Водно-энергетический комплекс Центральной Азии: национальная безопасность и интересы Республики Казахстан

Руслан Жангазы 2011 M01 27
4080
2
1
0

В статье рассмотрены состояние и перспективы развития водно-энергетического комплекса Центральной Азии в контексте реализации и защиты национальных интересов нашего государства в этой сфере

 

Руслан ЖАНГАЗЫ

директор Центра регионального прогнозирования

 

Вода – стратегический ресурс жизнеобеспечения и устойчивого развития для целых регионов мира и населяющих их народов, а уровень обеспеченности ею является первостепенным показателем качества жизни.

В докладе Национального совета США по разведке «Глобальные тенденции до 2025 года: изменившийся мир» отмечается, что международное сообщество в ближайшем будущем столкнется с всевозрастающей вероятностью возникновения конфликтов из-за дефицита ресурсов, в том числе, из-за продовольствия, воды и источников энергии [1].

Существенный конфликтный потенциал накапливается в Центральной Азии в сфере пользования и управления водно-энергетическими ресурсами. Противоречие интересов обуславливается разнонаправленностью видения государствами региона назначения водно-энергетических ресурсов в условиях трансграничного характера их территориального расположения.

Совместное межгосударственное использование указанных ресурсов представляет сложный процесс, требующий взаимных уступок, нахождения компромиссов, а также принятия и соблюдения обязательств.

Однако не всегда удается достичь соглашения, и некоторые республики прибегают к односторонним мерам в водопользовании, что неизбежно влечет, зачастую, неблагоприятные последствия для остальных стран региона.

Так, можно констатировать, что уровень водообеспеченности и водохозяйственная ситуация на территории Республики Казахстан, находящейся в нижнем течении Сырдарьи, зависит от водной политики государств, расположенных выше. Это создает уязвимость позиций и подрывает, в определенной степени, внешнеполитическую безопасность страны и препятствует полноценной реализации ее национальных интересов.

В этой связи формирование согласованного и сбалансированного регионального механизма водно-энергетического регулирования становится первоочередной задачей в рамках реализации Центральноазиатского вектора внешней политики Республики Казахстан и обеспечения ее национальной безопасности.

В статье рассмотрены состояние и перспективы развития водно-энергетического комплекса Центральной Азии в контексте реализации и защиты национальных интересов нашего государства в этой сфере.

 

I. СОСТОЯНИЕ ВОДНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Состояние водно-энергетического комплекса Центральной Азии, в целом, характеризуется следующими параметрами (исходные данные).

1. В бассейне реки Сырдарьи расположены четыре республики Центральной Азии – Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан и Казахстан. Водные ресурсы между государствами региона разделены неравномерно. Около 85% водных ресурсов региона сосредоточено в Таджикистане и Кыргызстане [2].

2. Центрально-Азиатский регион расположен в аридной зоне, в которой без орошения возделывать сельскохозяйственные культуры невозможно. Поэтому почти во всех государствах региона существует и преобладает ирригация, которая требует значительного объема водных ресурсов.

3. В регионе в совокупности имеется достаточно топливно-энергетических ресурсов для обеспечения потребностей на сравнительно отдаленную перспективу. Поэтому основной вопрос стоит не столько в их физическом дефиците, сколько в необходимости создания совместными усилиями условий для эффективного использования имеющегося потенциала с учетом особенностей его территориального распределения.

4. Современный механизм управления водно-энергетическими ресурсами в бассейне реки Сырдарьи не соответствует реалиям времени и не гарантирует их бесконфликтного распределения. Водохозяйственную инфраструктуру бассейна Аральского моря составляет 60 водохранилищ и 45 гидроэлектростанций.

5.Водно-энергический комплекс Центральной Азии обладает крупнейшим энергетическим потенциалом, достигающим по разным экспертным оценкам от 430 до 460млрд. кВтч/год. При этом гидроэнергетический потенциал региона реализуется только на 10 % [3].

6. Центральная Азия обладает примерно 170-180 куб. километров водных ресурсов, из которых на сегодня используется более чем 90%. Отношения между горами и равнинами образуют главный механизм обмена влагой на всей засушливой территории региона. На высотах 3500-4000 метров над уровнем моря расположены вечные снега и ледники. Осадки, накопленные в ледниках, хранятся многие десятилетия и поддерживают сток рек в засушливые годы. В двух горных массивах Тянь-Шаня и Памира, расположены самые крупные ледники и запасы пресной воды в мире.

