---
title: "Даже дьявол должен быть выслушан в суде..."
description: "Весь мой трудовой опыт – это работа в государственных структурах и мне очень грустно все больше и бо..."
author: "Botagozk"
published: "2020-05-13T06:04:48+00:00"
modified: "2020-05-13T06:33:02+00:00"
locale: "ru"
canonical_url: "https://yvision.kz/post/dazhe-dyavol-dolzhen-byt-vyslushan-v-sude-856758"
markdown_url: "https://yvision.kz/post/dazhe-dyavol-dolzhen-byt-vyslushan-v-sude-856758/markdown"
site_name: "Yvision.kz"
---

# Даже дьявол должен быть выслушан в суде...

> Весь мой трудовой опыт – это работа в государственных структурах и мне очень грустно все больше и бо...

Весь мой трудовой опыт – это работа в государственных структурах и мне очень грустно все больше и больше укрепляться в убеждении о том, что сегодня на государственной службе практически не осталось профессионалов.

Вчера в суде я открыто заявила о том, что «благодаря» низкому качеству управленческих решений, которые принимает Министерство культуры и спорта, мой трудовой спор в принципе стал возможен.

Более того, «благодаря» отсутствию контроля со стороны курирующего Министерства стали возможными хищения бюджетных денег в Консерватории.

С 2008 по 2017 год бывший главный бухгалтер откровенно грабила студентов. Где в это время было Министерство культуры? За 9 лет оно не просто должно, а обязано было провести несколько аудиторских проверок в Консерватории силами службы внутреннего аудита.

Где были аудиторы Департамента внутреннего государственного аудита г.Алматы все эти годы?

Все те хищения, которые я обнаружила, лежали на поверхности. Бухгалтер Консерватории настолько обнаглела, что просто перечисляла деньги на банковские карты как сотрудников Консерватории, так и посторонних лиц, не удосужившись каким-то образом обосновать эти переводы. Да и как она могла бы обосновать переводы денег своему водителю, няне и преподавателю казахского языка своего сына? Как она могла обосновать переводы миллионов тенге, которые осуществляла на свою банковскую карту и на карты сотрудников бухгалтерии?

Бывший Ректор Консерватории, которая, если верить показаниям, данным ею в зале суда, когда шел процесс против бывшего главного бухгалтера, безвинная жертва мошенницы Жумагуловой.

За 13 лет, 9 из которых Жумагулова совершала хищения, ректор ничего не заподозрила?

На одном из судебных заседаний по моему иску, юрист Министерства культуры и спорта на мою реплику о том, что по результатам работы комиссии, которая была создана по поручению Руководителя Администрации Президента к моему заявлению на имя Президента, Аубакирова была освобождена от занимаемой должности, заявила – нет, это не по результатам проверки Аубакурову уволили с работы.

А почему? По собственному желанию? По представлению министра культуры?

Как стали возможными многолетние хищения бюджетных денег в государственном учреждении? Как уполномоченный на управление Консерваторией государственный орган мог не обнаружить столь существенных нарушений финансовой дисциплины? Консерватория – национальный вуз, у нее особый статус, а это значит, что и требования к его руководящим работникам должны быть высокими.

Однако, кто должен разрабатывать, утверждать или согласовывать квалификационные требования, правила назначения и освобождения и прочие нормативные документы, которые регламентируют деятельность учреждений, входящих в систему МКС? Конечно же, МКС!

Оно же согласовывает кандидатуру главного бухгалтера перед его назначением, оно же ежегодно принимает у бухгалтеров отчеты, оно же с недавних пор взяло на себя функцию назначать проректоров творческих вузов.

С какой целью предпринимаются все эти меры, если они не приводят к ни к повышению качества государственных услуг, ни к снижению коррупционных рисков, ни к рациональному и законному использованию средств бюджета?

В этом году я подала два иска против действий Консерватории и Министерства культуры. В первом я заявляла о допущенной в отношении меня дискриминации по убеждениям и нарушениях ст.23.4 Трудового Кодекса РК. Во втором оспаривала законность приказа Министерства культуры и спорта о моем увольнении. Суд принял решение объединить два дело в одно. Это в самом деле логично.

Это очень запутанное дело, оно, словно снежный ком, обрастает и обрастает новыми «подробностями». Мой иск это не только и не столько стремление вернуться на работу в Консерваторию, при нынешнем руководстве МКС и Консерватории работать там я не собираюсь. Слишком много чести.

Мой иск - это возможность привлечь внимание общества, чиновников, Руководства страны и, если понадобится, международных организаций к тем сложностям, с которыми сталкивается работник при защите своих прав.

В своей речи на прениях я, приложив все, подтверждающие мои слова документы, постаралась максимально подробно ознакомить суд с его обстоятельствами. Да, она очень длинная, но и история моя длится третий год.

Привожу вам ее полностью с тем, чтобы вы понимали с чем мне пришлось столкнуться.

«В 29 апреля 2017 года я между мной и РГУ «Казахская национальная Консерватория им.Курмангазы» (далее – Консерватория) был заключен трудовой договор № 15, в соответствии с которым я взяла на себя обязательства лично исполнять функции проректора Консерватории по финансово-экономическим вопросам.

