--- title: "Не совсем Пуассоново распределение восклицательных знаков в рецензии на роман Томаса Пинчона «Радуга тяготения»" description: "Судьба - это тяготение. Представьте текст рецензии на книгу в виде карты большого города, Лондона в..." author: "Y_for_Yay" published: "2016-02-29T23:54:00+00:00" modified: "2016-03-01T00:08:52+00:00" locale: "ru" canonical_url: "https://yvision.kz/post/ne-sovsem-puassonovo-raspredelenie-vosklicatelnyh-znakov-v-recenzii-na-roman-tomasa-pinchona-raduga--680446" markdown_url: "https://yvision.kz/post/ne-sovsem-puassonovo-raspredelenie-vosklicatelnyh-znakov-v-recenzii-na-roman-tomasa-pinchona-raduga--680446/markdown" site_name: "Yvision.kz" --- # Не совсем Пуассоново распределение восклицательных знаков в рецензии на роман Томаса Пинчона «Радуга тяготения» > Судьба - это тяготение. Представьте текст рецензии на книгу в виде карты большого города, Лондона в... > Судьба - это тяготение. Представьте текст рецензии на книгу в виде карты большого города, Лондона весной 1945 года. Представьте, что все восторженные восклицательные знаки рецензента - это немецкие ракеты V-2, которыми беспрестанно бомбардируется Лондон. Тогда сколько бы ни было этих восклицательных ракет, они должны распределяться по тексту равномерно, подчиняясь распределению Пуассона. Но как бы не так! Восторг от прочтения "Радуги тяготения" невозможно не выразить иначе чем через !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Представьте, что сам 750-страничный роман - это гигантская шахматная доска на 400 персонажей, испещренная смыслами и противостояниями: союзники против фашистской Германии, белые европейцы против чернокожих африканцев, мужчины против женщин, психоаналитики против психически больных, педофилы против детей, ими соблазненных, раздражители против рефлексов, ракеты против гравитации. > Просто однажды просыпаешься и понимаешь, что Королева, Офицер и Король суть лишь великолепные калеки, а пешки, даже доходящие до последней горизонтали, обречены ползать в двух измерениях, и никакой Туре не вознестись и не опуститься. Представили? Всё равно недостаточно, чтобы описать вселенную Томаса Пинчона. Для этого нужны более крепкие средства: гашиш, джин, виски, психотропные вещества, химические реактивы, пластические полимеры с эректильными свойствами - всё это смешать и разболтать до невозможности! > Под тамариндовой глазурью гранаты обнаруживается приторная пепсиновая нуга, под завязку набитая пронзительно засахаренными ягодами кубебы и с вязкой камфарной сердцевиной. Мерзость несказанная. От камфарных паров у Слотропа кружится голова, из глаз течет, на языке - всесильное всесожжение. Кубеба? Он эту дрянь курил. Это книга бесконечности, состоящая из множества реальностей, вложенных друг в друга, проецируемых одна на другой. Она не ограничена ни историческими рамками (формально события романа происходят всего в нескольких месяцах конца Второй мировой войны и после нее), ни географическими (от США и аргентинских анархистов, захвативших подводную лодку, до далеких казахских степей, на ветрах которых звучат айтысы(!), хотя формально место действия - Лондон, Цюрих, Ривьера, а также некая оккупационная "Зона" в Северной Германии). > Тут главное - не расслабляться: обмениваетесь четырехстрочными куплетами: первая, вторая и четвертая строки в рифму, хотя длины произвольной, лишь бы дыхания хватало. Но все равно дело хитрое. Доходит и до оскорблений. В некоторых аулах после айтыса партнеры по много месяцев не разговаривают. При этом роман в некотором смысле герметичен. 400 персонажей тесно переплетены друг с другом, действуя почти одновременно очень рядом друг с другом, хотя и выполняя совсем уж контрапунктурные (на первый взгляд) действия. Идущий сквозь книгу мотив дробления, поиска смысла в интервале от нуля (00000) до единицы (00001), дифференциирования, аналого-цифрового преобразования, численно-вероятностных методов описания событий и явлений, замкнутых по воле автора в одном томе. > Себя он видел некоей точкой наступающего волнового фронта, что распространяется по стерильной истории: известное прошлое, проецируемое будущее. А Джессика - разлом волны. Чтобы понять книгу, нужно быть или стать Пинчоном, воспользоваться его интересами и страстями. Вникнуть в детали маркировки конденсаторов и катушек индуктивности на германских схемах электроцепей. Принять правила его игры или игр. Игр в физику, технику, химию, физиологию, психоанализ, математику, бигдату до изобретения всякой бигдаты, шахматы, музыку, игровое кино, поэзию. Читать эту книгу - все равно что говорить и мыслить формулами, строить радугу в виде математического графика, с приближением ступенька за ступенькой. Читать эту книгу - все равно что измерять длину фаллоса логарифмической линейкой)) ![Не совсем Пуассоново распределение восклицательных знаков в рецензии на роман Томаса Пинчона «Радуга тяготения»](https://storage.yvision.kz/images/user/y_for_yay/aJAGm4SGD0W12xL5rCam12XM3W9dbn.jpg) Нужно стать её главным героем, персонажем карт таро, подопытным кроликом чокнутого профессора-физиолога, экспериментом статистика-фаталиста, Фаустом, путешествующим по Германии со своей Маргеритой и встречающей ведьм и своих демонов. > Либо Они поместили его сюда по некоей причине, либо он здесь просто так. Чтобы понять книгу, нужно вместе с автором без оглядки погрузиться в эту фриково-волшебную реальность, выдуманную эрудированным психом-параноиком, затворником и, бесспорно, гением. Зацикленном, как и его роман, в своем собственном солипсическом величии. > И вот именно здесь, в этом темном немом кадре острый нос Ракеты, падающей со скоростью почти миля в секунду, абсолютно и навсегда беззвучно, над крышей старого кинотеатра достигает своего последнего неизмеримого разрыва, своей последней дельты-t. --- Source: [https://yvision.kz/post/ne-sovsem-puassonovo-raspredelenie-vosklicatelnyh-znakov-v-recenzii-na-roman-tomasa-pinchona-raduga--680446](https://yvision.kz/post/ne-sovsem-puassonovo-raspredelenie-vosklicatelnyh-znakov-v-recenzii-na-roman-tomasa-pinchona-raduga--680446)