---
title: "Почему мы не имеем морального права критиковать власть за то, что она \"далека от народа\"?"
description: "Многие из нас особенно в последнее время все отчетливее ощущают оторванность власти от народа и видя..."
author: "Botagozk"
published: "2020-08-21T09:11:35+00:00"
modified: "2020-08-21T12:27:51+00:00"
locale: "ru"
canonical_url: "https://yvision.kz/post/pochemu-my-ne-imeem-moralnogo-prava-kritikovat-vlast-za-to-chto-ona-daleka-ot-naroda-864269"
markdown_url: "https://yvision.kz/post/pochemu-my-ne-imeem-moralnogo-prava-kritikovat-vlast-za-to-chto-ona-daleka-ot-naroda-864269/markdown"
site_name: "Yvision.kz"
---

# Почему мы не имеем морального права критиковать власть за то, что она "далека от народа"?

> Многие из нас особенно в последнее время все отчетливее ощущают оторванность власти от народа и видя...

Многие из нас особенно в последнее время все отчетливее ощущают оторванность власти от народа и видят в ней причину тех откровенно не отвечающих интересам простых людей правительственных решений. В идеале Президент, как гарант Конституции и правительство, как исполнительная власть, должны осуществлять свою деятельность исключительно в интересах народа, а это значит, что они должны как минимум знать эти самые интересы народа. Как это сделать? Наклеить усы, надвинуть на глаза кепку и бродить по базарам, подслушивая разговоры обывателей? 24 часа в сутки присутствовать в социальных сетях? Семь дней в неделю осуществлять прием граждан? Это невозможно, нерационально и неправильно.

Люди – создания субъективные, а их потребности разнообразны, разнонаправлены и не ограничены. Один мечтает о бесплатном бензине, другой о вилле на берегу моря, третий о нефтяной вышке, четвертый о демократических выборах, пятый о возрождении СССР, шестому кажется, что лучшая форма правления в нашей стране – совет биев, а седьмой грезит о мононациональном Казахстане. Кого должны «услышать» в первую очередь? И, что самое главное, каким образом?

Ни один даже самый «слышащий» президент не может услышать голос каждого гражданина, для эффективного взаимодействия государства и граждан в цивилизованных странах создаются всевозможные общественные организации, которые должны выражать интересы того или иного сообщества людей. В нашей стране еще в 2015 году был принят закон об общественных советах, а в 2016-2017 годах были созданы Общественные советы при государственных органах.

Формально власть создала правовые основы для того, чтобы интересы общественности учитывались при принятии тех или иных решений. Нравится нам это или нет, но по большому счету, Президент, как гарант Конституции и Парламент, как законодательная ветвь власти, в этом смысле свои обязательства перед народом выполнили. Дело осталось за «малым» - за реализацией, а с ней у нас, как и во всем, большая проблема.

За реализацию принимаемых президентом решений отвечает, как известно, исполнительная власть в лице правительства. Я, как и большинство из нас, имею множество претензий к правительству и мне, как и многим, до недавнего времени казалось, что оно нас попросту не слышит. Однако, мой опыт работы, а вернее моя попытка поработать в созданном при СК Фармация общественном комитете заставил меня о многом задуматься.

Мне не хочется переходить на личности и фокусировать внимание на работе СК Фармация, проблема намного более серьезная и системная, я хочу рассказать именно о ней.

По большому счету, Общественные советы при государственных органах и есть тот канал связи, через который общество должно участвовать в формировании государственной политики, по крайней мере так заявлено в законе об общественных советах. «Настоящий Закон определяет правовой статус, порядок формирования и организацию деятельности общественных советов, направленной на реализацию государственной политики по формированию подотчетного перед населением государства, обеспечение широкого участия некоммерческих организаций, граждан в принятии решений государственными органами всех уровней» - вот что сказано в преамбуле Закона.

«Целью деятельности общественных советов является выражение мнения гражданского общества по общественно значимым вопросам. Задачами общественных советов являются представление интересов гражданского общества и учет мнения общественности при обсуждении и принятии решений на республиканском и местных уровнях; развитие взаимодействия центральных и местных исполнительных органов и органов местного самоуправления с гражданским обществом; организация общественного контроля и обеспечение прозрачности деятельности центральных и местных исполнительных органов и органов местного самоуправления», - гласит статья 3 Закона.