В августе 2017 года в указанный трудовой договор были внесены изменения, в соответствии с которыми моя должность была преобразована в должность проректора по общим вопросам.

В круг моих обязанностей входило общее руководство такими структурными подразделениями Консерватории, как бухгалтерия, отдел государственных закупок, отдел информационных технологий, отдел кадровой работы, юридический отдел, канцелярия.

В июле 2017 года мной были обнаружены первые признаки финансовых нарушений в Консерватории, в августе того же года на меня было совершено нападение с применением холодного оружия. Оправившись после ранения, я снова приступила к обязанностям. Обратившись в Департамент внутреннего государственного аудита по г.Алматы, я настояла на проведении аудита финансовой деятельности Консерватории, в результате которого были выявлены хищения средств республиканского бюджета на сумму 127 млн.тенге. Бывший главных бухгалтер Консерватории Жумагулова Г.Н. была приговорена к восьми годам лишения свободы за хищения в особо крупных размерах.

Все мои действия по выявлению хищений были согласованы с бывшим ректором Консерватории Аубакировой Ж.Я., которая изначально поддержала мое стремление выявить нарушения финансовой дисциплины, однако в апреле 2018 года по неизвестным мне причинам она резко изменила свою точку зрения и начала откровенную травлю на меня. В течение месяца я подвергалась моральному давлению, мой компьютер был взломан, документы из сейфа изъяты, мои передвижения по Консерватории были ограничены. Обо всех этих фактах я заявляла в органы внутренних дел, то есть подтверждения достоверности моих слов имеются.

В мае 2017 года, не выдержав давления со стороны Аубакировой Ж.Я., я обратилась к Президенту Казахстана Н.А.Назарбаеву с заявлением об ее неправомерных действиях. По поручению Руководителя Администрации Президента РК с целью проверки достоверности изложенных в моем заявлении фактов, была создана межведомственная рабочая группа, в состав которой вошли представители органов внутренних дел, Службы экономических расследований, Нацбюро по противодействию коррупции, Прокуратуры и др.

В течении двух недель рабочая группа проверяла изложенные в моем заявлении на имя Главы государства факты. 12 июня 2018 года Жания Аубакирова была освобождена от занимаемой должности, однако она незаконно освободила от занимаемой должности и меня.

В августе 2018 года я обратилась в суд с иском о незаконном увольнении. 30 октября 2018 года своим решением № 7520-18-00-2/20202 судья районного суда № 2 Алмалинского района г.Алматы Кистауова К.Ж. удовлетворила мои исковые требования и восстановила меня в должности проректора по общим вопросам Консерватории.

Однако, Консерватория в лице уже нового ректора Жудебаева А.А. предприняла все возможное для того, чтобы я не приступила к работе. Несмотря на то, что решение суда от 30.10.2018 года о моем восстановлении в должности подразумевало немедленное исполнение, процесс моего восстановления в должности неоправданно затянулся, а к полноценному исполнению своих обязанностей я не приступила вплоть до моего увольнения в январе текущего года.

Более того, Консерватория пыталась убедить меня в том, что исполнение решения суда невозможно по той причине, что за время судебных разбирательств в организационную структуру были внесены изменения, в соответствии с которым должность проректора по общим вопросам была ликвидирована.

Не ограничившись попытками отказать мне в восстановлении в должности, Консерватория обратилась в районный суд № 2 Алмалинского района г.Алматы с заявлением о разъяснении принятого судом 30.10.2018 года решения, мотивируя тем, что согласно штатной структуре должность проректора по общим вопросам в Консерватории отсутствует.

Своим определением от 13.11.2018 года № 7520-18-00-2/20202 судья районного суда №2 Алмалинского района г. Алматы Кистауова К.Ж. в удовлетворении заявления Консерватории о разъяснении решения суда отказала.

Таким образом, Консерватория, являясь государственным учреждением, деятельность которого должна целиком и полностью соответствовать нормам действующего законодательства, попыталась воспрепятствовать отправлению правосудия в нашей стране.

Получив отказ в разъяснениях, Консерватория не оставила своих попыток убедить меня в невозможности выполнить решение суда о моем восстановлении в должности и настаивала на том, что моя должность ликвидирована, а значит я не могу быть восстановлена.

Я предложила Консерватории выход, который обеспечил исполнение решения суда, а именно, я, ссылаясь на нормы Трудового кодекса, предложила Консерватории официально уведомить меня об изменениях в штатном расписании, что и было сделано. Однако, 05.11.2018 года Консерватория восстановила меня в должности приказом ректора № 377 жк, тогда как в соответствии с п.43 Устава назначение и освобождение от должности проректоров Консерватории осуществляется приказом Министерства культуры и спорта РК (далее – Министерство).

К сожалению, мои аргументы показались Консерватории неубедительными, в связи с чем я снова обратилась в судебные органы и своим решением от 25.09.2018 года № 7520-19-00-2/8348 судья районного суда № 2 Алмалинского района г.Алматы Сарсенова К.К. частично удовлетворила мои требования и признала незаконным приказ ректора РГУ «Казахская национальная Консерватория им.Курмангазы» от 05.11.2018 года № 377 ж/к в части моего перевода на должность проректора по административно-хозяйственной части.

