Габриэль Гарсиа Маркес - 13 фраз о жизни

Диана 2009 M11 26
7688
8
2
0

Вечное в высказываниях великого человека.   Лауреат Нобелевской премии по литературе, 78 лет, Мехико 13 ФРАЗ О ЖИЗНИ 1. Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда я с тобой. 2. Ни один...

Вечное в высказываниях великого человека.

 

Габриэль Гарсиа Маркес

Лауреат Нобелевской премии по литературе, 78 лет, Мехико

13 ФРАЗ О ЖИЗНИ

1. Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда я с тобой.
2. Ни один человек не достоин твоих слез. А те, кто их достойны, никогда не заставят тебя плакать.
3. Только потому, что кто-то не любит тебя так, как тебе хочется, не означает, что он не любит тебя всем сердцем.
4. Настоящий друг - это тот, кто будет держать тебя за руку и чувствовать твое сердце.
5. Наихудший способ грустить о ком-то - это быть с ним и понимать, что он никогда не будет твоим.
6. Никогда не прекращай улыбаться, даже когда тебе грустно, потому что кто-то может влюбиться в твою улыбку.
7. Возможно, в этом мире ты лишь человек, но для кого-то ты - весь мир.
8. Не трать времени на человека, который не желает проводить его с тобой.
9. Возможно, Бог хочет, чтобы мы встречали не тех людей, пока мы не встретим ТОГО ЕДИНСТВЕННОГО. Чтобы, когда это в конце концов случится, мы были благодарны.
10. Не плачь, потому что это прошло. Улыбнись, потому что это было.
11. Всегда найдутся люди, которые сделают тебе больно. Нужно продолжать верить людям, просто быть немного осторожнее.
12. Стань лучше и сам пойми, кто ты, прежде чем встретишь нового человека и будешь надеяться, что он поймет тебя.
13. Не прикладывай столько усилий - все лучшее приходит неожиданно.

 

 

"Правила жизни" для журнала Esquire

Я всегда хотел сочинять мыльные оперы. Для людей вроде меня, желающих единственно, чтобы их любили за то, что они делают, мыльная опера гораздо эффективнее романа.

Нам приходится бороться с окаменением языка. Такие слова, как «народ», «демократия» потеряли свое значение. Всякий, кто может организовать выборы, считает себя демократом.

Я пытался писать сказки, но ничего не вышло. Я показал одну из них моим сыновьям, тогда еще маленьким. Они вернули ее со словами: «Папа, ты думаешь, дети совсем тупые?»

Я стараюсь предотвратить неприятные сюрпризы. Предпочитаю лестницы эскалаторам. Все что угодно — самолетам.

США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей. Мы влияем на Соединенные Штаты так, как они хотели бы влиять на нас.

СПИД лишь добавляет любви риска. Любовь всегда была очень опасна. Она сама по себе — смертельная болезнь.

Проститутки были моими друзьями, когда я был молод. Я ходил к ним не столько заниматься любовью, сколько избавиться от одиночества. Я всегда говорил, что женился, чтобы не завтракать в одиночестве. Конечно, Мерседес (жена. — Esquire) говорит, что я сукин сын.

У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии. Но чтобы написать книгу, нужно было отказаться от работы. Я заложил машину и отдал деньги Мерседес. Каждый день она так или иначе добывала мне бумагу, сигареты, все, что необходимо за работой. Когда книга была кончена, оказалось, что мы должны мяснику 5000 песо — огромные деньги. По округе пошел слух, что я пишу очень важную книгу, и все лавочники хотели принять участие. Чтобы послать текст издателю, необходимо было 160 песо, а оставалось только 80. Тогда я заложил миксер и фен Мерседес. Узнав об этом, она сказала: «Не хватало только, чтобы роман оказался плохим».

Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что все будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.

Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.

У меня был спор с профессорами литературы на Кубе. Они говорили: «Сто лет одиночества» — необычайная книга, но она не предлагает решения«. Для меня это догма. Мои книги описывают ситуации, они не должны предлагать решений.

Я мелкобуржуазный писатель, и моя точка зрения всегда была мелкобуржуазной. Это мой уровень, мой ракурс.

Если бы я не стал писателем, я хотел бы быть тапером в баре. Так я помогал бы влюбленным еще сильней любить друг друга.

Великие бедствия всегда порождали великое изобилие. Они заставляют людей хотеть жить.

Моя задача — чтобы меня любили, поэтому я и пишу. Я очень боюсь, что существует кто-то, кто меня не любит, и я хочу, чтобы он полюбил меня из-за этого интервью.

Оцените пост

2

Комментарии

0
Крутой дед.
0
Жутко позитивный! :)
0
возьму почитать "сто лет одиночества" в хорошем переплете. буду признательно целовать пятки
0
Думаю продавщица в книжном будет польщена такой благодарности!
0
уже сто лет шляюсь по книжным в Алмате. пока нужных пяток не нашел
Показать комментарии
Дальше