7. Межгосударственная координационная водохозяйственная комиссия Центральной Азии на сегодняшний день является основным механизмом регулирования водно-энергетической сферы региона.

Таким образом, водно-энергетический комплекс в силу своего значительного потенциала и жизнеобеспечивающей роли для всех без исключения стран региона представляет особый интерес для сотрудничества, вместе с тем в этой сфере имеется ряд нерешенных проблем.

 

1.1. Основные проблемы эффективного развития водно-энергетического комплекса Центральной Азии

 

Состояние водно-энергетического комплекса Центральной Азии определяется наличием ряда факторов, препятствующих его эффективному развитию. В целом, весь комплекс проблем можно сгруппировать в три крупных блока:

  • несовершенство нормативной правовой базы;
  • недостаточная институциональная база;
  • отсутствие эффективного финансово-экономического механизма.
 

Первое. Несовершенство нормативной правовой базы.

Уровень эффективности водно-энергетического взаимодействия государств Центральной Азии напрямую зависит от наличия всеохватывающей, конкретизированной и реалистичной договорной основы сотрудничества.

На сегодняшний день благодаря проделанной соответствующими ведомствами стран региона работе был заложен фундамент для дальнейшего развития нормативной правовой базы в сторону усиления системности, детализации шагов и отказа от декларативных положений.

Предыдущие соглашения были направлены на урегулирование вопросов управления водными ресурсами в бассейне Аральского моря. Уровень и содержание каждого из документов соответствовали реалиям времени заключения. Основные принципы, заложенные  в них, не противоречили международному водному праву и мировой практике.

Вместе с тем, характерно, что не было определено:

- ответственность и обязательства государств за взаимопоставки топливных и энергетических ресурсов в годы различной водообеспеченности;

- источники финансирования реализации совместных мероприятий.

Как следствие, существующие соглашения и ежегодные протоколы не гарантируют надлежащее использование и контроль водных ресурсов, они не охватывают всех аспектов совместного управления трансграничными водами в  регионе. В частности, не гарантируют обеспечение орошаемых земель поливной водой, особенно расположенных в нижнем течении, приток воды в Аральское море, необходимый для поддержания его экосистем, не предотвращают возникновения чрезвычайных ситуаций в бассейне реки Сырдарья в многоводные годы.

Прежде всего, на нынешнем состоянии водно-энергического хозяйства сказывается отсутствие согласованности в ключевых направлениях сотрудничества:

  • политика ведения сельского хозяйства (орошаемого земледелия), направленная на оптимальное распределение и эффективное расходования водных ресурсов, а также поэтапный переход на влагосберегающие и другие прогрессивные технологии;
  • энергетическая политика, направленная на регулирование межгосударственного дисбаланса в потреблении и производстве электроэнергии;
  • политика модернизации существующих и строительство новых объектов водно-энергетического комплекса.

Все вышеперечисленное требует выработки единых принципов реализации направлений водно-энергетического сотрудничества.

Второе. Недостаточная институциональная база.

Как уже отмечалось ранее, водно-энергетическое взаимодействие стран бассейна обрело запутанный, затруднительный для урегулирования характер. В этой сфере пересекаются противоречивые интересы государств, отраслей экономики и международных институтов. Соответственно, при принятии решения наблюдаются определенные перекосы между экономической целесообразностью и политическими отношениями, в сторону последней.

Это обстоятельство предопределило отсутствие эффективного институционального механизма в формате межгосударственной организации, осуществляющей регулирующее неконфликтное воздействие на водно-энергетические отношения между странами региона. Вместе с тем создание подобной структуры – основополагающий вопрос сотрудничества в этой сфере. Она должна обеспечить устойчивую работу всего водно-энергетического комплекса бассейна.

Стабильное и бесперебойное функционирование водно-энергетического комплекса Центральной Азии сейчас зависит от следующих условий:

  • обеспечение выполнения межгосударственных соглашений по эффективному управлению и рациональному использованию водно-энергетических ресурсов;
  • обеспечение выполнения решения Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии по режимам работы водохранилищ;
  • обеспечение выполнения компенсационных поставок топлива и энергии согласно принятым договоренностям.