Принципы деятельности Общественных советов также закреплены в Законе и это: деятельность на общественных началах, автономность, самостоятельность, публичность и периодическая ротация членов Общественных советов.

В соответствии с Законом Общественным советам предоставлены довольно широкие полномочия, такие, как участие в обсуждении проектов бюджетных программ, стратегий и отраслевых программ, включая программы развития территорий; обсуждение выполнения бюджетных программ, обсуждение отчетов государственных органов, участие в разработке и обсуждении проектов нормативно-правовых актов, касающихся прав, свобод и обязанностей граждан, разработка и внесение в государственные органы предложений по совершенствованию законодательства Казахстана и т.д.

Важно отметить, что согласно Закону, государственные органы должны в обязательном порядке рассматривать рекомендации общественных советов и либо учитывать их, либо давать мотивированные отказы.

Законом урегулирован и порядок формирования общественных советов, и он довольно непростой. Если коротко, то государственный орган, при котором создается общественный совет, сначала создает рабочую группу по формированию общественного совета. В состав рабочей группы включаются как сотрудники госоргана, так и представители некоммерческих организаций и граждан в соотношении один к трем: «Представительство от государственного органа в составе рабочей группы не может превышать одну треть от общего числа членов рабочей группы» - закреплено в постановлении правительства, которым утверждено типовое положение об общественном совете.

Что важно, представители некоммерческих организаций и граждан отбираются в состав рабочей группе на конкурсной основе. Государственный орган, который создает общественный совет должен опубликовать на своем сайте объявление о формировании рабочей группы, желающие войти в нее подают свои документы (их список также установлен постановлением правительства), затем руководитель государственного органа (министр) проводит первое заседание рабочей группы и кандидаты в ее члены голосуют за каждую кандидатуру. Затем министр своим приказом утверждает состав рабочей группы. Все это должно публиковаться на веб-ресурсах госорганов.

Заморочено, да? Но это только начало! Рабочая группа, состав которой сформирован на конкурсной основе и полномочия которой не прекращаются после того, как общественный совет создан, а действуют весь срок его полномочий (!) начинает процесс формирования как общественного совета, так и проекта положения о нем. Эта процедура довольно подробно прописана в постановлении правительства: объявляется конкурс, желающие войти в состав общественного совета граждане (самовыдвиженцы) подают соответствующие заявления, а общественные объединения делегируют своих представителей, прикладываются документы, например, справка об отсутствии судимости, о том, что человек не состоит на учете в психо и нарко диспансере и т.д. Обращаю внимание на то, что все эти процедуры должны осуществляться публично, через размещение объявлений в сми и на сайте госоргана.

«Рабочая группа в течение 10 рабочих дней после даты завершения приема документов на заседании проводит обсуждение поступивших документов по кандидатам в члены Общественного совета и открытое голосование по каждому кандидату. Кандидаты, набравшие наибольшее количество голосов, считаются избранными в состав общественного совета. По кандидатам. Набравшим одинаковое количество голосов, руководитель рабочей группы оставляет за собой право решающего голоса» - это я вам привела содержание п.25 постановления правительства, которым утверждено типовое положение об общественных советах.

То есть, смотрите что получается. Сначала на конкурсной основе создается рабочая группа по созданию общественного совета, потом на конкурсной же основе открыто и прозрачно создается сам общественный совет. В состав каждого из них (и рабочей группы, и общественного совета) включаются как представители того государственного органа, который создает общественный совет, так и представители общественности.

Кто из вас видел объявления о создании общественных советов? Кто подавал свою кандидатуру? Кто задумывался о том, кто в них входит и чем они занимаются? Думаю, что тех, кто до момента прочтения этой статьи был в курсе того, что общественные советы столь сложно формируются и, вообще, существуют – подавляющее меньшинство, а между тем общественные советы при всех государственных органах созданы и неустанно одобряют все принимаемые ими решения!

Как вы можете судить из приведенных мной норм законодательства, эти советы выполняют очень важные функции, по сути через них мы, общество, задействованы в разработке Законов, по которым живет наша страна, в обсуждении отраслевых программ, реализация которых должна способствовать улучшению жизни казахстанцев и, наконец, в формировании республиканских бюджетных программ.

