Гении

Эйнштейн! Повезло, что я встречал похожих людей. В 93 году у меня не было обуви, чтобы добраться до музыкальной школы. Приходилось надевать женские сморщенные ботинки и идти сквозь весь город. В ...

Эйнштейн! Повезло, что я встречал похожих людей.

В 93 году у меня не было обуви, чтобы добраться до музыкальной школы. Приходилось надевать женские сморщенные ботинки и идти сквозь весь город. В музыкальной школе урок по специальности кларнет со мной посещал Толик Федосеев. Его костюм был такой же потасканный как мой. Вообще-то он играл на фортепиано, а на совместные уроки приходил дополнительно. Но эти «посиделки» запомнились мне на всю жизнь.

Все дело в нашем преподавателе. Лукман Халилович, учитель музыки, духовик, учил нас «всему шутя… не докучал моралью строгой, слегка за шалости бранил…». Каждый урок для нас, его учеников, был праздником. Мы играли в шахматы, пили чай с вареньем, а когда учитель выходил из кабинета, мы дурачились совершено без страха быть наказанными.

Я прогуливал сольфеджио, историю музыки и уроки фортепиано. Месяцами. Однажды мы с Толиком писали диктант на слух. Он строил музыкальные интервалы совершенно точно, в то время как я даже не мог предположить названия этих музыкальных штук. А потом на уроке специальности Толик на фано по слуху подбирал очередной хит с «Радио Макс» и пробовал исполнить его с вязаных варежках. Брал кларнет в руки и, называя учителя ласково Лукман ГАВРИЛОВИЧ, делал то же самое. Это приводило нас, учеников-шалопаев, в неописуемый восторг.

Уже позже в школе мне повезло учиться в параллельном классе с Сергеем Шевелевым. 95-е годы были «переходными», они заставили меня, к примеру, ненавидеть школу. Я с неохотой вспоминаю то время. С Сергеем мы мало общались, потому как он, как и я, был изгоем, но в отличие от меня, он был гениальным изгоем.

Вспоминаю, как однажды я проходил мимо школы искусств, а в открытом окне появился он. Мы разговорились, и Серый показал мне свои художественные работы. Карандашный портрет Спивакова мне очень запомнился. В то время я еще не знал, кто это такой.

Наша учитель по русскому и литре Светлана Васильевна как-то дала задание отобразить главную мысль произведения Лермонтова «Бородино». Надо было рисовать. Я изобразил «мочилово». А Сергей показал убитого на коне офицера: «Умремте ж под Москвой! … Уж постоим мы головою за родину свою!»

Это было просто и гениально.

Сергей удивительно легко находил решения сложным задачам.  Его мозг был настолько совершенным, что им восхищался сам Марат Амандыкович, учитель физики. Мне же непонятный язык терминов и обозначений ничего не говорил. Я мог лишь интуитивно верит в превосходство Такого мозга.

Оцените пост

0