Очень не удобно. Можно голову свернуть, да и шея затечет. В ГАТОБе экраны расположены удобнее и текст видно лучше.

К слову я заметила, над сценой стоят органные трубы. Обзавидовалась. У, теперь уже бывшего, директора ГАТОБа Габита Несипбаева была очень клевая идея поставить орган в наш оперный, но к сожалению звезды не сошлись для этого проекта, но мы не унываем и верим в светлое будущее.

Акустика в зале была шикарная. Оркестр было слышно как никогда. То есть я хотела сказать, что я никогда так не слышала наш оркестр))))

Не могу не отметить наших артистов и персонал моего горячо любимого ГАТОБа. На премьеру в Париж приехали 120 человек труппы, 20 человек технического персонала театра,1 фура декораций, костюмов, обуви и света.

За одну ночь и одну репетицию в Париже артисты и технический персонал ГАТОБа сделали невозможное. С учетом размеров и особенностей сцены установили декорации, перепоставили свет, и даже пришлось внести некоторые корректировки в сценографию. Это колоссально и это очень трудоемко.

Молодой дирижер Алан Бурибаев привел в восторг местных и своих, что было ожидаемо мной лично. Красив, талантлив, эмоционален. Наверняка был замечен каким-нибудь французскими деятелями и/или чиновниками от искусства. Ну что ж, пожелаем ему ақ жол, еще и потому, что этот парень один может сделать для странового пиара Казахстана больше, чем разработанные МИДовские программы.

Алан поддержал благотворительный проект Казкома и  фонда "Кус Жолы" -

"Ангел-Хранитель"

Поддержу начатое о страновом пиаре. Несомненно, повезти национальную оперу за границу «это пять». Само словосочетание «национальная опера» уже открывает несколько аспектов нашей с вами культуры. Во-первых, у нас в принципе имеется такой жанр высокого искусства, как опера. Во-вторых, она имеет свое развитие, раз уж есть постановки на казахском языке и про казахов. В-третьих, демонстрация казахской литературы и классической музыки. В купе это уже много. Не у всех народов, я подозреваю, есть написанная национальная опера.

И еще национальная опера – как ни один другой проект может раскрыть культуру и историю страны: тут вам и костюмы, тут и быт, тут и колорит, даже прически и отношение к образованию и образованности. Что не вошло в список можете добавить в комментах. В целом я соглашусь с Досымом Сатпаевым, что культурный удар по европейскому сознанию был как никогда успешным и страновой пиар посредством именно таких проектов я считаю самым удачным.

Что касается восприятия французской публики нашей оперы. Хочу отметить, что зал почти никто не покинул после антракта, а напротив, еще и по окончании спектакля люди не могли долго разойтись. Искали в толпе азитаские лица (казахов), задавали вопросы. Узнав, что я из Казахстана, я получила приглашение еще раз посетить Париж и обязательно связаться для экскурсий от 4-х коренных парижан. Ну и, что, что все четверо были мужчинами, я думаю, что в этом случае на первый план вышло мое происхождение и их впечатления от оперы, нежели то, что я женщина))))

Вот что мне сказал один из них, парень по имени Бруно: «Мне очень понравилась ваша опера. Это чудесное произведение. Это классическая опера в прямом ее понимании и на довольно высоком уровне. Оркестр классической музыки очень живо представлен. История представляет, по всей видимости, классику казахской литературы и я лично прочувствовал очень много эмоций. Костюмы замечательные, отражающие весь колорит национальной культуры. Мне очень рекомендовали пойти на эту оперу, и я не пожалел, что пришел, потому что у вас такая интересная и самобытная культура, которую я познал только сегодня. Теперь я непременно посмотрю в интернете про вашу страну и про вашу культуру». Это ли на бальзам на душу казаху?

Однако, не без одного но, как мне лично показалось. Что казаху хорошо, то французу может быть не совсем интересно.  Новая постановка оперы «Абай» получилась слишком европейской. Для нас, не искушенных такими постановками эта опера стала одной из первых ласточек другого взгляда на оперу. Где мало декораций, есть спецэффекты и т.д.

Однако, я после посещения европейского театра поняла, что за кордон, чтобы поразить взыскательную и искушенную разными операми публику необходимо возить больше национального колорита и культуры. В этом плане, наверное, правильно поступило руководство ГАТОБа, что не позволило сделать из «Абая» чистый модерн, как это сделали в Майненгеме (немецком городе, где поставили «Абая», перенеся действие в сталинскую эпоху). Хотя я помню, что я очень сильно этого хотела. За это прошу простить меня, Габит Тулеутавич. Мы может быть и готовы к модерну, но нам просто жизненно необходимо иметь в репертуаре именно национальную оперу, с национальными костюмами и всей прочей национальной атрибутикой и таскать ее по заграницам во имя пиара страны.

Надеюсь, что я не утомила вас, мой дорогой, читатель. Благодарю за ваше внимание! Буду рада вашим комментариям