«Водитель мисс Дейзи»: Адам Драйвер берет интервью у Дэйзи Ридли

Clair-de-la-Lune 2017 M11 5
835
2
8
0

Перевод интервью, взятого Адамом Драйвером у Дейзи Ридли в преддверии выхода фильмов "Убийство в Восточном экспрессе" и "Звездные войны: Последние джедаи".

Перевод интервью, взятого Адамом Драйвером у Дейзи Ридли для журнала V, в преддверии выхода фильмов "Убийство в Восточном экспрессе" и "Звездные войны: Последние джедаи".

«Я понятия не имела, что меня ждет. Не имела ни малейшего представления о том, что будет дальше», - признается Дэйзи Ридли о своей самой первой главной роли  - Рей в фильме «Звездные Войны: Пробуждение Силы». В настоящее время Дейзи находится на съемках «Поступи Хаоса», научно-фантастического фильма совместно с Томом Холландом, в одном из лесов в нескольких часах езды от Монреаля. Однако именно выходящие в этом декабре «Звездные Войны: Последние джедаи» приковывают к актрисе все внимание публики. «Пробуждение Силы» стало первым фильмом со времен «Титаника», продавшим более 100 млн билетов только в США. Не совсем типично, когда самый первый, «прорывной» для молодой актрисы фильм бьет рекорд домашних сборов за первый уик-энд, достигая 238 млн долларов – однако и саму Ридли никак не назвать «типичной».

Став лицом почти 10 миллиардной франшизы, Ридли ознаменовала собой новую эпоху в истории «Звездных Войн». После смерти Кэрри Фишер в прошлом году, персонаж Ридли становится новым символом сильной героини в далекой-далекой галактике. Однако отдаленная галактика будет не единственной экранной локацией актрисы в этом сезоне. В ноябре Дэйзи появится вместе с Джонни Деппом и прочим звездным кастом в «Убийстве в Восточном экпрессе» Кеннета Бранны. Детективная история рассказывает о 13 пассажирах, сыгранных актерами вроде Пенелопы Круз, Джуди Денч и Уильяма Дефо, оказавшимися в роскошном поезде, на котором скрывается убийца. Помимо работы в блокбастерах, Ридли также спродюсировала и озвучила документальный фильм «Охотница с орлом», который рассказывает о девочке-подростке в горах Монголии, ставшей первой женщиной в этом виде спорта за всю его 2000-летнюю историю.

Перед релизом «Последних Джедаев», Ридли поговорила со своим коллегой по «Звездным Войнам» (и «одним из самых любимых друзей»), Адамом Драйвером.

Примечание: перевод выполнен лично мной. Стиль и манера речи актеров по возможности сохранены. Также следует отметить, что Дейзи Ридли в разговоре между делом частенько прибегает к крепким выражениям, которые были смягчены либо заменены на близкие по смыслу - однако некоторые вульгаризмы все же присутствуют. Так что, присутствует грубая лексика.

Дэйзи Ридли: Привет, Адам, давно не виделись.

Адам Драйвер: Привет, Дейзи, как ты? Когда я видел тебя в последний раз?

ДР: Уже и не помню, потому что ты не ходишь на все веселые мероприятия, которые посещаю я (смеется). В прошлом июле? Считай, больше года назад!

АД: Да, наверное. Я сейчас куда выше ростом.

ДР (смеется): Как изменилась твоя жизнь за это время?

АД: О, только в мелочах. Так, где ты сейчас?

ДР: Я в Канаде, в двух часах езды от Монреаля, в этих жутковатых лесах. Кажется, будто вот-вот кто-нибудь заявится, дабы убить нас в одной из хижин. Мы снимаем фильм, «Поступь хаоса», с Дагом Лайманом, Томом Холландом и Демианом Биширом. Это офигительно круто.

АД: Вы, ребята, уже были знакомы раньше? Или просто на ходу «запрыгнули» в этот проект?

ДР: Я пару раз встречалась с Томом Холландом – очень быстро, буквально секунд на 30, и один раз с Дагом Лайманом, мы тогда немного поговорили. Но, на самом деле, весь проект стартовал очень быстро.