Таким образом, Консерватория дважды допустила в отношении меня незаконные действия.

Более того, в период с 30.10.2018 года по 05.01.2020 года Консерватория перманентно нарушала мои права работника, в частности Консерваторией было нарушено мое право, предусмотренное пп.4) п.2. ст.23 ТК РК.

Все, приведенные мной в исковом заявлении, в уточнении к исковому заявлению факты, свидетельствуют о том, что действия Консерватории привели к невозможности выполнения мной профессиональной деятельности по исполнению должностных полномочий, что является нарушением условий п.1.1 ст.1 Трудового договора от 29.04.2017 г. № 15, с изменениями согласно дополнительного соглашения от 01.08.2017г.

Кроме того, в своих исковых требованиях я прошу признать в действиях РГУ «Казахская национальная Консерватория им. Курмангазы» нарушения моего права на свободу убеждений, предусмотренного п.2) ст. 6 Трудового Кодекса Республики Казахстан.

Считаю, что в данном контексте логично и уместно говорить о том, какими убеждениями я руководствуюсь в своей профессиональной деятельности.

Я начала работать в 18 лет, на сегодняшний день стаж моей трудовой деятельности выше 25 лет. Все эти годы я работала в государственных органах различного уровня. Начав свою трудовую деятельность еще в советской милиции, постепенно развиваясь, повышая свой профессиональный уровень я росла по карьерной лестнице, работала в Канцелярии Премьер-Министра, в Администрации Президента, в Министерстве финансов, в Министерстве экономики и бюджетного планирования, в АО «ФУР «Казына», в АО «Казпочта», АО «Банк Развития Казахстана».

В 1998 году я переехала в г.Астану и, начав свою работу в столице инспектором Общего отдела Администрации Президента РК, я доросла до должности Руководителя аппарата Министерства экономики и бюджетного планирования РК (ныне это должность Ответственного секретаря).

В 2007 году я была приглашена в состав Правления Фонда устойчивого развития «Казына», затем была назначена президентом ТОО «Казинвест», затем стала заместителем председателя правления АО «Казпочта», затем директором представительства АО «Банк развития Казахстана» в г.Москва.

Мне посчастливилось поработать в советской милиции, долгое время я работала в политическом отделе Восточного управления внутренних дел на транспорте. Как известно, поступление на работу в органы внутренних дел сопряжено с прохождением специальных проверок по линии органов национальной безопасности, поскольку лишь люди с безупречной репутацией могли поступить на работу в советскую милицию. Более того, с младых ногтей я имела доступ к государственным секретам.

Безусловно, работа в ОВД повлияла на мою личность, мои убеждения формировались под влиянием советских офицеров – сотрудников политического отдела ВУВДТ.

Далее, работая в высших органах государственного управления, таких как Канцелярия Премьер-Министра и Администрация Президента РК, куда, как известно, не принимают неблагонадежных, запятнавших свою репутацию, людей, я укреплялась в своих убеждениях.

В период работы в Министерстве финансов и Министерстве экономики и бюджетного планирования РК мне посчастливилось учиться у мэтров системы государственных финансов: А.С.Павлова, М.Т.Есенбаева, А.Г.Дунаева, Л.М.Кармазиной. Эти люди, заслуженные финансисты, своими действиями, своими примерами учили меня взвешенному подходу к планированию государственных финансов и рациональному их использованию. Мое отношение к бюджетным средствам формировалось под их влиянием.

В 2005 году я защитила диплом Российской Академии государственной службы при Президенте РФ по специальности «Государственный и управленческий контроль» и, продолжив свою работу уже в квазигосударственном секторе, я никогда не отступала от своих убеждений. Больше того, они никогда не носили лишь декларативного характера, я руководствовалась ими в своей работе.

Так, в 2007 году, в мою бытность президентом ТОО «Казинвест», распоряжением Премьер-Министра Республики Казахстан от 10 августа 2007 года N 220-p я была включена в состав Организационного комитета по подготовке и проведению международной конференции, посвященной 10-летию принятия Стратегии развития Казахстана до 2030 года в г. Астане (копия прилагается).

В соответствии с постановлением Правительства РК от 18.09.2007 года № 813 «О выделении средств из резерва Правительства РК и государственных закупках, имеющих важное стратегическое значение» на проведение международной конференции, посвященной 10-летию Стратегии «Казахстан 2030» из резерва правительства было выделено 376,4 млн.тенге, что по курсу на 31 декабря 2007 года эта составило 3,1 млн.долларов США. Кроме того, возглавляемое мной на тот момент ТОО «Казахстанский центр содействия инвестициям «Казинвест» было определено поставщиком услуг по проведению указанной Конференции.

Постановлением правительства от 26.12.2007 года сумма, выделенная на проведение Конференции, была сокращена до 217,8 млн.тенге, или по курсу доллара к тенге на тот период до 1,8 млн.долларов США (копия постановления прилагается).

Данные изменения в постановление правительства были внесены в связи с тем, что «ТОО Казинвест» при проведении Конференции сэкономило 158,6 млн.тенге, по курсу тенге к доллару на тот период эта сумма составила 1,3 млн.дол.