Если переводить все это на человеческий язык, то получается, что с учетом того, что общественные советы сформированы и функционируют, те многомиллиардные расходы, которые заложены в республиканском бюджете на «социально значимые» мероприятия Минкультуры, или, скажем, на реформы систем Минздрава и Минобра согласованы с нами. Точно также, как с нами согласованы и государственные программы, и проекты Законов. Больше того, мы с вами заслушали и, вероятно, одобрили те отчеты, которые доблестное правительство регулярно направляет высшему руководству страны. Круто да! И стоит ли в таком случае удивляться тому удивлению, которое мы периодически видим на лицах высшего руководства страны в ответ на наше недовольство. Это удивление можно понять, если находиться там, где находятся лица, принимающие государственные решения, а именно – наверху. Туда, «наверх» передаются для утверждения проекты Законов и решений, а также отчеты о проделанной работе, которые согласованы с общественными советами, а значит с нами. «Так чего же вам еще надо, хороняки?» - вероятно недоумевают власть имущие и формально они правы. Действительно, имеем ли мы, общество, моральное право возражать против Кодекса о здоровье тогда, когда он согласован с общественным советом при Минздраве? Или, скажем, вправе ли мы возмущаться раздутыми государственными расходами, никчемными государственными программами, «сырыми» законами тогда, когда общественные советы их одобрили? Конечно же, нет!

Приведу вам выдержки из опубликованного в сми в апреле 2017 года сообщения о проведении первого заседания Общественного совета Минздрава (орфография сохранена, выделено мной):

«В ходе заседания для избрания председателем Совета было предложено несколько кандидатур. В результате открытого голосования председателем избрана Надежда Петухова, вице-президент Евразийской медицинской ассоциации (2012-2016г.г.-депутат Мажилиса Парламента РК V созыва).

Надежда Петухова поблагодарила членов Совета за оказанное ей доверие и выразила уверенность в том, что Советом совместно с Министерством здравоохранения РК будут приложены все усилия для улучшения качества медицинских услуг населению, решения важнейших вопросов внедрения системы обязательного социального медицинского страхования, в целом реализации Госпрограммы «Денсаулық».

Согласно требованиям законодательства одним из условий обеспечения законности при разработке государственными органами проектов нормативных правовых актов, касающихся прав, свобод и обязанностей граждан, является их направление в общественные советы.

В соответствии с поручением Главы государства о необходимости регулирования цен на все лекарственные средства, также в целях обеспечения доступности, качества, безопасности и рационального применения лекарств и медицинских изделий, Комитетом фармации Министерства был представлен проект «Национальная лекарственная политика». С учетом высказанных предложений проект был одобрен.

Также в ходе заседания Общественного совета был обсужден проект санитарных правил «Санитарно-эпидемиологические требования к объектам дошкольного воспитания и обучения детей», который был внесен на рассмотрение членов Совета и согласован без замечаний. Об этом сообщил и.о. председателя Комитета охраны общественного здоровья Жандарбек Бекшин».

Обращаю ваше внимание: это апрель 2017 года! Осмелюсь предположить, что в случае, если бы Общественный совет Минздрава осуществлял свою деятельность в строгом соответствии с Законом об общественных советах, мы не столкнулись бы с дефицитом лекарственных средств в период пандемии коронавируса.

Те без преувеличения широкие полномочия, которые предоставлены общественным советам в соответствии с законодательством, очевидно оказались не востребованы Общественным советом при Минздраве, иначе сегодня мы имели бы эффективную систему общественного контроля и волонтерам не пришлось бы бегать по аптекам и фиксировать случаи отсутствия тех или иных медикаментов, мы не столкнулись бы с завышенными ценами на лекарства, врачам не пришлось, рискуя увольнением, делать заявления об отсутствии средств защиты. Да много чего мы могли бы избежать в том случае, если члены общественного совета не были бы столь сговорчивы и лояльны к политике отечественного Минздрава.