Реализации первого условия препятствует следующее:

- отсутствие программ региональной экономической интеграции, и недостаточное сотрудничество по повышению продуктивности орошаемого земледелия на основе модели, позволяющей оптимизировать дифференциацию труда в регионе;

- несанкционированное осуществление забора воды для собственных нужд некоторыми транзитными государствами;

- существующие национальные системы гидрологического контроля не обладают эффективными средствами обмена на региональном уровне;

- низкий учет экологических требований в комплексном использовании и охране водных ресурсов бассейнов;

- недостаточность обмена информацией, в первую очередь, гидрометеорологическими данными между странами региона для обеспечения более точных прогнозов водности и улучшения управления трансграничными водными ресурсами.

Реализации второго условия препятствует следующее:

- различные приоритеты стран в отношении совместного использования и обмена водно-энергетическими ресурсами;

- в нарушение ранее заключенных многосторонних соглашений ряд государств бассейна проводили сепарационные переговоры на двусторонней основе для решения сезонных потребностей в ущерб остальным странам;

- возведение новых гидротехнических сооружений, оказывающих негативное воздействие на трансграничном уровне, без согласования с другими государствами бассейна.

Реализации третьего условия препятствует следующее:

- отсутствие механизмов разрешения конфликтов и методов возмещения экономических потерь в результате нарушения соглашений по совместному использованию водных и энергетических ресурсов;

- отсутствие четких квот и лимитов на забор воды в бассейнах, учитывая экологически целесообразные объемы воды в реках, и справедливое и равномерное ее распределение между странами.

Имеющиеся институты регулирования – Межгосударственная координационная водохозяйственная комиссия, бассейновые водохозяйственные объединения «Сырдарья» и «Амударья», а также Объединенный диспетчерский центр «Энергия» – не в полной мере справляются с обозначенными проблемами по объективным причинам.

Все вышеперечисленное актуализирует формирование наднационального института регулирования водно-энергетического сотрудничества.

Третье. Отсутствие эффективного финансово-экономического механизма. Усиленно возрастает потребность в синхронизации и гармонизации национальной водной политики государств Центральной Азии с мерами регионального экономического сотрудничества.

Необходимо понимание того, что даже регулируя сток, невозможно одновременно удовлетворить интересы всех государств, необходим компромисс и гарантированная система компенсаций. В реально существующих условиях в регионе такой компромисс возможен только при условии удовлетворения требований ирригации Казахстана и Узбекистана с осуществлением ими расположенным выше по течению республикам соответствующих компенсационных поставок в эквивалентном объеме в виде угля, пшеницы, топливного мазута, газа, других энергоносителей.

Срывы компенсационных поставок происходят как вследствие неплатежеспособности потребителей топлива и воды, так и по причине несовершенства механизма оценки объемов компенсации.

Наряду с этим не реализуется весьма серьезный потенциал возобновляемых горных энергоресурсов, хотя, по оценке некоторых экспертов, их можно экспортировать в Китай, Индию и Пакистан. Следует отметить, что Таджикистан занимает 8 место в мире по величине потенциала гидроресурсов, но при этом 50% электроэнергии импортирует. Кыргызстан использует свой гидропотенциал всего на 7%.

В то же время большинство водохранилищ было построено более 25 лет назад. На современном этапе они подверглись заилению и их эффективность на 30% меньше, чем планировалось при строительстве. Поэтому существующие крупные гидроэлектростанции нуждаются в обслуживании и модернизации.

Несмотря на перспективность вложения финансовых средств в развитие объектов гидроэнергетики, регион способен удовлетворять более 71% потребности в энергии за счет гидроэнергетики, найти инвестора в такие специфичные проекты достаточно проблематично.

Во-первых, не определен международный правовой статус рек бассейна Аральского моря. Признание трансграничного характера реки Сырдарья означает бесплатное потребление водных ресурсов и необходимость согласование строительства гидротехнических сооружений с остальными странами. На эти условия некоторые страны бассейна не согласны.

Во-вторых, водно-энергетические проекты представляются достаточно капиталоемкими и в некоторых случаях требуемый объем средств превышает ВВП страны в 25 раз, как например, в Таджикистане. Тем самым, требуется внешний источник финансирования на благоприятных условиях, что подразумевает длительный срок, длительный льготный период и относительно низкую ставку.

В-третьих, наблюдается систематическое превышение фактических расходов над запланированными при строительстве водно-энергетических обектов и сооружений, что также не стимулирует инвестиционную активность.