Сам факт того, что мне были доверены столь значительные государственные средства, а также то обстоятельство, что мой подход к расходованию средств бюджета привел к столь значительной их экономии, на мой взгляд, о многом говорит, как минимум он свидетельствует о безупречности моей репутации.

Таким образом, мои убеждения, заключающиеся в необходимости рачительного и законного использования средств республиканского бюджета, нашли свое отражение в моей деятельности, как руководителя одного из учреждений квазигосударственного сектора.

Примерно та же история повторилась в 2018 году, в мою бытность проректором по общим вопросам Консерватории. Так, из выделенных на проведение текущего ремонта учебных корпусов и студенческого общежития Консерватории 627 млн.тенге, 271 млн.тенге были возвращены в бюджет. Кроме того, я взяла на себя ответственность и настояла на том, чтобы подрядчик вместо ремонтных работ текущего характера произвел капитальный ремонт студенческого общежития Консерватории. Данный факт был отражен в акте Счетного комитета по контролю за использованием средств бюджета, в соответствии с предписанием которого стоимость основных средств Консерватории была увеличена на 283 млн.тенге.

Да, результатом моих действий стали судебные разбирательства против меня, поскольку подрядчики, пытаясь защитить себя от включения в Реестр недобросовестных поставщиков, попытались обвинить меня в превышении должностных полномочий, в связи с чем судьей СМЭС г.Алматы в отношении меня было вынесено частное определение.

Ссылаясь на этот факт, Консерватория и Министерство неоднократно заявляли, как в сми, так и в ходе судебных заседаний о том, что в отношении меня возбуждено уголовное дело, пытаясь таким образом объяснить свое нежелание видеть меня в числе работников системы МКС. Однако все эти заявления являются голословными, расследование, которое продолжалось в течение года, никаких нарушений с моей стороны не выявило, в июле 2019 года ДЭР г.Алматы вынес постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного по частному определению СМЭС г.Алматы.

Кроме того, за тот период, что шло расследование, Консерваторией было подано несколько заявлений, в которых различные должностные лица пытались обвинить меня в надуманных нарушениях, эти факты также не были подтверждены, никаких обвинений мне предъявлено не было.

В течение года я вынуждена была защищать свое доброе имя, свою репутацию. Это было непросто, поскольку я не располагаю финансовыми средствами для того, чтобы нанять именитых адвокатов для своей защиты, я защищала себя самостоятельно. Я многое пережила за это время, однако если бы ситуация повторилась – я поступила бы точно также и снова превратила бы текущий ремонт в капитальный.

По сути я не позволила распылить бюджетные средства. Да, как проректор, на которого была возложена ответственность за организацию ремонтных работ, я строила свои взаимоотношения с подрядчиками жестко, однако это привело к тому, что в студенческом общежитии Консерватории, который не видел ремонта в течении двух десятков лет, был произведен качественный капитальный ремонт с использованием дорогостоящих строительных материалов, были заменены все окна, двери, электрическая проводка, напольное покрытие, осветительные приборы и многое другое.

Кроме того, в результате моих действий стоимость основных средств Консерватории была увеличена, а значит была увеличена стоимость государственного имущества в целом. Таковы мои убеждения.

Мои убеждения не позволили мне пройти мимо фактов хищений, которые, как свидетельствуют результаты следствия, проведенного СЭР г.Алматы, происходили в Консерватории с 2008 года.

Мои убеждения, моя закалка, моя смелость позволили мне не отступить от намерения провести тщательный аудит использования средств бюджета и после того, как на меня было совершено нападение.

Мои убеждения поспособствовали тому, что в течение двух лет я открыто выступаю против коррупции в системе Министерства культуры и спорта.

Так, в своих интервью, опубликованных в газетах «Время» и «Караван» в течение 2018-2019 годов я неоднократно и публично выступала с критикой в адрес должностных лиц, допускающих коррупционные действия. Кроме того, на своей странице в социальной сети «Facebook», в своих постах на блог-площадке «Yvision» я регулярно публикую посты и материалы, изобличающие факты нарушений финансовой дисциплины в учреждениях, входящих в систему Министерства культуры и спорта.

Кроме того, 26.02.2020 года мной и еще несколькими гражданами Казахстана была проведена пресс-конференция, в ходе которой нами было заявлено о том, что каждый из нас подвергся прессингу со стороны должностных лиц учреждений, курируемых Министерством культуры и спорта РК после того, как заявил о фактах нарушений финансовой дисциплины.

Обращаю внимание Суда на то, что ни Министерство культуры и спорта, ни Консерватория ни разу не дали официального опровержения моим заявлениям, ни разу не обратились в суд с заявлением о том, что мои высказывания не соответствуют действительности.

Я профессионал высокого уровня и мои убеждения очевидны – я считаю, что должностные лица государственных органов и государственных учреждений должны соблюдать требования действующего законодательства.

Как член партии «Нур Отан» я действую в рамках партийной доктрины. Так, согласно седьмой цели программы развития партии до 2030 года «Общество благополучия: 10 целей десятилетия», государство должно действовать в интересах граждан, эта цель кроме прочего подразумевает и модернизацию работы госаппарата, и снижение уровня коррупции в нашей стране.

