Форсированный провал

Айгуль Тулембаева 2010 M09 13
3587
9
1
0

Что мы умеем делать хорошо, так это придумывать красивые названия для программ. Чего только стоит «Государственная программа форсированного индустриально-инновационного развития» или «Сто школ – сто...

наука

Что мы умеем делать хорошо, так это придумывать красивые названия для программ. Чего только стоит «Государственная программа форсированного индустриально-инновационного развития» или «Сто школ – сто больниц». Такое ощущение, что чиновниками проводится конкурс на лучшее и креативное название государственной программы и выплачивается за это премия. Как говорится, как вы лодку назовёте, так и она поплывёт.

Однако, когда дело доходит до реализации, то никакая красота и креативность названия не помогают. Потому что за модными и амбициозными словами должны быть соответствующие дела, которые зачастую не могут оправдать столь высокое доверие в силу большого количества объективных и субъективных причин. В результате ФИИР превращается в обычную программу строительства нескольких промышленных и энергетических объектов, а «Сто школ – сто больниц» – в расхищение средств и острую нехватку этих самых школ, детсадов и медучреждений.

Почему так происходит? Наверное, потому, что мы чересчур увлекаемся красотой формы вместо содержания. Например, та же «Государственная программа форсированного индустриально-инновационного развития». В этом названии два слова точно являются лишними. Это «форсированная» и «инновационного». Тот факт, что первое слово лишнее, уже не требует объяснений. Прошел достаточный период времени, как о ней говорится с высоких трибун, а мы так и не поняли, где же форсированность.

Второе слово лишнее, потому что инновационности у нас не может быть по объективной причине отсутствия научного развития, как такового. Какие могут внедряться инновации, если ученые, призванные генерировать эти самые новые идеи, балансируют на грани выживания, а наука находится в низшей точке всех жизненных циклов одновременно: физическом, моральном и эмоциональном. Инновационные проекты без науки – это как поезд без тепловоза: вагонов много, а тащить их некому.

Именно из-за того, что чиновники снисходительно относятся к науке, в нашей стране не работает эффективно ни один прорывной проект с претензией на инновационность. Самый амбициозный из них – «Парк информационных технологий Alatau IT City» – так и не стал силиконовой долиной. Более того, вложенные огромные средства пока не дают никаких дивидендов, поскольку он абсолютно никем не востребован, несмотря на налаженную инфраструктуру и условия специальной экономической зоны. Народного компьютера как не было, так и нет, и, скорее всего, не будет. А собственные IT технологии пока получают развитие только на бумаге в государственных документах.

Наука же стремительно падает в пропасть, подняться из которой будет очень тяжело. Понадобится очень много времени и нужно будет приложить просто титанические усилия для того, чтобы вернуть уважение к ученым в обществе, привлечь талантливую молодежь к исследовательской работе, создать солидную материально-техническую базу и заставить поверить оставшихся ученых в себя. Надо отметить, что последнее является самым сложным. Учёные уже давно чувствуют себя ненужными государству, и данная тенденция только нарастает, несмотря на высокие слова чиновников о важности науки для экономики и страны. В результате средний возраст казахстанских ученых, которые занимаются настоящей наукой, а не отсиживают положенное время, приближается к пенсионному, потому что почти за двадцать лет независимости все талантливые и подающие надежды молодые люди стремились работать в доходных сферах экономики, где их таланты и знания оценивались по достоинству.

Мало кто понимает, что труд учёного – это самый тяжелый труд из всех известных. Это понимали в Советском Союзе, поскольку была жесткая целевая установка стать мировым научным лидером. Поэтому в то время учёные получали зарплату выше, чем высокопоставленные партийные чины, не говоря уже о производственниках и финансистах. Это понимают сейчас на Западе, и тамошние профессора являются наиболее уважаемыми людьми с соответствующим материальным обеспечением. К сожалению, отечественные чиновники этого недопонимают, может, потому, что сами все стали докторами и кандидатами наук, а поскольку это им далось, видимо, сравнительно легко, они не могут оценить всю тяжесть научного исследовательского процесса. А теперь еще новая беда – переход на западную модель послевузовского образования: магистратура – докторантура PhD. Уже не будет прежних классических докторских диссертаций, а ученая степень доктор наук постепенно вымрет вместе с ее обладателями. В результате заниматься наукой смогут только те, кто поступит в докторантуру PhD, отсидит три года за партой, сдаст десяток экзаменов и напишет диссертацию. Понятно, что это занятие только для молодых, поскольку люди постарше себе такого позволить не смогут. Кто же будет кормить их семьи, пока они будут три года учиться? Причем бесплатной учебы хватит лишь для избранных, ведь государственные гранты на получение столь дорогой академической степени весьма ограничены. А платить самим большинству просто не по карману. В итоге получение степени доктора PhD станет эксклюзивным, а наука потеряет своих немногочисленных оставшихся энтузиастов.

Подобное, по меньшей мере, странное отношение к науке имеет место потому, что никто не видит связи между развитием научного потенциала и экономикой. Как будто это два отдельных острова в океане, между которыми раз в квартал плавает почтовый корабль и доставляет письма. Кое-кто ошибочно полагает, что достойную замену отечественным учёным составят болашаковцы, амбициозные молодые люди, уважающие только западную образовательную модель. Но надо понимать, что высокообразованный человек и учёный – это не одно и то же. Каким бы человек ни был образованным, работая в производственной, финансовой или любой другой сфере экономики, он не может генерировать инновации, новые идеи и разработки. Он может только эффективно их внедрять и развивать дальше. Генерирование же происходит только в учёной среде, где люди полностью посвятили себя научному познанию, исследованию, созиданию инноваций.

Пока наука находится в плачевном состоянии, ни о каком инновационном развитии в полном смысле этого слова говорить не приходится. Соответственно и «Государственная программа форсированного индустриально-инновационного развития» по определению не сможет быть реализована.

 

Оцените пост

1

Комментарии

0
9 сентября 2010 опубликовали очередной отчет по конкурентоспособности. Мы упали с 67 на 72. С тех пор как объявили программу вхождения в Top-50 мы наоборот больше от нее отдаляемся.
0
потому что слова расходятся с делом, и только в одном случае не расходятся: когда говорят ФАС, людей "фасуют"
0
ага, но все же есть в Правительстве умы, но когда до исполнения доходит обычно на местном уровне все идет в русло рубилова бабла и показухи. А так у нас правительственный аппарат вполне дееспособный.
0
Никто не сомневается в их дееспособности, так как люди которые там уже чего-то стоят. вопрос совсем в другом, а именно в системном подходе.
0
а провал или как тут сказали отдаление по конкурентоспособности будет до тех пор, пока мы не искореним существующие некомпетентные и непрофессиональные кадры во всех отраслях экономики. Ведь главный фактор экономического роста, как известно, человеческий капитал, наращивать его надо и поднимать.
Показать комментарии