Убеждена в том, что вам интересно узнать, кто же эти самые «соглашатели»? В своем интервью КазТАГ я сказала, что не смогла найти состав совета, однако позже, мне это удалось. 18 апреля 2017 года своим приказом № 170 Биртанов Е.А. утвердил состав Общественного совета. От минздрава в него вошли Биртанов Е.А., Токежанов Б.Т., Есмагамбетова А.С., Жангаршаева Г.К., но это чиновники, что с них взять, как говорится. Мне, как представителю казахстанского общества, интереснее было узнать, кто же представляет непосредственно мои интересы?

Вот эти люди:

· президент общественного объединения «Казахская академия питания» Шарманов Т.Ш.,

· председатель правления «Национальная палата здравоохранения» Есимов Д.С.,

· зам.председателя правления НПП «Атамекен» Якубова Ю.К.,

· президент объединения индивидуальных предпринимателей и юридических лиц «Ассоциация субъектов здравоохранения «Zdrav Atameken» Ибраев С.Е.,

· вице-президент ОЮЛ в форме ассоциации «Евразийская медицинская ассоциация» Петухова Н.М.,

· президент общественного фонда «Аман саулык» Туменова Б.Н.,

· ассоциация международных фармацевтических производителей в РК Локшин В.Н.,

· представитель Казахстанского отраслевого профсоюза работников здравоохранения Тажибай Б.А.,

· исполнительный директор Общественного фонда «Вместе против рака»,

· президент ОЮЛ «Казахстанская ассоциация паллиативной помощи» Кунирова Г.Ж.,

· президент ОЮЛ в форме «Ассоциации поддержки и развития фармацевтической деятельности» Дурманова М.И.,

· официальный представитель института Адизиса в Казахстане Жакупова Д.С.,

· председатель правления «Республиканская медицинская палата» Кульжанов М.К.

Да, у меня нет морального права предъявить претензии правительству, но я имею полное право объявить о своем недоверии этим людям, ибо они, одобряя не только проекты бюджетных программ и нормативно-правовых актов, разработанных Минздравом, но и внутренние приказы этого ведомства, выполняли свою работу некачественно!

Больше того, судя по той пропасти, которая образовалась между властью и народом, эти же претензии мы, общество, можем предъявить всем членам всех общественных советов, созданных при государственных органах.

Изучая состав Общественного совета при Министерстве сельского хозяйства, я очень удивилась тому обилию всевозможных общественных объединений, существующих в нашей стране! Это и совет ветеранов сельского хозяйства, и союзы пчеловодов, птицеводов и даже картофелеводов! Мне интересно было бы узнать, подозревают ли все наши пчело- и картофелеводы об этом? Почему-то я в этом очень сомневаюсь.

Состав Общественного совета при моем «любимом» министерстве культуры и спорта, например, возглавляет Жолдасбеков М.Ж., а в его состав входит Айман Мусахождаева, три депутата Мажилиса Парламента (Тлеухан Б.К., Платонов А.С. и Казанцев П.О.), отрасль спорта в нем представляют президент федерации шахмат, а по совместительству директор департамента стратегии и сводной координации АО «Национальная компания «КазМұнайГаз», туроператоров представляет президент Ассоциации туроператоров РК Рей И.Ю., был в его составе ныне покойный олимпийский чемпион Ушкемпиров Ж.А. Особенно удивительным мне кажется тот факт, что в состав Общественного совета МКС включены и руководители подведомственных ему же организаций. О какой объективности и независимости данного органа можно говорить в таком случае?

Точно также я не понимаю, зачем нужно включать в состав общественного совета депутатов Мажилиса, которые и без того должны радеть за интересы народа 24 часа в сутки и которым для этого и без членства в Общественных советах предоставлены широченные полномочия.

Думаю, что за все те скандалы, которые с незавидной периодичностью разгораются в отраслях, курируемых МКС, не в последнюю очередь ответственны члены Общественного совета, которые на протяжении нескольких лет одобряли все инициативы Минкультуры, ибо без из одобрения ни один Закон не может войти в Парламент, ни один отчет не может лечь на стол высшего руководства страны.