В свете изложенного, считаю, что действия Консерватории не просто носят дискриминирующий характер, но и противоречат государственной политике, направленной на противодействие коррупции, на обеспечение законности и транспарантности государственных расходов.

Кроме того, действия Консерватории привели к невозможности выполнения мной профессиональной деятельности по исполнению должностных полномочий.

Так, изменения, которые были внесены в организационную структуру Консерватории в августе 2018 года подразумевали изменение именно той должности, которую до своего незаконного увольнения занимала я.

Обращаю внимание Суда на тот факт, что в соответствии с указанными изменениями из-под кураторства проректора по административно-хозяйственной работе были выведены именно те структуры, которые осуществляют использование средств республиканского бюджета: бухгалтерия и отдел государственных закупок. То есть меня, человека, который с риском для своей жизни и здоровья, выявил и довел до суда многомиллионные хищения (их сумма согласно приговора Суда составила 127 млн.тенге), фактически отстранили от процедуры освоения средств бюджета.

Кроме того, информация о бюджете Консерватории оказалась закрытой от меня. Так, 21.01.2019 г. служебной запиской № 04 я запросила у Консерватории копии некоторых служебных документов, в том числе бюджет организации, однако 28.01.2019 года своей служебной запиской № 01 руководитель отдела по работе с персоналом Сыдыкова А.С. сообщила мне о том, что согласно моей должностной инструкции информация по бюджету Консерватории не может быть предоставлена.

Как кроме дискриминации и препятствования в исполнении мной должностных полномочий можно расценивать ситуацию, когда мне, заместителю первого руководителя государственного учреждения, отказывают в предоставлении информации о бюджете?

Не ограничившись не допуском меня к информации о бюджете, сотрудники Консерватории отказали мне и в предоставлении копии Устава организации, усложнив таким образом исполнение мной должностных обязанностей, поскольку Устав является основным документом государственного учреждения.

Так, в своей записке от 14.08.2019 г. № 51 О.Тлегенова сообщила о том, что согласно Соглашения о неразглашении конфиденциальной информации, работникам Консерватории запрещено предоставлять внутренние документы, относящиеся к деятельности Консерватории без визы первого руководителя.

Кроме того, превышая свои полномочия, О.Тлегенова попросила меня разъяснить, с какой именно производственной необходимостью я запрашиваю Устав Консерватории.

К моему исковому заявлению о дискриминации и нарушении норм трудового законодательства, допущенных Консерваторией по отношению ко мне, приложены копии служебных записок, которые я писала ректору Консерватории и в которых просила представить меня коллективу, озвучить мне фронт работы, требовала соблюдения норм Трудового кодекса. Все эти служебные записки были проигнорированы ректором.

Также к моему исковому заявлению приложены копии моих служебных записок, которые направлялись мной в адрес структурных подразделений Консерватории и в которых я запрашивала информацию, касающуюся производственной деятельности. Эти запросы были также проигнорированы.

Обращаю внимание суда на тот факт, что в Отзыве на мое исковое заявление Консерватория не привела ни одного аргумента, опровергающего изложенные в моем исковом заявлении факты.

Высказанные в Отзыве на мое исковое заявление доводы Консерватории о том, что я должна была самостоятельно, исходя из своих должностных обязанностей, ставить себе задачу считаю несостоятельными, поскольку, во-первых, в соответствии с п. 39 Устава органом государственного управления Консерватории как юридического лица является ее Ректор, таким образом, именно Ректор должен ставить задачи своим подчиненным, коим, безусловно является его заместитель – проректор.

Во-вторых, планирование работы проректора немыслимо и невозможно без ознакомления с текущей ситуацией, поскольку в соответствии с теорией управления, планированию всегда предшествует анализ. Не владея информацией о реальном положении дел, ни один руководящий работник не в состоянии составить объективный план своих действий.

В-третьих, вопреки требованиям ст.45 Устава Консерватории я не была введена в состав Ученого совета, кроме того, я не была включена в состав Ректората, тем самым я была исключена как из процесса управления, так из процесса принятия управленческих решений.

В-четвертых, на курируемые мной в соответствии с утвержденной в 2018 году организационной структурой, структурные подразделения возложены функции по обеспечению административно-хозяйственной деятельности Консерватории, а это весьма широкий функционал, включающий себя приобретение хозяйственного инвентаря, компьютерной техники, обеспечение противопожарной безопасности, содержание вверенного госучреждению имущества в надлежащем состоянии и т.д. Каким образом, не будучи включенной ни в процесс планирования расходов вверенных мне де-юро подразделений, ни в составы конкурсных комиссий по государственным закупкам, ни в производственные процессы я должна была выполнять свои функциональные обязанности?

Этот вопрос остался без ответа, я не получила никаких разъяснений ни от первого руководителя Консерватории, ни от членов Согласительной комиссии, которая рассматривала поданные мной в ее адрес заявления о нарушении моих прав работника.

Кроме того, как я упоминала в своем исковом заявлении, сотрудники тех подразделений Консерватории, кураторство над которыми было возложено на меня, фактически игнорировали мои попытки взять на себя руководство их работой.

