---
title: "Спасите культуру от Министерства культуры"
description: "Мой первый опыт взаимодействия с доблестным Министерством культуры случился в 2008 году, когда я про..."
author: "Botagozk"
published: "2019-11-30T06:01:43+00:00"
modified: "2019-12-06T03:58:08+00:00"
locale: "ru"
canonical_url: "https://yvision.kz/post/spasite-kulturu-ot-ministerstva-kultury-845040"
markdown_url: "https://yvision.kz/post/spasite-kulturu-ot-ministerstva-kultury-845040/markdown"
site_name: "Yvision.kz"
---

# Спасите культуру от Министерства культуры

> Мой первый опыт взаимодействия с доблестным Министерством культуры случился в 2008 году, когда я про...

Мой первый опыт взаимодействия с доблестным Министерством культуры случился в 2008 году, когда я проводила большущую конференцию, приуроченную к 10-летию Стратегии «Казахстан 2030». Я в те годы возглавляла «Казинвест» и на проведение этого мероприятия из резерва Правительства было выделено 2 млн.долларов США, часть этих денег МКС попытался «распилить». Я писала об этом здесь, в моих блогах: https://yvision.kz/post/562690.

Совершенно беззастенчивая жадность чиновников Минкульта проявилась и тогда, когда я проводила другое, не менее значимое мероприятие. Это был Казахстанский вечер в рамках сессии ВЭФ, посвященной Ближнему Востоку. В Шарм-эль-Шейхе было дело. Туда, в знойный май Аравийской пустыни, я чартером повезла «Сазген», реквизиты «Кочевников» и бизнес-делегацию. После мероприятия, уже в Алматы, мы с Минкультуры долго торговались, они снова раздули цены, а я не хотела платить так много, не с чего было. В итоге договорились о какой-то (не помню, конечно, о какой точно) сумме и заплатили артистам. Ну, я так думала, что артистам, на самом деле, как выяснилось позже, артисты ничего за то мероприятие не получили. Оказалось, что моя дальняя родственница работала в «Сазгене», она то и рассказала мне о том, что по словам руководства они работали "за еду". Насколько я понимаю эта форма расчетов весьма распространена в отрасли культуры. В случае с Египтом, артистам было сказано, что перелет чартером и полтора дня проживания в отеле и есть плата за их выступление.

Описываемые события происходили давно и мне казалось, что ситуация изменилась. Я была уверена в том, что многочисленные работники различных театров не стали бы долго терпеть такого, скажем прямо, неуважительного к себе отношения. Однако, когда в мае 2017 года я оказалась в стенах МКС уже в качестве сотрудника одного из подведомственных ему государственных учреждений, поняла – ничего не изменилось.

Мне, человеку выросшему и сформировавшемуся на советской идеологии с ее «вместе весело шагать по просторам», мне, человеку 7 лет проработавшему в советской милиции с ее отделом по борьбе с хищениями социалистической собственности, и, наконец, мне, человеку, которому посчастливилось поработать с корифеями системы государственных финансов, было ДИКО видеть бестолково мечущихся по заваленному бумагами кабинету женщин-сотрудниц финансового департамента МКС.

Я тогда приехала в Астану согласовывать постановление правительства о выделении денег на ремонт Консерватории и никак не могла пройти мимо курирующего министерства. Они, эти женщины, по моему убеждению, должны были вникнуть в сметы ремонтных работ, проверить обоснованность расходов и, может быть, урезать их, однако, вопреки моим ожиданиям, никто из них даже не открывал их! Им было не до ремонта Консерватории, они пили чай, сплетничали, орали на кого-то по телефону, бесконечно выбегали из кабинета и рылись в хаотично разбросанных по столам кабинета кипах бумаг. Я вообще не понимаю, каким образом эти женщины оказались на государственной службе?