Мы, общество, будем правы, задав вопросы о том, каким образом были допущены столь очевидные ляпы в нашей многострадальной системе образования депутату Сената Айтпаевой С.М., президенту Общественного объединения «Центр анализа и стратегии «Белес» Ирсалиеву С.А., вице-президенту АОО «Назарбаев Университет» Даировой К.Н., председателю Общественного фонда «Право» Рыль О.В., главному редактору журнала «Наука и жизнь Казахстана», представителю общественного объединения «Правовая миссия» Алауханову Е.О., начальнику Управления учебно-методического ТиППО НАО «Холдинг «Кәсіпқор» Борибекову К.К., главному редактору Республиканской образовательной общественно-политической газеты «Білімді ел - Образовательная страна» Туркестановой Л.М., советнику по вопросам образования и общественной политики фонда «Благотворительный Фонд Сорос-Казахстан» Каликовой С.А., советнику Председателя правления НАО «Холдинг «Кәсіпқор» Гамарнику Г.Н., директору школы - лицей №66 города Астана Шаяхметовой А.Е., президенту республиканского общественного объединения «Союз детских общественных организаций «Жулдыз» Дмитриенко Е.А., управляющему директору АОО «Назарбаев Интеллектуальные школы» Казжановой А.А., президенту Международного общественного фонда «Білім орда» Кожабекову Д.С., проректору НАО «Казахский национальный исследовательский технический университет имени К.И. Сатпаева» Калабаеву Н.Б. и директору ГККП «Гуманитарный колледж» Управления образования г.Нур-Султан Нурланову Е.Б. Все эти люди входят в состав Общественного совета МОН.

И что можно сказать о качестве работы Общественного совета МОН, если даже приказ, которым утвержден его состав, содержит технические ошибки (например, школа-лицей г.Астаны, а управление образования г.Нур-Султана), а его состав все еще не обновлен и в нем значится уже бывший министр образования Шамшидинова К. Н.? Можно ли сделать вывод о том, что это министерство придает важное значение его работе? Думаю, что нет, однако само министерство образования, как и другие государственные органы, со мной вряд ли согласится, оно, вероятно, продолжает выносить на рассмотрение Общественного совета различные вопросы, которые этот самый совет продолжает одобрять. А вопросы эти несомненно не просто важные, но судьбоносные, поскольку от них в прямом смысле зависит будущее нашей страны.

В январе 2017 года, например, в сми опубликовано сообщение о том, что состоялось заседание общественного совета Минобра, его члены заслушали отчет о реализации бюджетных программ, утвердили план работы совета на 2017 год. Приведу вам самые интересные на мой взгляд цитаты из того сообщения.

«Освоено 490,7 млрд тенге (99,5%). На то, что остался небольшой процент неосвоения, повлияли такие факторы, как неисполнение обязательств, некачественное и несвоевременное исполнение обязательств поставщиками. «Какие санкции будут применены к недобросовестным поставщикам и тем, кто не выполнил обязательства?» - спросил Геннадий Гамарник, член Общественного Совета.

- Недобросовестные поставщики, неисполнители обязательств понесут наказание так, как это предусмотрено законом: принимаются меры дисциплинарного взыскания, подаются иски в суд, - сказал Ерлан Сагадиев».

Не акцентируя внимания на том, что Геннадий Гамарник, возглавлявший МОН, не мог не знать о том, что в соответствии с законодательством не выполнившие своих обязательств предприниматели, должны включаться в Реестр недобросовестных поставщиков, хочется понять: неужели у столь опытного чиновника, а ныне, как выясняется, общественного деятеля, не возникло более важных вопросов к министерству образования?

Читаем дальше: «Со своей стороны, члены Общественного совета выступили с предложением - рекомендацией в адрес Правительства изменения регламента рассмотрения законотворческих документов в сфере образования с более длительными сроками согласования с исполнительным органом (МОН) – для того, чтобы было больше времени взвесить все «за» и «но», обсудить, провести разъяснительную работу, чтобы к принятию того или иного нововведения общество было подготовлено. Нередко лишь из-за незнания, непонимания, недостаточного предварительного информирования, даже самые благие и прогрессивные преобразования находят неприятие среди населения. По мнению членов ОС, важнейшие вопросы образования, а оно касается практически каждой казахстанской семьи, должны рассматриваться неспешно и предельно внимательно». Даже я, с моим многолетним опытом работы в государственных структурах службе, только с пятого раза поняла смысл этого предложения, а вы? Поняли ли вы что-нибудь из его содержания?

