--- title: "Грустный Клоун" description: "«Любой зритель имеет право принести с собой молоток, гвозди и вогнать их в гроб фокусника для дополн..." author: "andrey_koroblev" published: "2012-05-15T00:38:48+00:00" modified: "2012-05-15T00:41:49+00:00" locale: "ru" canonical_url: "https://yvision.kz/post/grustnyy-kloun-262346" markdown_url: "https://yvision.kz/post/grustnyy-kloun-262346/markdown" site_name: "Yvision.kz" --- # Грустный Клоун > «Любой зритель имеет право принести с собой молоток, гвозди и вогнать их в гроб фокусника для дополн... > «Любой зритель имеет право принести с собой молоток, гвозди и вогнать их в гроб фокусника для дополнительной убедительности». Из афиш, зазывающих на уникальное выступление американского иллюзиониста Гарри Гудини.   *Леонид Енгибаров. Клоун с Осенью в Сердце. Родился в 1935 году. Умер от разрыва сердца в 1972 году. Ему было 37 лет. Он был признан лучшим клоуном мира.* *Краткой оказалась творческая жизнь Леонида Енгибарова — боксера с душой поэта, клоуна и философа...* ** Автобиография** Родился я в Москве. Девять лет провел на ринге. Заповедь «ударили по правой щеке, подставь левую» считаю в корне ошибочной. Сменил множество профессий, и в двадцать два года мне оставалось только стать актером. Писать начал тогда же, поневоле. Никто из авторов не хотел со мной работать, пришлось самому стать сценаристом. Понравилось. Теперь с ужасом думаю: а вдруг явится настоящий сценарист... Люблю: море, осень... Винсента Ван Гога. Боюсь: благополучия. Главное для меня в жизни — чувствовать ответственность за все совершающееся вокруг нас. **Л. Енгибаров** ** Талант:** Всегда тревожно **Самое страшное**: Благополучие **Доверие: **Нельзя доверять ответственных постов людям без юмора **Любовь**: Пришел. Увидел. Сдался **Встреча:** Чистая душа — вытирайте ноги **Свет:** От фонаря не светло, если он под глазом **Молодость:** Жизнеутверждающие планы и надежды **Самое любимое:** Море. Осень. Ван Гог **Престижность профессии: **Вратари бывают великими, портье — никогда **Да и нет: **Чтобы сказать «нет», надо иметь больше таланта, чем говорить «да» **Слабости:** Им можно предаваться всю жизнь **Расставание: *Уходя, не гаси свет в чужой душе.*** **Л. Енгибаров** *** ***   **Не обижайте человека** Зря, просто так обижать человека не надо. Потому что это очень опасно. А вдруг он - Моцарт? К тому же еще не успевший ничего написать, даже «Турецкий марш». Вы его обидите — он и вовсе ничего не напишет. Не напишет один, потом другой, и на свете будет меньше прекрасной музыки, меньше светлых чувств и мыслей, а значит, и меньше хороших людей. Конечно, иного можно и обидеть, ведь не каждый человек — Моцарт, и все же не надо: а вдруг... Не обижайте человека, не надо. Вы такие же, как он. Берегите друг друга, люди! **Л. Енгибаров** ** ** ** *Владимир Высоцкий *** *Енгибарову — от зрителей* Шут был вор: он воровал минуты — Грустные минуты, тут и там, — Грим, парик, другие атрибуты Этот шут дарил другим шутам. В светлом цирке между номерами, Незаметно, тихо, налегке Появлялся клоун между нами В иногда дурацком колпаке. Зритель наш шутами избалован — Жаждет смеха он, тряхнув мошной, И кричит: «Да разве это клоун? Если клоун — должен быть смешной!» Вот и мы... Пока мы вслух ворчали: «Вышел на арену — так смеши!» — Он у нас тем временем печали Вынимал тихонько из души. Мы опять в сомненье — век двадцатый: Цирк у нас, конечно, мировой, — Клоун, правда, слишком мрачноватый — Невеселый клоун, не живой. Ну а он, как будто в воду канув, Вдруг при свете, нагло, в две руки Крал тоску из внутренних карманов Наших душ, одетых в пиджаки. Мы потом смеялись обалдело, Хлопали, ладони раздробя. Он смешного ничего не делал, Горе наше брал он на себя. Только — балагуря, тараторя — Все грустнее становился мим: Потому что груз чужого горя По привычке он считал своим. Тяжелы печали, ощутимы — Шут сгибался в световом кольце, — Делались все горше пантомимы, И морщины — глубже на лице. Но тревоги наши и невзгоды Он горстями выгребал из нас — Будто обезболивал нам роды, — А себе — защиты не припас. Мы теперь без боли хохотали, Весело по нашим временам: Ах, как нас приятно обокрали — Взяли то, что так мешало нам! Время! И, разбив себе колени, Уходил он, думая свое. Рыжий воцарился на арене, Да и за пределами ее. Злое наше вынес добрый гений За кулисы — вот нам и смешно. Вдруг — весь рой украденных мгновений В нем сосредоточился в одно. В сотнях тысяч ламп погасли свечи. Барабана дробь — и тишина... Слишком много он взвалил на плечи Нашего — и сломана спина. Зрители — и люди между ними — Думали: вот пьяница упал... Шут в своей последней пантомиме Заигрался — и переиграл. Он застыл — не где-то, не за морем Возле нас, как бы прилег, устав, — Первый клоун захлебнулся горем, Просто сил своих не рассчитав. Я шагал вперед неутомимо, Но успев склониться перед ним. Этот трюк — уже не пантомима: Смерть была — царица пантомим! Этот вор, с коленей срезав путы, По ночам не угонял коней. Умер шут. Он воровал минуты — Грустные минуты у людей. Многие из нас бахвальства ради Не давались: проживем и так! Шут тогда подкрадывался сзади Тихо и бесшумно — на руках... Сгинул, канул он — как ветер сдунул! Или это шутка чудака?.. Только я колпак ему — придумал, — Этот клоун был без колпака.   **«*****Мама, налей шампанского! Мне станет легче*****...» — прозвучали последние слова настоящего артиста.** **И первая из женщин — Мать — поднесла сыну хрустальный бокал с шампанским для достойной встречи им последней из женщин — Смерти.** --- Source: [https://yvision.kz/post/grustnyy-kloun-262346](https://yvision.kz/post/grustnyy-kloun-262346)