АД: В таком случае, тебе сложно только знакомиться с людьми – и сразу же начинать с ними работать? Или тебе так нравится?

ДР (смеется): Ну, как мы уже выяснили, Адам, мы стали друзьями в прошлом году, хотя знали друг друга вот уже несколько лет. Мне требуется определенное время, чтобы привыкнуть к людям и расслабиться рядом с ними. Не думаю, что хорошо умею взаимодействовать при знакомстве: я чувствую себя ужасно неловко. Так что, для меня знакомство с новыми людьми – это всегда очень большой стресс. Но со временем становится легче – думаю, я начинаю к относиться к этому более спокойно, понимаешь о чем я?

АД: Да, ты всегда кажешься очень открытой, но я чувствую себя также, как и ты. Когда я знакомлюсь с людьми, то не знаю, как вести легкую беседу, так что обычно это пара незначащих вопросов, вроде: «Привет, как поживаете? Как вам погода?»; а потом, пять секунд спустя, у меня вырывается что-нибудь вроде: «Так, как у вас складываются отношения с вашей матерью?». Я быстро перехожу на более глубокие темы.

ДР (смеется): Думаю, у тебя это отлично получается.

АД: О, спасибо! Так, теперь насчет «Звездных Войн»: если бы Рей была цветом… Шучу. 
ДР (смеется) : О Боже, только не это!

АД: Каким был твой первый разговор с Джей Джеем насчет твоего персонажа? Ты знала, что героиню зовут Рей?

ДР: Нет, вовсе нет – он говорил мне, что ее будут звать Кира. А потом, когда мы уже снимали в Абу-Даби, он сказал мне, что все же думает назвать ее Рей – что, по моему мнению, было куда круче. Но, поскольку мне пришлось пройти через множество проб и всего прочего, у меня не было возможности всерьез поговорить с Джей Джеем о персонаже, пока я не прочла сценарий. Так что, я понятия не имела, что меня ждет. Не имела ни малейшего представления о том, что произойдет, и что будет после. Я еще ни разу не снималась в полнометражном фильме, для меня все было в новинку. В первый раз все происходящее казалось просто безумием: даже если мы что-то и обсуждали до, ничего из сказанного на тот момент не имело смысла. Все становилось ясно по ходу процесса.

АД: Согласен. То есть, когда ты впервые пробовалась на роль, ты действовала на некотором первоначальном импульсе, что оказалось верным решением.

ДР: Да. То есть, конечно, что-то тогда говорилось, но это не был по-настоящему глубокий разговор о развитии персонажа, или о том, что произойдет в фильме, или кто с кем в каких отношениях. Когда я проходила пробы, даже «сторон» еще никаких не было – было неясно, какой персонаж на чьей стороне. И, конечно, с Райаном (прим.: Джонсоном) все было немного иначе, потому что у разных людей разное мнение о том, чем эта история является, и какова ее траектория.

АД: Я всегда восхищался людьми, которые очень вдумчиво относятся ко всему, что делают, не «трясутся» над какими-то определенными вещами, а после работы могут спокойно отложить ее и пойти заниматься другими делами. Ты из тех, кто продолжает снова и снова «проигрывать» все в своей голове, или из тех, кто может закончить работу и уйти?

ДР: Хм, думаю, обычно я могу отложить работу и забыть о ней – я не сижу, обдумывая все снова и снова. Осмысливаю я все еще до начала. Я несколько завидую людям вроде тебя – у которых есть некий процесс, который они выполняют, чтобы почувствовать связь с персонажем. Это позволяет тебе осознавать, что ты делаешь. В большинстве случаев я чувствую себя новичком, потому что понятия не имею, что делаю. Да, я могу сделать свою работу и забыть о ней, а потом лежу ночью и думаю: «Боже, что за д...мо я там делала?»

АД: Ага, именно. Вот потому после ты не можешь заставить себя смотреть, что получилось, потому что только лишний раз напоминаешь себе о том, как это было плохо … - это я о себе, не о тебе. Я всегда думаю что-нибудь вроде «там можно было все сделать совсем по-другому».