Далее уже ответственный секретарь МОН делает весьма ответственное заявление: «Практика показывает дееспособность советов, с их введением расширилось участие общественности в обсуждении важнейших для казахстанцев вопросов. Общественный Совет МОН один из самых активно действующих в стране, этим по праву гордимся».

Довольно странной выглядит столь высокая оценка эффективности деятельности общественных советов из уст чиновника, деятельность которого этот самый общественный совет должен контролировать, не правда ли? И разве не общество должно судить об этом?

Здесь мы переходим к самому важному на мой взгляд вопросу: кто и как оценивает деятельность самих Общественных советов?

В соответствии с законодательством Общественным советам и их членам предоставлены довольно широкие и весомые права, например, право доступа в государственные органы, участия в работе всевозможных рабочих групп, обращения в государственные органы и органы местного самоуправления. Обязанности, возложенные на членов Общественных советов, также весьма серьезны, например, помимо соблюдения норм Конституции и законов, они обязаны осуществлять свою деятельность во взаимодействии с общественностью, не реже двух раз в год информировать население о деятельности Общественного совета через сми и (или) интернет ресурсы и публиковать годовые отчеты о своей деятельности.

Удивительно, но факт: Закон об общественных советах не содержит норм, которыми была бы урегулирована ответственность членов Общественных советов. Больше того, законодательством закреплена норма, в соответствии с которой Общественный совет не несет ответственности за результаты деятельности того государственного органа, при котором он создан. Веселые погремушки в этой избушке, согласитесь.

Мне неведома логика разработчиков Закона об Общественных советах, но я могу предположить, что вопрос ответственности перед обществом, интересы которого должны представлять члены Общественных советов, отдан на откуп самим членам. Полагаю, что они должны в первую очередь руководствоваться столь дефицитной в наше время категорией, как совесть, однако в нашей стране не существует лаборатории, в которой можно было бы получить справку о наличии таковой.

На фоне всего того, с чем мне пришлось ознакомиться, самым прозрачным оказался Общественный совет Министерства внутренних дел, который разместил на своем сайте не только состав Общественного совета, но и контакты членов совета от гражданского общества. Все, кому эта информация интересна, могут скачать ее на сайте МВД.

Да, я очень далеко ушла в изучении темы Общественных советов. Признаюсь, когда Ерхат Искалиев предложил мне войти в состав ОС при СКФ, я не была знакома с законодательством, поскольку в 2015 году, когда Закон об Общественных советах принимался, я жила за пределами Казахстана.

Поначалу мой вопрос вызвал лишь приказ о создании ОС при СКФ, который мне, как и всем членам создаваемого Общественного совета, был выслал. Вопрос был простой: «Почему приказом утвержден список кандидатов в общественный совет, а не его состав?» Мне объяснили это технической ошибкой.

Затем, как всякий, пусть и бывший чиновник, я стала искать нормативную базу и, обнаружила, что еще 5 лет назад был принят соответствующий Закон. Все последующие мои вопросы возникли именно потому, что я этот закон внимательно изучила. Мне непонятно, что помешало Ерхату Искалиеву сделать тоже самое?

На первом и единственном заседании так называемого общественного совета, в котором мне «посчастливилось» поучаствовать и который, кстати, после моих замечаний был переименован в Общественный комитет, Ерхат Искалиев сказал, что уже доложил Премьер-Министру о создании Общественного совета и потому нужно все быстренько согласовать. Как можно докладывать руководству о каких-то действиях, если они не согласуются с Законами? И как можно назначать на руководящие должности людей, которые не делают себе труда изучить нормативную базу прежде, чем принимать какие-то ни было решения? Понятно, что это риторические вопросы и мне очень жаль видеть, как действия подобных «торопыг» дискредитируют государственную политику.

Ничего другого, как постараться убедить руководство и общественность в том, что «конструктивная работа с Копбаевой оказалось невозможной» потому, что она разводит бюрократию, Ерхату Искалиеву не остается. Однако, человек, дважды «соврамши» только в одном ответе на вопросы сми, не заслуживает доверия. Да, именно, Ерхат Искалиев дважды сказал неправду, комментируя сложившуюся ситуацию КазТАГу. Сначала он сказал, что заседания общественного комитета еще не проводилось, что не соответствует действительности. А потом он заявил о том, что решение о моем исключении приняли члены общественного комитета, что тоже неправда. Тут уж, как говорится, делайте свои правильные выводы.

