обо мне, написанное мной год назад

Malika Mukhamejan 2013 M10 30
286
0
0
0

Свою биографию правильнее было бы начать с детства, но воспоминания слишком сумбурные. Вот на меня мама надевает панаму и фотографирует на фоне цветка «чайное дерево», а вот я сижу у ворот своего...

Свою биографию правильнее было бы начать с детства, но воспоминания слишком сумбурные. Вот на меня мама надевает панаму и фотографирует на фоне цветка «чайное дерево», а вот я сижу у ворот своего дома и смотрю в узкую щель между забором и оградой, ожидая, когда кто-нибудь станет искать меня, ведь я обижена.

В детстве я часто хлопала дверью и убегала из дома, и представляла себе, как несколько дней буду скитаться где-нибудь, пока не стану кем-нибудь великим. Величие тогда казалось минутным делом.

Недалеко была большая горка, откуда прекрасно был виден мой дом, и я всегда поднималась на нее, чтобы в «последний» раз посмотреть на место, куда мне казалось, никогда не вернусь. Потом я ждала несколько минут, а вдруг сейчас из ворот выйдет мой отец на поиски. В конце концов, я подходила к дому все ближе и ближе, а потом оказывалась прямо у ворот и глядела в щель. Проходило еще минут 10, я заходила в дом, и все было как обычно.

Шу – это провинциальный город на юге Казахстана, где практически все работают либо на железной дороге, либо торгуют на базаре. И в этом маленьком городке, лежащим у реки, с одной достопримечательностью – железнодорожным вокзалом, я и провела 14 лет своей жизни.

Мой дом находился в довольно пустынном месте – всего пара-тройка домов рядом, та самая большая горка поодаль и 2 кладбища вдалеке – место, где рядом спокойно спали мусульмане и христиане. Друзей у меня не было – зато была любимая собака и большая библиотека, где была и русская, и казахская, и мировая литература. Они, книги, и стали моими первыми друзьями.

Мир кино же открылся для меня позже, когда мне было лет 9. Конечно, я смотрела фильмы и раньше – боевики с Джеки Чаном и «Иронию судьбы» на Новый Год, но глубокого интереса они не вызывали. Первым фильмом, который вызвал у меня шок, был «Реквием по мечте» Даррена Аранофски. В осенний субботний вечер мой девятилетний мир был завоеван миром кино. Я помню, что это была суббота, потому что брат, с которым я смотрела фильм, сказал: «Что ж, этот фильм вряд ли нам стоило смотреть в субботу ночью». Как оказалось, не зря.

В целом, моя жизнь в родном городке не была насыщена событиями – здесь даже не было кинотеатра, не говоря уже и о театре. Но родители и брат с сестрой всегда старались покупать мне книги и видеокассеты с фильмами. Каждую книгу мама подписывала сама, и первая их читала, а потом засыпала в очках на диване с книгой, но всегда дочитанной. А фильмы же любил отец, особенно советские, а потом после просмотра был грустный. Наверное, очень скучал по тем временам.

В школе я училась всегда хорошо, я была одной из тех прилежных учениц, что не могут себе позволить себе и одной 4. Но я не была поглощена лишь учебой – была в волейбольной и баскетбольной команде школы, участвовала в марафонах. Но моим самым большим увлечением тогда был туристический кружок при школе – «Пилигрим».

Руководителем группы был учитель географии и выглядел он скорее как пьяница – взлохмаченные сальные волосы, которые уже были достаточно седые, серые брюки, которые на нем висели, и удерживал их лишь ремень, белая рубашка с короткими рукавами, а главное очень уставший взгляд и легкий запах алкоголя. Он всегда носил одни и те же ботинки - огромные, похожие на армейские. Однако учителем он был хорошим – давал нам все, о чем знает сам, поэтому и не щадил. Но в кружке он вел себя по-другому, относился скорее как своим детям. И главным правилом для нас было – уважение к природе и друг к другу. В туристическом кружке я научилась многому – ставить палатку, готовить в ведре, завязывать узлы, быть выносливой, но главное – уметь работать в команде и нести ответственность не только за себя.

В основном, с группой мы ездили в близ лежащую страну – Кыргызстан, а также в Меркенские горы, которые находились недалеко от моего городка. Большинство пути мы проходили пешком, а рюкзаки весили по 10-13 кг. Мы находили место для бивака, но перед этим **** говорил: «Запомните, как это место сейчас выглядит, после нашего ухода оно должно быть чище». Через два года, а это несколько 3-4 дневных походов, я получила звание «Юного туриста Казахстана». Летом 2008 года должен был состояться крупный двенадцатидневный поход через Алатауские горы к озеру Иссык-куль в Кыргызстане, но, к сожалению, я не смогла присоединиться  к группе. Так, я больше никогда не возвращалась к профессиональному туризму и вряд ли сейчас смогу завязать хоть один узел. Хоть клятва быть преданным туризму и была отдана.