ДР: Первые несколько раз, когда я смотрела фильм («Пробуждение Силы») – потому что нам приходилось смотреть его не один раз, - я сидела и думала: «Это, мать его, ужасно. Поверить не могу, что люди все еще это смотрят». Мне было безумно стыдно.

АД (смеется): Но ты всегда смотришь на все под микроскопом. Поверь мне, все было прекрасно. Значит, «Звездые Войны» действительно были твоим первым фильмом? «Убийство в Восточном экспрессе» было сразу после «Пробуждения Силы»?

ДР: Да и да. Не знаю, как это для тебя, потому что ты работал во множестве проектов с совершенно разным потенциалом, но почему-то для меня – полагаю, из-за того, что я начала сразу с крупного проекта, – все не казалось таким уж «большим делом». Все были так дружелюбны, весь проект казался куда меньше, чем я ожидала. С «Экспрессом» все было также. Технически, это крупный студийный фильм, но внутри он казался очень личным – и чудесным. А потом я сделала фильм с очень маленькой студией. Но во всех трех случаях, какой бы масштабной или маленькой не была история – это лишь история, не реальность. И это всего лишь фильм: у людей вокруг есть своя работа, свои собственные дела и заботы. Так что, для меня от проекта к проекту разница не столь уж велика. Но, возможно, у меня просто пока недостаточно опыта, чтобы понимать ее.

АД: Нет. Мне часто кажется, что почти все актеры, с которыми работаю, старше и опытнее меня - и это одновременно хорошо и плохо, потому что, в некотором смысле, ты всегда чувствуешь себя новичком. Всякий раз это: «Ладно, кажется, понимаю, что здесь нужно сделать», а затем все вновь летит в тартарары. А потом все вдруг заканчивается.

ДР: Именно. И когда проект заканчивается, если что-то давалось непросто, ты думаешь: «Боже, как же это тяжело!». А потом, спустя время, тебе кажется, что все было не так уж и сложно. «Мы же просто притворяемся – почему я так переживала из-за всего этого?» Мне невероятно повезло, что этак 99% людей, с которыми я работала, были просто замечательными.

АД: Да, какая прекрасная команда. То есть, Кеннет Брана – он невероятен. Ты была поклонницей его фильмов, или актерских работ, или, может, видела его в театре?

ДР: Думаю, в тот год я смотрела две его постановки, а потом получила приглашение на прослушивание, и моей реакцией было: «Вот же ж ...!». Мне пришлось лететь из Лос-Анджелеса, из-за смены часовых поясов я чувствовала себя просто омерзительно. И, опять-таки, после я думала, что ни за что не получу эту роль. Когда мне рассказали о занятых в проекте актерах, я не могла поверить в то, с кем буду работать. И уже после весь этот опыт казался невероятным. Каждый актер, каждый участник съемочной группы были просто фантастическими.

АД: Мне всегда было интересно, как срабатывается такой большой актерский состав, когда кажется, что все персонажи присутствуют в каждой сцене, постоянно. Похоже, что может получиться и так, и так. Как в старых фильмах Роберта Олтмена - в «Нэшвилле», например, где так много героев и актеров - и каждый с собственным методом работы, общее взаимодействие может обернуться кошмаром. Но если уж все получается…

ДР: Да, думаю не будет преувеличением сказать, что все чувствовали, что работа идет идеально - фильм «складывается». Кроме того, Кен много работал в театре как режиссер и умеет «направлять» действие в нужном направлении, когда на одной сцене находится множество героев одновременно. Так что, в этом смысле это никогда не ощущалось как «жонглирование» персонажами – все взаимодействовали друг с другом. Конечно, что-то было спланировано заранее, а что-то просто удачно сложилось.

АД: Верно. Так, я хотел поговорить о стольких вещах… «Охотница на орлов» - как это произошло?