Что еще хочу отметить. В ходе наших дискуссий я неоднократно говорила о том, что СКФ пытается создать что-то непонятное, ссылаясь на законодательство убеждала членов общественного комитета и юристов СКФ в том, что их действия противоречат законодательству, однако в ответ на свои возражения услышала весьма странные аргументы, а именно такой: «ЕНПФ и Жилстройбанк тоже создали общественные советы».

Это были аргументы юристов организации, высокий уровень заработных плат сотрудников которой вызывает сегодня массу вопросов. Сколь низкая квалификация должна быть у работников, которые не понимают того, что прецедентное право в нашей стране не действует! Нельзя, опираясь на прецеденты, нарушать Законы.

Скажу больше, эта риторика СКФ заставила меня изучить и состав Общественных советов ЕНПФ и Жилстройбанка. Мой вывод прост до безобразия – в существующем виде и статусе деятельность Общественных советов упомянутых организаций нелегитимна, ибо в Законе об Общественных советах черным по белому прописано: Общественные советы создаются при государственных органах. Общественные организации, созданные без соблюдения норм Закона об Общественных советах не могут называться Общественными советами и выполнять возложенные на них функции. Точка!

Насколько я знаю, Общественный совет при ЕНПФ «самоорганизовался», это, конечно же, прекрасно, однако это не дает этому органу права называться общественным советом и выполнять его функции. Мне неизвестно, какие решения ЕНПФ этот самый нелегитимный совет успел одобрить, но я не удивлюсь, если выяснится, что, например, размещение средств ЕНПФ в те самые, скандальные «азербайджанские» ценные бумаги получило «добро» членов «Общественного совета ЕНПФ».

Многие из вас задавали мне вопрос о том, кто кроме меня был включен в состав Общественного совета СКФ и я обещала озвучить весь состав. Насколько я успела понять, это был не окончательный состав, в него вносились дополнения, но на момент моего присутствия в его составе он выглядел так:

Депутаты Балиева З.Я., Клименко И.И., Аманжолова З.Д. Смирнова И.В., зам.председателя правления НПП «Атамекен» Якубова Ю.К., директор центра прикладных исследований «Талап» член НСОД при Президента РК , заместитель руководителя специальной мониторинговой группы Ошакбаев Р.С. ректор Казахского национального медицинского университета им.С.Асфендиярова Нургожин Т.С., общественный деятель, президент «Almaty Management University» Кожахметов А.Б., исполнительный директор «Союз обрабатывающей промышленности» Бектибаев А.А., председатель правления АО «Институт экономических исследований» Султанов Р.С., директор Экспертного института Европейского права и прав человека Башимов М.М., председатель правления ОО «Казахское общество анестезиологов и реаниматологов» Жумадилов А.Ш., председатель правления ОЮЛ «Ассоциация отраслевых медиа Казахстана» Исингарина Ж.С., председатель ОЮЛ «Казахстанская ассоциация частных медицинских структур» Отепова Г.А., президент ОЮЛ в форме ассоциации «Евразийская медицинская ассоциация»Ясылов Е.А., президент ОЮЛ «Ассоциация поддержки развития фармацевтической деятельности Республики Казахстан Дурманова М.И., исполнительный директор ОЮЛ «Ассоциация производителей фармацевтической и медицинской продукции Казахстана «ФармМедИндустрия Казахстана» Манакпаева Г.Д., председатель ОФ «ANTIGEPATIT'C» Бирюков С.А., президент ОЮЛ «Диабетическая ассоциация Республики Казахстан» Закиев Р.А., председатель общественного объединения инвалидов «Подранки-Шарасыздар» Тобатаева Г.Б., член республиканской Специальной мониторинговой группы, проектного офиса «Адалдык аланы» в Министерстве труда и социальной защиты населения, генеральный директор ОФ « DAYR» Сулейменов А.Т., член республиканской Специальной мониторинговой группы, председатель республиканской молодежной организации «Альянс молодых юристов Казахстана» Идрис Д.А., руководитель Специальной мониторинговой группы по Павлодарской области Кожин К.Н., руководитель специальной мониторинговой группы по г.ШымкентАссанди А., инициатор создания движения HAQ, член коалиции гражданских инициатив Кожалиева Т.Б., доцент кафедры клинической фармакологии НАО «Медицинский университет «Астана» Макалкина Л.Г., общественный деятель Таукелова Саида, общественный деятель Дутбаева Айсулу и я, которую тоже назвали общественным деятелем, каковым я в общем-то не являюсь.