Более того, как руководитель я не получила никаких рычагов ни по оценке деятельности, ни по мотивации сотрудников вверенных мне структурных подразделений, ибо это кураторство осталось лишь на бумаге, то есть состоялось лишь де-юро.

Так, например, отдел по работе с персоналом, бухгалтерия и ректор Консерватории принимали табели учета рабочего времени к оплате без моей подписи. То есть я, как курирующий проректор, никаким образом не могла контролировать даже присутствие либо отсутствие сотрудников на рабочем месте, не говоря уже об оценке эффективности их работы

Предпринятая мною попытка ознакомиться с личными делами сотрудников вверенных мне в соответствии с организационной структурой подразделений, закончилась тем, что мне запретили доступ к личным делам после того, как я обнаружила несоответствие одного из сотрудников квалификационным требованиям, предъявляемым к занимаемой им должности.

Об обнаружении указанных несоответствий я сообщила ректору Консерватории в служебной записке от 29.01.2019 года № 09. Однако, никакой реакции со стороны ректора не последовало.

В своем Отзыве на мое исковое заявление Консерватория задается вопросами: «Почему Копбаева Б.Т. не сообщила о выявленных, по ее мнению, нарушениях первому руководителю, а поспешила сообщить об этом на своей личной страничке в социальной сети подписчикам, почему заявитель документально не зафиксировала факт нарушений, не ввела в курс ректора и не потребовала поручений по немедленному устранению и разрешению обстоятельств в создавшейся ситуации».

Однако, представитель Ответчика либо не владеет объективной информацией, либо невнимательно ознакомился с документами, приложенными мной к исковому заявлению. Так, к своему исковому заявлению я приложила копию служебной записки № 05 от 22.01.2019 года, в которой сообщала о том, что 21.01.2019 года мной совместно с руководителем службы по эксплуатации зданий Каныбековым К.О. и другими сотрудниками Консерватории были осмотрены учебные корпуса, Большой органный зал и студенческое общежитие. В ходе осмотра мной был обнаружен целый ряд различных нарушений, все они были перечислены в упомянутой служебной записке, резюмируя которую я просила ректора Консерватории принять соответствующие меры. Кроме того, к служебной записке мной были приложены объяснительные записки некоторых сотрудников Консерватории. Никакого ответа от ректора не последовало, никаких мер предпринято не было. Таким образом, данные аргументы Консерватории не соответствуют действительности.

Что касается моих публикаций в социальных сетях, то я, как любой гражданин Казахстана, имею гарантированное Конституцией право на свободу слова. Кроме того, Консерватория ни разу не потребовала от меня опровержения размещенных на моей странице публикаций, точно также как она ни разу не обратилась в судебные органы с целью привлечения меня к ответственности за размещение информации, не соответствующей действительности. Консерватория не делает этого потому, что знает - все факты, которые я излагаю, правдивы.

Примеров того, как руководство и сотрудники Консерватории дискриминировали мои права работника, как оно, игнорируя требования норм трудового законодательства, фактически не допустило меня к исполнению моих служебных обязанностей, множество и все они перечислены в своем исковом заявлении, кроме того, к моему исковому заявлению приложены подтверждающие мои слова служебные записки.

Консерватория же в свою очередь не привела ни одного аргумента, который опровергал бы факты, изложенные в моем исковом заявлении. Так, до сегодняшнего дня Ответчиком не было предъявлено ни одного протокола совещания, в котором бы я принимала участие, не были озвучены причины моего не включения в состав Ученого совета и Ректората, не были предоставлены копии поручений, которые были даны мне ректором Консерватории.

Дискриминацией моих прав считаю и тот факт, что в течение года я ни разу не была премирована, тогда как сотрудники Консерватории регулярно получали премии к государственным праздникам, к международному женскому дню 8 марта и к Новому году.

Еще один аргумент, к которому Консерватория апеллирует, опровергая мои доводы о допущенной в отношении меня дискриминации и нарушении в отношении меня норм трудового законодательства - это произошедшая на их взгляд смена работодателя и утрата юридической силы трудового договора, который в апреле 2017 года заключен между мной и Консерваторией. Этими же аргументами и Консерватория, и Министерство объясняет мое увольнение.

Так, в Отзыве на мое исковое заявление Ответчики пишут, что «Трудовой договор № 15 от 29.04.2017 года, заключенный между истцом и Консерваторией, утратил юридическую силу ввиду изменения одной из сторон Договора (работодателя)».

Однако, внимательное изучение представленного Отзыва, его правовой анализ дают большую почву для сомнений в достоверности приведенных в нем фактов.

Так, например, Ответчики заявляют: «4 января 2019 года приказом Министерства (№ 2 ж/к) Копбаева Б.Т. была переутверждена на должность проректора по административно-хозяйственной работе.

Процедура переутверждения подразумевает продление полномочий действующего должностного лица и, таким образом, своим приказом Министерство культуры и спорта лишь подтвердило свое намерение видеть меня в должности проректора Консерватории по административно-хозяйственной работе, ни о какой смене работодателя речи не шло.