Насколько я теперь знаю, финансисты МКС из года в год составляют идентичные по содержанию бюджетные заявки и отправляют их в Минфин. Лишь суммы заявляемых расходов меняются. Я прочла довольно много всевозможных отчетов этого министерства и все они писаны как под копирку. Никакой инициативы или стремления к коренному преобразованию, к внедрению прогрессивных методов управления отраслью не обнаружила я ни в документах, ни в действиях МКС за то время, что работаю в этой системе. Лишь инициативы, спускаемые сверху, периодически волнуют эту беспечную гладь, но и они не в состоянии преодолеть инертность системы, слишком велика она в денежном выражении.

В общем, мои отношения с Минкультом не заладились давно, а тесное взаимодействие с ним окончательно развело нас по разные стороны баррикад. И теперь, когда я знаю намного больше, чем знала даже два года назад, когда мне рассказали о вопиющих на мой взгляд случаях, когда людей заставляют подписывать пустографки, вручают гонорары в конвертах, когда тех, кто осмеливается задавать неудобные вопросы, попросту вычеркивают из всех списков, травят, увольняют, задвигают, «мочат», лишают возможности выйти на сцену и т.д. и т.п. я никак не могу оставаться безучастной и молча наблюдать за происходящим.

Было бы НАМНОГО проще и легче сломить эту, за многие годы сложившуюся, систему сообща, но люди молчат. И я их понимаю. Мне, экономисту, легко найти работу и потому увольнение меня не пугает, а что делать, например, виолончелисту или оперному певцу, что делать балерине, писателю, художнику, актеру, хормейстеру, что делать танцору, пианисту, скрипачу?

Конечно, есть большой вопрос к творческим вузам, которые, будучи совершенно оторванными от потребности экономики, продолжают выпускать этих самых потенциальных безработных, и есть большой вопрос к эффективности использования бюджетных денег, направляемых на подготовку кадров для отрасли культуры.

В 2017 году в Консерваторию приезжал консультант одной из международных организаций, который в своих рекомендациях писал о том, что Консерватория слишком раздула кафедру народной музыки, что совершенно непонятно, как в условиях, когда потребность рынка труда намного ниже количества выпускников, будут трудоустроены, например, домбристы и кобызисты? Но кому интересны выводы иностранных консультантов? Особенно тогда, когда каждый студент это в первую очередь выделяемые из бюджета деньги, а значит увеличивать прием студентов выгодно? Однако, я забегаю вперед, о творческих вузах мы поговорим позже, а сегодняшнюю заметку я посвящаю моим ГЕРОЯМ!

Да, встать против системы Минкультуры - это особенный героизм и когда я посмотрела видео-ролик, запечатлевший сцену изгнания бывшего директора ГАТОБ им.Абая А.Бурибаева с дирижерского пульта, я влюбилась в артистов хора за их смелость!

Многие «мэтры» системы, читая эти строки, скорее всего сдвинут брови и возмущенно воскликнут: «Как можно такое писать? Как можно?!» Это еще одна и очень важная особенность отрасли культуры – здесь принято относиться к своим учителям с пиететом. Истинный он или притворный, вопрос отдельный, но, если проследить взаимосвязи внутри системы, легко заметить эту линию – «учитель – ученик». Тот ученик этого, этот учитель того и так бесконечно. С одной стороны, можно было бы говорить о преемственности, наставничестве и уважении и лично я обеими руками за это, но тут ведь самый главный вопрос заключается в том, что именно учитель передает ученику: знания, мудрость и опыт или вредоносные схемы эксплуатации бесправных людей в корыстных целях?

Ну, эта тема большая, как-нибудь обязательно продолжу ее, вернусь к артистам хора ГАТОБ им.Абая. Все началось с интервью одного из них https://tengrinews.kz/story/dnem-poyu-teatre-nochyu-ohranyayu-shkolu-zarabatyivaet-357054/ Полагаю, что вдохновленные резонансом, который вызвало это интервью, они и совершили свой, без преувеличения, подвиг, потребовав от директора театра Аскара Бурибаева покинуть не только дирижерский пульт, но и театр, однако я уверена, они и представить себе не могли того, во что выльется их демарш.