Первым из состава этой организации вышел Марат Башимов, он написал об этом на своей странице в Фейсбук. Затем Ерхат Искалиев разместил в чате комитета сообщение о том, что он принял решение исключить из его состава меня, затем состав комитета покинула Смирнова И.В. Ее сообщение о выходе из состава было последним, что я увидела в группе перед моим исключением из чата.

Что там происходит в настоящее время я не знаю, но столь откровенное давление, которое оказывали на меня некоторые члены создаваемой организации (комитета, совета…) натолкнуло меня на мысль о том, что эти люди либо не ведают что творят, либо имеют какую-то корысть.

Вообще, в соответствии с одним из принципов деятельности общественных советов, работа в общественном совете осуществляется исключительно на общественных началах, то есть бесплатно, а значит никакой заработной платы члены Общественных советов не получают. О какой корысти в таком случае можно говорить? Этот вопрос остался за гранью моего понимания, но судя по тому, что, не дождавшись даже утверждения положения об этом с позволения сказать органе, некоторые члены совета начали выносить на обсуждение вопросы государственных закупок, что-то где-то в этом вопросе "горит". Что? Конкурс на государственные закупки медицинских препаратов? Как знать?

Я пыталась дознаться, задавая в чате вопросы типа: "Куда вы так торопитесь?", "Как можно играть в игру, правил которой не знаешь? (это я о том, что невозможно начинать работу до тех пор, пока не утверждено положение), ""Зачем ставить телегу впереди лошади (о том, что нельзя избирать председателя Совета до тех пор, пока не утверждены процедуры голосования и то же положение), и, наконец: "Для чего вообще создается этот общественный орган? Если он не может быть общественным советом, зачем его вообще создавать? Общественный контроль можно осуществлять и без созлдания подобных "комитетов"? Увы, ответов на свои вопросы я не получила. И это очень жаль.

Зная менталитет наших людей, я не исключаю, что некоторые «общественники» ради статуса «члена общественного совета» готовы одобрять все подряд, допускаю, что этот статус дает какие-то "преференции".

Признаюсь, мне до сих пор непонятен тот пыл, с которым, например, Айсулу Дутбаева или Жанна Исингарина встали на защиту этого «комитета». Ну, пусть это будет на их совести. Если таковая имеется.

Обобщая весь мой опыт присутствия в этой организации, скажу, что та низкая (я бы сказала нулевая) правовая грамотность и соглашательская позиция некоторых ее членов не дает мне надежды на то, что ситуация в СКФ коренным образом изменится. Боюсь, что все это сделано для того, чтобы Ерхат Искалиев, а вслед на ним и правительство Казахстана поставило очередную галочку и отрапортовало «наверх» о том, что мнение общественности учтено.

У меня в ходе всей этой «клоунады» возникло множество вопросов, например, такие: чего мы, как общество, можем ждать от людей, которые готовы голосовать за все подряд, которые не знакомы ни с бюджетным законодательством, ни с теорией управления, которые и понятия не имеют о том, что такое объект и субъект контроля, которые не удосужились изучить закон об общественных советах перед тем, как войти в состав оного?

Важно понимать, что все эти вопросы можно и нужно адресовать всем уже функционирующим общественным советам, ибо они уже поставили отметку «согласовано с общественностью» каждому принятому правительством решению.

Я убеждена в том, что мы сейчас должны серьезно озаботиться работой тех «общественников», которые уже действуют от нашего имени и которые по сути узурпировали наши права. До тех пор, пока мы этого не сделаем, у нас нет морального права предъявлять какие бы то ни было претензии властям

---

Source: [https://yvision.kz/post/pochemu-my-ne-imeem-moralnogo-prava-kritikovat-vlast-za-to-chto-ona-daleka-ot-naroda-864269](https://yvision.kz/post/pochemu-my-ne-imeem-moralnogo-prava-kritikovat-vlast-za-to-chto-ona-daleka-ot-naroda-864269)