ДР: Удивительное стечение обстоятельств, времени и удачи. Я озвучивая там совсем немного, лишь малую часть – я не была вовлечена в весь процесс, и потому только лишь рассказываю всем о том, какой это невероятный фильм, и это чистая правда. Когда я его смотрела, я рыдала. Это прекрасно. Для режиссера (Отто Белла) это был поистине проект мечты: он вложил в него все свои сбережения, все силы, чтобы сделать этот фильм – и история прекрасна. Чего они смогли добиться в столь ограниченных условиях, находясь в Монголии, и то, что это его первый опыт режиссуры полнометражного фильма – все это просто невероятно.

АД: Учитывая разнообразие проектов, в которых ты участвовала – от озвучивания и промоутирования совсем маленького фильма, до двух больших студийных проектов, и теперь еще и «Поступи хаоса», есть ли что-то, чему ты отдаешь предпочтение? Люди постоянно задают мне этот вопрос, и он всегда меня раздражает – но, сказать по правде, меня раздражают многие вещи. Есть какой-то план, которому ты следуешь? Или ты просто думаешь «я здесь, и вот эти вещи мне интересны», а потом просто следуешь за тем, что тебя увлекает?

ДР: Моя первая главная роль была нелепо-восхитительной – для первого фильма, да и для кино вообще. У меня прекрасный агент. Я чувствую себя чертовски везучей. Я верю, что всему свое время. У меня не было запланировано никаких проектов после «Звездных войн», и я думала: «Боже, а я-то думала, что моя жизнь теперь будет куда более загруженной». У меня была пара недель перерыва, а потом появился «Экспресс», так что это было просто идеально. Потом я довольно легко смогла попасть в два проекта, в которых мне очень хотелось сняться. Я думала, что по времени у меня не получится сделать оба – но все вышло как надо. У меня нет плана. Есть вещи, которые мне бы хотелось сделать, но пока я слишком боюсь: мне очень хочется сыграть на сцене, в пьесе. К тому же, мне кажется, я пока с трудом справляюсь с кино. Но, в конце концов, я это сделаю. Нет никакого плана. По большей части, я просто «плыву по течению».

АД: Это называется «позволить хаосу нести тебя».

ДР: Именно. А у тебя есть план, Адам?

АД: Нет, у меня тоже самое. Есть вещи, которые ты хочешь сделать, но еще есть и реальность. Можно хотеть работать со всеми – или только над какими-то определенными вещами – столько, сколько тебе угодно. Но если ничего не происходит, или у тебя нет возможности – здесь я полностью с тобой согласен: это только вопрос удачи. Но думаю, что твои личные качества, рабочая этика и лицо очень тесно с этим связаны (смеется). Я получаю множество однотипных ролей этаких «квазимодо», которые мне приходится отвергать, либо выбирать только одну. Я бы с удовольствием посмотрел на тебя в театральной пьесе. Есть какая-то, в которой тебе бы хотелось сыграть?

ДР: Когда мы уже заканчивали съемки «Экспресса», мы с Пенелопой снимали совместную сцену, и Кен упомянул «Дом Бернарда Альбы» (прим. пер.: пьеса Ф.Г. Лорки). Я тогда подумала: «Было бы здорово - и очень страшно». То есть, буквально. Моя боязнь сцены, даже на съемочной площадке, так велика, что меня буквально парализует сама мысль об этом. Я сегодня разговаривала с Дэмианом, с которым мы работаем над фильмом, и он сказал мне на этот счет: «Знаешь, это должно быть нечто такое, что ты очень сильно любишь». Потому что все прочее в этой идее приводит меня в ужас. Произносить одни и те же реплики спектакль за спектаклем каждый вечер, люди будут приходить, чтобы увидеть тебя и ожидать чего-то. Это так сильно отличается от всего, что мне знакомо. Но, в конце концов, мне бы хотелось сыграть что-то из Шекспира.

АД: Есть ли какой-то отдельный аспект работы в «Звездных Войнах» - это может быть все что угодно, драки на световых мечах, путешествия, еда на съемочной площадке, возможность видеть меня каждый день и укладывать мои волосы, - который является для тебя самым любимым?