Тогда, чтобы замять разгоравшийся скандал, МКС оперативно сменило руководство театра и выделило деньги на премирование сотрудников театра. Однако, будучи в плохом смысле избалованными многолетним соглашательством творческих работников, МКС перегнуло палку, лишив премии тех, кто, по их мнению, стал зачинщиками того демарша. Самой активной и громкоголосой части хора объявили выговоры и лишили премий. Это было большой ошибкой, убеждена, если бы Минкульт не оказался столь недальновидным и уверенным в себе и не стал бы преследовать ребят, они, получив премию, успокоились бы и всего того, что происходит сейчас, можно было бы избежать. Но, увы, случилось так, как случилось, да и история, как известно, не имеет сослагательного наклонения. Минкультуры не просто не проявило разумности, но и позволило администрации театра незаконно уволить с работы главного хормейстера. Сейчас Алия Темирбекова восстановлена судом и приступила к работе, однако, неизвестно, как долго она «продержится» в театре. По своему опыту знаю – система Минкульта не прощает тех, кто пытается пролить свет на его финансовую деятельность, а главный хормейстер ГАТОБ им.Абая, отважная Алия Темирбекова и возглавляемый ею хор добиваются именно этого.

Как экономист я убеждена в том, что проверяющие органы, которые, конечно же, придут и проведут объективный аудит использования бюджетных средств в ГАТОБ, обнаружат массу «чудесностей» и моя уверенность зиждется на том, что, даже не будучи допущенной к финансовым документам театра, обнаружила я. Поделюсь с вами своими открытиями.

В прошлом своем посте я писала о количестве постановок и зарубежных гастролей, запланированных МКС на 2019 год и о предусмотренных на эти цели бюджетных деньгах. Напомню, постановок и гастролей запланировано 51 и, исходя из информации о годовом бюджете, я вышла на 230 566 333 тенге каждую из них. Разумеется, это неправильно без учета специфики каждого из мероприятий просто делить деньги на количество, но у меня, к сожалению, нет информации о том, какие суммы предусмотрены на каждое из них, потому я просто делю.

Из 28 театральных постановок, заявленных МКС на 2019 год, 4 приходится на ГАТОБ им.Абая, а это значит, что, если исходить из тех 230 566 333 тенге, на которые я вышла в результате своих нехитрых расчетов, в 2019 году театру было выделено 922 265 332 тенге. Да, это грубо, но в условиях закрытости информации о бюджете театра, я вынуждена опираться лишь на свои умозаключения.

Мне кажется, что задействованные в постановках солисты, артисты хора и оркестра, дирижеры и прочие члены творческого коллектива ГАТОБ им.Абая и не подозревают о щедрости государства иначе они не оказались бы в ситуации, когда им приходится подрабатывать в творческих вузах, филармониях и (о ужас!) в охранных организациях для того, чтобы прокормить себя и свою семью.

Сетка заработных плат гражданских служащих такова, что, скажем, артист хора или оркестра с учетом всех надбавок получает заработную плату от 40 до 75 тысяч тенге. Заработная плата солистов, конечно же, выше, но видимо не настолько, чтобы они могли позволить себе не подрабатывать, например, в Консерватории.

Внимательно изучив портал государственных закупок, я обнаружила, что закупки, связанные с театральными постановками, присутствуют на нем лишь в виде закупок различных ламп и светильников, а также услуг по изготовлению программок и афиш. Есть и договор по бесконечной транспортировке декораций и реквизита, условиями которого предусмотрено, что компания –поставщик должна вывозить из театра и привозить обратно декорации и реквизит 25 раз в месяц и 250 раз в год. Интересно, конечно, но после моих публикаций, информация об этом конкурсе волшебным образом исчезла с портала ГЗ, но я успела скачать технические спецификации к договору.

Насколько я понимаю, этот договор в полном объеме не исполняется ни театром, ни поставщиком, ибо практически весь реквизит и декорации хранятся в театре. Редкие случаи, когда к театру подъезжают фуры с тем, чтобы увезти неиспользуемый реквизит на склад, никак нельзя назвать 25-кратными в месяц, трудно не заметить огромную фуру, которая подъезжает к театру раз в два дня, а именно с такой частотой исходя из технической спецификации к конкурсу о государственных закупках должен транспортироваться театральный реквизит.