Кроме того, в качестве оснований к приказу от 04.01.2019 г. № 2 ж/к Министерство культуры и спорта указывает: письма ректора Консерватории Жудебаева А. от 25.12.2018 года, служебные записки службы по работе с персоналом Министерства культуры и спорта, а также трудовые договоры. Согласно ст.34 ТК РК, прием на работу оформляется актом работодателя, издаваемым на основании заключенного трудового договора.

Однако на момент подписания приказа Министерства культуры и спорта от 04.01.2019 года № 2 ж/к между мной и Консерваторией был заключен лишь один трудовой договор от 29.04.2017 года № 15, следует сделать вывод о том, что Министерство посчитало его достаточным основанием для моего переназначения в должности проректора по административно-хозяйственной работе, в противном случае, оно должно было настоять на расторжении трудового договора от 29.04.2017 года № 15 и предложить мне заключить новый трудовой договор.

Вместе с тем, ст.52 Трудового Кодекса РК четко определены основания для расторжения трудового договора по инициативе работодателя. Внесение изменений в Устав Консерватории, подразумевающих назначение проректоров Консерватории приказом Министерства культуры и спорта, не подпадает ни под один из пунктов ст.52 Трудового кодекса РК.

Кроме того, в соответствии со ст.53 Трудового кодекса Республики Казахстан работодатель при расторжении трудового договор обязан письменно уведомить работника о расторжении трудового договора не менее чем за один месяц, если в трудовом, коллективном договорах не предусмотрен более длительный срок уведомления. Однако, Консерватория ни письменно, ни устно не уведомляла меня о своем намерении расторгнуть со мной трудовой договор.

Одновременно с этим, в соответствии п.3 ст.10 Трудового кодекса РК условия соглашений, коллективных, трудовых договоров не могут быть изменены в одностороннем порядке.

Кроме того, в соответствии с пп.39) п.1 ст.1 ТК РК работодатель – физическое или юридическое лицо, с которым работник состоит в трудовых отношениях.

В соответствии с пп.21) п.1 ст.1 ТК РК трудовые отношения – отношения между работником и работодателем, возникающие при осуществлении прав и обязанностей, предусмотренных трудовым законодательством РК, соглашениями, трудовым, коллективным договорами и актами работодателя.

В соответствии с пп.36) п.1 ст.1 ТК РК трудовой договор – письменное соглашение между работником и работодателем, в соответствии с которым работник обязуется лично выполнять определенную работу (трудовую функцию), соблюдать трудовой распорядок, а работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные Трудовым кодексом, законами Республики Казахстан, коллективным договором, актами работодателя, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату.

В соответствии с пп.21) п.1 ст.1 трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом РК, за исключением случаев, установленных законами Республики Казахстан.

На основании вышеуказанных норм Трудового Кодекса РК, моим единственным работодателем в соответствии с договором от 29.04.2017 года № 15 является Консерватория и никаких оснований для смены работодателя не имеется.

Более того, вопреки своим заявлениям о том, что в соответствии с внесенными в Устав Консерватории в марте 2018 года изменениями, в отношении меня произошла смена работодателя, в период с ноября 2018 года по декабрь 2020 Консерватория выплачивала мне заработную плату, подтверждая тем самым свой статус работодателя по отношении ко мне.

Одновременно с этим, в соответствии приказом и.о. Министра культуры и спорта Республики Казахстан от 31 декабря 2015 года № 419, зарегистрированным в Министерстве юстиции Республики Казахстан 23 февраля 2016 года № 13179 «Об утверждении Реестра должностей гражданских служащих в сферах культуры, образования в области культуры, развития языков, архивного дела и документационного обеспечения управления, физической культуры и спорта» должность проректора по административно-хозяйственной работе включена в Реестр должностей гражданских служащих в сфере культуры, образования в области культуры.

Согласно ст.11 ТК РК Штатное расписание, утвержденное приказом Ректора (являющееся неотъемлемой частью коллективного договора), является актом работодателя и в нем отражена занимаемая мною должность проректора по административно-хозяйственной работе.

В течение 2017-2019 годов заработную плату мне выплачивала Консерватория.

Таким образом, я являюсь гражданским служащим, так как занимаю оплачиваемую Консерваторией штатную должность в государственном учреждении, а это значит, что именно Консерватория является моим работодателем.

Одновременно с этим, отмечаю, что изменения в Устав Консерватории, подразумевающие изменение процедуры назначения проректоров, были внесены Министерством культуры и спорта в феврале 2018 года в одностороннем порядке. На момент внесения указанных изменений, я работала в Консерватории и ответственно заявляю о том, что никаких устных либо письменных распоряжений о необходимости перезаключения трудовых договоров с проректорами Консерватории, а также о произошедшей в этой связи смене работодателя Министерство культуры и спорта не давало, таким образом мне непонятно, на каком основании Министерство решило заключить с проректорами Консерватории трудовые договоры не сразу после внесения изменений в Устав Консерватории, а лишь в 2019 году?

Более того, с момента внесения вышеназванных изменений в Устав Консерватории Министерством не были разработаны и доведены до подведомственных учреждений ведомственные нормативные документы, регламентирующие порядок назначения и освобождения от должности проректоров Консерватории, ровно как до Консерватории не были доведены какие-либо нормативные документы МКС, регламентирующие процедуру заключения, либо перезаключения трудовых договоров с проректорами.