То лето, было одним из важных в моей жизни. С волнением и трепетом я поступала в школу своей мечты – Республиканскую Физико-Математическую школу в городе Алматы. Экзамены я сдала успешно, и на три года эта школа стала моим домом. Хоть математика и физика занимали весь учебный процесс, именно тогда я открыла для себя много  нового – театр, балет, музеи, многочисленные книжные магазины, но в первую очередь – необыкновенно умных и интересных людей.

Самым важным человеком в школе для меня оказалась учитель русского языка и литературы. Она излучала невероятную энергию и какую-то непостижимую для меня красоту. Она никогда не смотрела на учеников свысока, а очень плавно просвещала, заставляла всегда думать, подвергать сомнению даже ее мнение, ничто не принимать за аксиому. В своих высказываниях она была смелой, смелее, чем это принято здесь, в Казахстане; и учила нас не быть равнодушными к тому, что творится в стране, нашей жизни. Именно тогда я часто стала задумываться о том, что происходит здесь, в обычной жизни обычных людей, а не в той придуманной и пафосной жизни будущего. Будущее же это должно настать 2030 или 2050 году, но даже сам Президент пока в этом не уверен.

К концу отрезка своей жизни как «Школа» я все еще не могла определиться с профессией – родители все лелеяли надежду о моем медицинском будущем, а специальное образование давало мне два общепринятых пути – инженерия и экономика. Я же была где-то между нескольких слоев, как в торте Наполеон. Планы же были не менее амбициозны, чем знаменитый француз. Однако сладкая жизнь не была уготована – я не оправдала, прежде всего, свои надежды при сдаче ЕНТ (аналог ЕГЭ), позже я съедала себя изнутри за то, что в самый решающий день, ради которого училась 11 лет, не смогла внимательно ответить на вопросы. Сейчас же все это кажется мелким и незначительным.

Я вопреки своим надеждам осталась учиться в Казахстане. А другие, как новоиспеченные Гэтсби, поехали покорять мир. Я поступила на экономиста и журналиста, однако решение стать белым воротничком показалось более верным решением. В университете я столкнулась с абсолютно разными людьми, но которые, наверное, и есть настоящие представители современного казахстанского общества – дети богатых, надеющиеся на то, что место «наверху» обеспечено влиятельным родственником, но есть, конечно, и те, кто пытается не погрязнуть в водовороте этой бездумно праздной жизни, которой живет казахстанское потерянное поколение. Многие студенты из моего университета, чаще всего и сами не знают на кого учатся и для чего, хотя уверены в завтрашнем дне.

Хоть мне абсолютно не нравилось мое учебное заведение, я проучилась здесь 2 года. Экономика давалась мне без труда, но я не имела ни малейшего желания посвящать ей свою жизнь, и тогда я поняла, что ничуть не отличаюсь от тех, кого я громогласно критиковала – я также лишь плыву по реке стечений обстоятельств. И лишь недавно решилась поставить стоп на жизни, что была на повторе.

Однако я ничуть не жалею о потраченном времени – на первом курсе я открыла киноклуб при университете, где любой желающий мог посмотреть и обсудить фильмы самых разных режиссеров – от Милоша Формана и Торнаторе до Кубрика и Балабанова. Также я состояла в студенческой организации, которая выпускает свой журнал и устраивает мероприятия для студентов. Это оказалось довольно сложным делом – безвозмездно тратить все свое свободное время, чтобы написать статьи для журнала и допоздна быть на собраниях, где мы думали, чем же удивить своих гостей. Ссоры и споры было неотъемлемой частью работы, когда каждый пытался рассказать о своей идеи и доказать ее уникальность. Работа в студенческой организации научила терпимее относится к мнениям не схожие с моими, что не всегда легко дается.

Одним из поворотных моментов моей жизни было решение изменить свой привычный образ жизни, где и учеба, и друзья, и интересная студенческая жизнь. Задача экономиста – понять общество, человека, и, на мой взгляд, такова и миссия режиссера, только цели разные. Люди мне интересны вовсе не как консьюмеристы, а как личности с эмоциями, желаниями, стремлением к высшему или к низшему. В подростковом возрасте я думала, что я мизантроп – не думала и не хотела понять людей, каждого отдельного человека. Лишь хотелось изменить мир в угоду себе. Годы прошли, и сейчас меня все еще волнует, что движет людьми, как и чем живут; все еще раздражаюсь, переживаю или радуюсь за каждую услышанную историю. Разница сейчас в том, что я поняла – не стоит спешить изменить мир, надо сначала его понять. И это, наверное, и есть любить Человека

 

Оцените пост

0
Дальше