Большое недоумение на фоне мизерных зарплат артистов театра вызвал у меня факт приобретения в 2018 году автомобиля Hyundai Sonata за 10 616 071 тенге. Откровенно говоря, я не уверена в том, что приобретение второго легкового автомобиля (насколько мне известно, в театре имеется еще один легковой автомобиль) укладывается в утвержденный для государственных учреждений лимит, но не только это заставило меня сделать акцент на данной закупке.

На сегодняшний день автосалоны Алматы не могут предложить данную модель, версия 2017 года уже распродана, а 2019 года еще не поступила (так сказал мне менеджер автосалона Hyundai), но согласитесь, совсем не обязательно покупать именно эту модель, правда? Считаю, что будет вполне корректным сравнить цены на автомобили этой марки с той ценой, которая была уплачена театром.

Автосалоны города Алматы предлагают приобрести новый Hyundai Elantra 2019 года объемом двигателя 2 литра, с автоматической коробкой передач за 9 690 000 тенге, эта же модель, выпущенная в 2018 году, стоит уже 8 790 000 тенге. Собранный в Казахстане Hyundai Accent 2019 года с коробкой-автомат и двигателем в 1,6 литра предлагают купить за 6 290 000 тенге. Отчего было не приобрести этот автомобиль? 1,6 литра вполне приемлемый для городских условий объем двигателя, да и поддержать отечественный автопром удалось бы

Даже выпущенный в 2019 году полноприводный кроссовер Hyundai Tucson с двухлитровым двигателем стоит сегодня 9 390 000 тенге, что же помешало ГАТОБ им.Абая приобрести автомобиль по адекватной рынку цене? И случайно ли эта закупка была осуществлена способом из одного источника после того, как конкурс не состоялся дважды?

Возьму на себя смелость назвать такой подход к использованию бюджетных средств как минимум нерациональным и возьму на себя ответственность заявить о том, что с учетом бедственного положения творческого коллектива, о котором уже наслышано все население Казахстана, такой подход к управлению государственным учреждением никак нельзя назвать эффективным.

Судя по всему, сам процесс расходования средств бюджета в ГАТОБ им.Абая непрозрачен, в противном случае среди размещенных на портале ГЗ лотах должны были быть такие, как, например, приобретение ткани и фурнитуры для пошива сценических костюмов, приобретение музыкальных инструментов, услуги по изготовлению декораций или, скажем, по пошиву «одежды сцены», да чего только не нужно театру для премьерной постановки! Однако ничего подобного я на портале государственных закупок не обнаружила. Каким же образом расходуются те 230 млн.тенге, которые выделяются на одну постановку ГАТОБ?

Я допускаю, что администрация театра ограничила доступ к информации неавторизированным пользователям, но этот факт никак не делает ей чести и точно, что он никак не отвечает провозглашенной в нашей стране политике транспарентности.

Насколько мне известно, театр платит довольно солидные гонорары дирижерам премьерных спектаклей и, собственно говоря, именно привычка бывшего директора театра становиться за дирижерский пульт в буквальном смысле довела артистов хора до белого каления, они рассказывали об этом газете «Время» https://time.kz/articles/strana/2018/12/05/63825-smejsja-pajac

Трудно понять виолончелиста, который, рискуя сорвать премьерную постановку, берет в руки дирижерскую палочку, особенно в том случае, если у него имеются проблемы со слухом. Ни для кого в отрасли культуры не является секретом тот факт, что Аскар Исмаилович носит слуховой аппарат. Как это совмещается с дирижированием не только оркестром, но всей постановкой, я не знаю. Да, артисты хора ни разу не сказали об этом публично, деликатничают, но я не артистка хора и меня в системе МКС уже предали анафеме, так что я позволю себе сказать эту правду вслух.

К сожалению, эта «страшная» для кого-то правда не всё, что вызвало у меня вопросы. Есть еще одна, по моему убеждению, системная проблема всех театрально-концертных учреждений, входящих в систему МКС – это наличные деньги.