ДР: Не знаю, задумывалась ли я когда-либо над этим всерьез. Мне нравится приходить в трейлер с гримерной - все уже сидят там, ты говоришь «доброе утро», обнимаешься со всеми. Мне нравится сама эта структура – возможность быть частью чего-то каждый день. Когда мы готовились к съемкам второго фильма ("Последние джедаи"), все казалось таким странным, потому что в моем понимании это были два совершенно не связанных друг с другом проекта. Мне казалось, что я уже так далеко от этого. Когда вышел первый фильм, у меня голова шла кругом. Было странно возвращаться в этот мир - и в тоже время все было таким знакомым и уютным. После первого фильма мне казалось, что я вдруг оказалась на всеобщем обозрении – ужасно непривычно. Но потом ты вновь возвращаешься к работе, и ты – это всего лишь ты, ничего особенного. Ты делаешь свою работу, все остальные делают свою. И это - то, что я есть. Мне нравится ощущать себя частью чего-то целого. Работая над фильмом, ты всегда являешься частью. Подружиться с тобой – вот это было лучше всего.

АД: Это ложь, но мы обязательно ее упомянем.

ДР(смеется)

АД: Когда мы делали пресс-тур для первого фильма, в каждой стране, в которой мы оказывались, ты бегло осваивала любой язык буквально за пять секунд. Откуда это? Мы были в Южной Корее, в Японии – ну, в Лондоне ты тоже говорила довольно бегло. Но, казалось, куда бы мы ни отправились, ты хорошо говорила на местном языке. Что это? У тебя такие способности, или ты из тех, кто «мне достаточно чуть разобраться, и я уже в этом гениальна»?

ДР (смеясь): Давай не будем преувеличивать. Я научилась говорить «Да пребудет с вами Сила» и «Спасибо» на корейском и японском, и только.

АД: Я зубрил эту хрень часами.

ДР: Да, но ты работал весь год. Я же целый год просидела дома, не занимаясь абсолютно ничем, разве что убирала за своей собакой, которая очень старенькая, и потому ходит в туалет по всему дому (смеется). Так что в моей голове хватало места, чтобы это освоить. И я даже не преувеличиваю – год я абсолютно ничем не занималась. Я знаю только те две фразы на двух языках, и вот в этом фильме – поскольку все, кто работает здесь, франко-канадцы, или, во всяком случае, многие из них – я пытаюсь учить французский.

АД: Конечно, потому что хорошо говорить по французски - это ужасно.

ДР: Нет, потому что нет ничего хуже, чем спрашивать у всех «как будет это слово», а поскольку все заняты своей работой, они отвечают в духе: «Перестань, мать твою, меня донимать! Иди и найди франко-английский словарь!» (смеется)

АД: Ты помнишь тот раз, когда мы были в Японии, и я не видел, когда вы, ребят, приехали, но они подогнали машины прямо на ковровую дорожку? Вы вышли из машины, и они проецировали происходящее на такую гигантскую штуку, и вся пресса была в костюмах, типа принцессы Леи? Я помню, как уже собирался пойти на сцену, но они придумали эту декорацию, в духе бойз-бэндов, когда мы должны были одновременно оказаться на сцене, появившись прямо из нее. Но мы были слишком высокими для нее, так что нам пришлось присесть, когда платформа начала подниматься, и делать вид, будто мы на самом деле стоим? Ты помнишь, или это я просто рассказываю какую-то случайную историю?

ДР: Я помню.

АД: Да, так вот, там было четыре штурмовика слева от меня, и четыре справа от тебя, и ты, я, Джон Бойега, Джей Джей и десять штурмовиков сидели на корточках, ожидая, пока нажмут на кнопку, чтобы мы могли притвориться, как будто поднимается из-под земли. Тут не было вопроса, я просто хотел сказать: «Ты это помнишь?» (смеется)

ДР (смеясь): Я об этом забыла, но рада, что ты мне напомнил. Я помню, что нам очень долго пришлось неловко стоять на сцене. Я правда рада, что ты напомнил.

АД: Что ж, спасибо, Дейзи! Я считаю, ты - замечательная.

 

Оригинал статьи:

https://vmagazine.com/article/driving-miss-daisy/

 

Оцените пост

8