Считаю, что Министерство не провело достаточной работы для того, чтобы урегулировать вопросы назначения и освобождения от должности проректоров Консерватории, тогда как в соответствии с п.16.132 Положения о Министерстве культуры и спорта РК, утвержденного постановлением Правительства РК от 12.09.2014 г. № 1003 (далее – Положение) Министерство по согласованию с уполномоченным органом в области образования разрабатывает и утверждает правила деятельности организаций образования в области культуры.

В то же время, в соответствии с п.18.3 Положения, Министерство культуры и спорта обязано соблюдать законодательство Республики Казахстан.

Таким образом, считаю, что Министерство культуры и спорта РК не только не приняло соответствующих и адекватных мер по урегулированию вопроса назначения проректоров Консерватории, но его действия привели к нарушению законодательства Республики Казахстан о труде.

Кроме того, в представленном Ответчиком в ходе судебного заседания штатном расписании РГУ «Казахская национальная Консерватория им.Курмангазы», утвержденном и.о. Ответственного секретаря Министерства культуры и спорта РК К.Сеитовой и согласованном с министром культуры и спорта РК А.Раимкуловой (без номера и без даты), с июня 2019 года в штате Консерватории должность проректора по административно-хозяйственной работе отнесена к категории А1-1-1.

Из предоставленных Ответчиком расчетных листов следует, что заработная плата начислялась мне исходя из категории А1-1-1.

Кроме того, в соответствии в штатном расписании Консерватории коэффициент для начисления должностного оклада, применяемый при расчете заработной платы проректора по административно-хозяйственной работе при стаже 16-20 лет, указан – 7,1.

Однако в соответствии с приказом и.о. Министра культуры и спорта Республики Казахстан от 31 декабря 2015 года № 419, зарегистрированном в Министерстве юстиции Республики Казахстан 23 февраля 2016 года № 13179 «Об утверждении Реестра должностей гражданских служащих в сферах культуры, образования в области культуры, развития языков, архивного дела и документационного обеспечения управления, физической культуры и спорта» (далее – Реестр) категория А1-1-1 присваивается Заместителю руководителя ГУ и ГКП республиканского значения, тогда как в соответствии с указанным Реестром заместитель руководителя по административно-хозяйственным вопросам в ГУ и ГКП республиканского значения должен быть отнесен к категории А1-4.

Кроме того, коэффициенты, применяемые при расчете должностных окладов гражданских служащих, урегулированы постановлением Правительства РК от 31 декабря 2015 года № 1193 «О системе оплаты труда гражданских служащих, работников организаций, содержащихся за счет средств государственного бюджета, работников казенных предприятий». Утвержденный штатным расписанием коэффициент, применяемый при расчете заработной платы проректора по административно-хозяйственной работе при стаже от 16 до 20 лет также соответствует категории А1-1-1.

Таким образом, обращаю внимание Суда на тот факт, что Министерство культуры и спорта РК, согласовывая и утверждая штатное расписание Консерватории нарушило требования своего собственного приказа от 31 декабря 2015 года № 419, а также нормы постановления Правительства РК от 31 декабря 2015 года № 1193.

Кроме того, сообщаю, что я не была ознакомлена с протоколом по определению моего стажа работы. Указанный в штатном расписании стаж, на мой взгляд, не соответствует действительности, на основании чего прошу Ответчика ознакомить меня с протоколом по определению стажа моей работы с тем, чтобы я могла быть уверена в объективности расчетов выплаченной мне заработной платы.

Одновременно с этим, считаю, что Ответчики должны привести штатное расписание Консерватории в соответствие с нормативными документами.

На основании изложенного, обращаю внимание Суда на низкое качество документов, утверждаемых Министерством культуры и спорта, которое, на мой взгляд, систематически приводит к возникновению трудовых споров.

Я уже в третий раз вынуждена обращаться в Суд, отвлекая тем самым ресурсы государства на вопросы, которые, при строгом соблюдении норм действующего законодательства, могли бы не возникать в принципе.

Кроме того, в своем письме от 19.03.2019 года № 08-02-11/67//ЖТ-К-2013 Министерство культуры сообщило мне о том, что в соответствии с пунктом 2 статьи 45 Трудового кодекса РК изменение наименования должности (работы) работника, структурного подразделения, изменение структуры управления, не влекущие для работника изменения условий труда, могут осуществляться работодателем без согласия работника. В связи с чем Министерство считает, что поскольку мои функциональные обязанности не претерпели изменений, 5 ноября 2018 года ректором Консерватории издан приказ о моем восстановлении в должности.

Таким образом, в своем письме от 19.03.2019 года министерство признает Консерваторию моим работодателем, тогда как сейчас, в ходе судебных заседаний оно утверждает обратное.

На основании изложенного прошу, к доводам сторон Ответчика отнестись критически и удовлетворить все заявленные мною исковые требования в полном объеме».

---

Source: [https://yvision.kz/post/dazhe-dyavol-dolzhen-byt-vyslushan-v-sude-856758](https://yvision.kz/post/dazhe-dyavol-dolzhen-byt-vyslushan-v-sude-856758)