Помните, я писала о том, что первые признаки нарушений финансовой дисциплины в Консерватории обнаружила именно через исследование поступлений денег от платных услуг. Если коротко, то студенты-платники и ученики музыкальной школы при Консерватории приносили наличные деньги в бухгалтерию, бухгалтерия выписывала им приходный ордер и складывала эти деньги в карманы.

Я думаю, что такое происходит во всех госучреждениях, подотчетных МКС и мне непонятно, почему проверяющие государственные органы, осуществляя контрольные мероприятия, не обращают внимания на внебюджетные счета этих организаций? Видимо это происходит от того, что Минкультуры традиционно внушает правительству: отрасль культуры не выживет без бюджетных ассигнований, она не умеет зарабатывать.

Одновременно с этим, МКС внушает работникам отрасли культуры: у бюджета нет возможности для серьезного повышения заработных плат и постоянно путается в «показаниях», заявляя то о 40, то о 50 процентном повышении заработных плат ( https://kazpravda.kz/news/obshchestvo/zarplatu-rabotnikam-kulturi-povisyat-na-40-v-2020-godu , https://forbes.kz/news/2019/10/25/newsid_211260 )

Как известно, ласковый теленок сосет сразу двух маток и в нашем случае этот теленок - МКС, которое с одной стороны, получает немалые деньги из бюджета, с другой имеет возможность управлять поступающими в кассы театров и филармоний внебюджетными средствами.

Конечно, учреждения культуры зарабатывают не только с продажи билетов, они сдают свои площади в аренду, организовывают (как в ГАТОБ им.Абая, например) камерные выступления артистов в период, когда перед подготовкой к премьере постановки текущего репертуара приостанавливаются.

Я посчитала прогнозный доход ГАТОБ им.Абая, благо, современные технологии, вопреки непрозрачности расходов и доходов учреждений культуры, позволили мне это сделать.

Итак, мы знаем, что кроме премьерных постановок театр радует своего зрителя примерно 130 встречами, прибавим к этому 8 премьерных спектаклей (каждая премьера идет два дня).

Стоимость билетов на постановки текущего репертуара колеблется от 600 до 2500 тысяч тенге, но это если покупать в непосредственно в кассе театра, через Тикетон это дороже на 15%.

Там же, на сайте Тикетона я нашла и схему зрительного зала и всю информацию о стоимости билетов. Мои расчеты дали мне 1 436 000 тенге выручки театра за одну постановку, умножим эту сумму на 130 постановок и получим 186 719 000. Это по ценам Тикетона и потому справедливо будет вычесть из этой суммы его комиссию - 28 007 850 тенге.

К слову, мне непонятно, к чему платить такие большие проценты «Тикетону», когда можно попросту модернизировать свой сайт и осуществлять продажи с него? Тем более, что зрителям абсолютно все равно с какого интернет-ресурса покупать билеты. Да, это стоит денег, но гораздо проще единожды заплатить за установку на сайте театра специальной программы, которая позволит осуществлять интернет-платежи, чем ежегодно терять свои доходы. Безусловно, часть зрителей покупает и будет покупать билеты непосредственно в кассе театра, потому что сейчас это дешевле на 15%, но те, кто предпочитает приобретать билеты через интернет, так и будут делать это через интернет, а значит можно увеличить доходы театра, не так ли?

Конечно, такой подход требует эффективной работы службы продаж, которая сейчас в театре, мягко скажем, хромает на обе ноги, но не для того ли в театре существует администрация? И разве не для того, чтобы повышать эффективность работы подведомственных структур существует в нашей стране целое Министерство культуры и спорта?

И, кстати, вернусь ненадолго к "Астана опера". На портале ГЗ среди ее закупок я обнаружила договор, в соответствии с которым театр платит Тикетону за продажу билетов что-то около 8 млн.тенге. Среди объявлений о госзакупках, опубликованных от имени ГАТОБ им.Абая я таких закупок не обнаружила, однако не удивлюсь, если выяснится, что и он платит Тикетону за эту услугу. Только мне кажется странным тот факт, что театр кроме комиссионных с продаж билетов, платит деньги за возможность их продавать?

Ну, я отвлеклась. Итак, доходы от постановок текущего репертуара с учетом комиссионного вознаграждения Тикетона – 158 711 150 тенге.

Что касается премьерных постановок, то их у ГАТОБ было 4, с учетом того, что премьерные постановки идут два дня, а стоимость билетов на них выше, чем на постановки текущего репертуара, выходим на 19 490 400 тенге, за минусом комиссии Тикетона это 16 566 840 тенге.

Таким образом, выходим на 175 277 990 тенге наличных денег, предположительно входящих в кассу ГАТОБ ежегодно. И это без учета денег, которые платят театру за аренду помещений.

Да, я осуществляю свои расчеты исходя из близкой к стопроцентной заполняемости зала и я к тому же знаю о том, что часто заполняемость зала достигается за счет продажи дешевых абонементов и бесплатных пригласительных билетов. Однако я не могу не учитывать отчеты МКС, которые из года в год рапортуют о росте числа посетителей театров.

Я совершенно сознательно манипулирую этими цифрами с тем, чтобы привлечь внимание как общественности, так правительства к проблемам отрасли культуры.

В конце концов, заполняемость зрительного зала - основной критерий, свидетельствующий об эффективности деятельности администрации театра и мне совершенно непонятно почему МКС никак не желает оценивать результативность работы директоров театров и филармоний именно через их финансовые показатели, в том числе через поступление денег на внебюджетные счета.

И кстати, кто-нибудь из творческих работников театра когда-нибудь получал надбавки с внебюджетного счета? Что-то мне подсказывает, что такого не было, ибо в противном случае артисты не стали бы жаловаться на маленькие заработные платы.

Творческих работников в алматинском оперном театре порядка 270 человек, это значит, что только за счет денег с продажи билетов на постановки, которые, кстати продаются именно благодаря талантам и мастерству артистов, на каждого из них приходится по 649 177 тенге в год или 64 917 тенге в месяц (с учетом 10 месяцев театрального сезона).

Убеждена, что все хитросплетения расчетов, применяемые при переводе озвученных министром процентов повышения заработных плат в их номинальное выражение, приведут к тому, что они «зазвенят» в карманах творческих работников примерно такими же, если не меньшими, суммами.

Отчего же Минкультуры возлагает всю нагрузку по повышению благосостояния работников отрасли культуры на многострадальный республиканский бюджет и не хочет попросту навести порядок в подведомственных учреждениях?

Это еще один риторический вопрос, который перестанет быть таковым тогда, когда его буду задавать не я, а сами творческие работники.

И, как мне кажется, отнюдь не риторический вопрос об уплате налогов должен возникнуть у Министерства финансов, которое в последнее время усилило администрирование доходной части бюджета. Скрытые от государства доходы - это не уплаченные налоги, неправда ли?

И еще. Обратите внимание, я веду речь только о поступлениях с продажи билетов, но нельзя сбрасывать со счетов те 230 млн.тенге, которые государство выделяет на премьерные постановки. Да, каждый, кто вознамерится оспорить мои аргументы, может заявить о том, что эти деньги направляются не только на постановки, за их счет оплачиваются коммунальные расходы, содержатся здания, выплачивается заработная плата администрации театра. Эти вопросы я назвала бы справедливыми в том случае если администрация театра ставила бы своей целью именно повышение культуры и "эстетическое и нравственное воспитание подрастающего поколения казахстанцев", как об этом заявлено в бюджетной программе МКС. Пока же я, как гражданка Казахстана, могу констатировать лишь факт того, что уполномоченные на осуществление этой благородной миссии чиновники Минкультуры вкупе с администрациями театрально-концертных организаций превратили творческих работников в челядь, вынужденную безропотно терпеть их произвол, ибо обидеть артиста может каждый. Даже несмотря на то, что это - ГРЕХ.

Продолжение следует…

Картинка из открытых источников

---

Source: [https://yvision.kz/post/spasite-kulturu-ot-ministerstva-kultury-845040](https://yvision.kz/post/spasite-kulturu-ot-ministerstva-kultury-845040)