 

1.2. Интересы участвующих в региональном водно-энергетическом взаимодействии сторон

Совокупность участников водно-энергетических процессов в Центральной Азии, условно, можно условно разделить на следующие группы:

  • внутренний контур:

- государства энергетического приоритета;

- государства ирригационного приоритета;

  • внешний контур:

- государства – потенциальные доноры;

- международные институты развития и организации.

1.2.1. Государства энергетического приоритета

Низкий уровень энергетической независимости при наличии значительного гидроэнергетического потенциала обуславливает стремление Таджикистана и Кыргызстана к развитию гидроэнергетики.

С переходом на рыночные отношения эти страны:

во-первых, стали рассматривать свои природные полезные ископаемые как товар, имеющий рыночную стоимость;

во-вторых, стремятся к достижению самообеспечения по потреблению и производству электроэнергии;

в-третьих, стремятся максимально использовать имеющиеся гидроэнергоресурсы.

Позиция Таджикистана. Строительство Рогунской ГЭС в условиях тяжелейшего финансово-экономического кризиса обретает масштаб национальной идеи в Таджикистане. В качестве основного аргумента для разрешения межгосударственных конфликтов на почве распределения водно-энергетических ресурсов Таджикистан выдвигает тезис о необходимости строительства новых гидроузлов, так как в бассейнах каждой из двух основных рек функционируют по-одному крупному гидроузлу с водохранилищем: на реке Сырдарья – Токтогульское, на реке Вахш – Нурекское. В целях эффективного осуществления регулирования стока необходимо возводить новый гидроузел и, тем самым, разделить между новым и старым ирригационный и энергетический режим работ.

Позиция Кыргызстана. В настоящее время Кабинет Министров Кыргызстана сконцентрировался на решении задачи увеличения генерирующих мощностей отечественной гидроэнергетики. Ведется активный поиск инвесторов для строительства новой ГЭС – «Камбарата-2». Стоящая ниже по течению реки Нарын «Камбарата-1» построена уже на 40%, и республика надеется завершить ее строительство за счет собственных резервов. Проект Камбаратинских ГЭС специалистами называется колоссальным и способным резко выправить положение Кыргызстана в части его энергообеспечения.

1.2.2. Государства ирригационного приоритета

Позиция Казахстана. Казахстан заинтересован в гарантированных поставках водных ресурсов в вегетационный период и безопасном режиме работы Нарын-Сырдарьинского каскада в межвегетационный период. Обеспечение вышеназванных аспектов возможно только при согласованном всеми странами бассейна режиме работы водохранилищ Нарын-Сырдарьинского каскада.

Позиция Узбекистана. Вода, согласно нормам международного водного права, должна быть общедоступным ресурсом. В вопросах водопользования из общей реки ни одно из государств не должно иметь привилегий и обладать большим правом по отношению к другим государствам. Узбекистан выступает за признание исторически сложившегося в бассейне каждой конкретной реки положения дел в области межгосударственного вододеления и водопользования. При этом действия одного государства не должны причинять ущерб другому.

Следует отметить, что в многолетнем регулировании стока с Токтогульским водохранилищем заинтересованы все страны бассейна реки Сырдарьи.

 

Государства – потенциальные доноры

Государства, проявляющие интерес к проектам развития водно-энергетических ресурсов в Центральной Азии – США, ЕС, Китай, Россия, Иран, Индия.

Как правило, внешние силы имеют не столько коммерческий, сколько геополитический интерес к проектам развития водно-энергетического комплекса Центральной Азии. Речь идет, скорее, о конкуренции между региональными державами за наращивание своего присутствия и влияния в регионе.

Международные институты развития и организации оказывают содействии в развитии регионального сотрудничества и выступают в качестве арбитра в сложных межгосударственных процессах по регулированию водно-энергетических ресурсов бассейна. Также они осуществляют разработку технико-экономического обоснования, консалтинговую, аналитическую, техническую и финансовую поддержку проектам.

Наиболее крупные среди них – Всемирный Банк, Азиатский Банк Развития, Исламский Банк Развития, Европейский Банк Реконструкции и Развития, ЮСАИД, Глобальный экологический фонд.

 

II. ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВОДНО-ЭНЕРГИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ


Дальнейшее развитие сотрудничества и углубление взаимодействия в водно-энергетической сфере требует дополнительных усилий от всех заинтересованных сторон – государств, межгосударственных интеграционных структур, международных институтов развития, неправительственных организаций.

На современном этапе основные договорные процессы по водно-энергетической тематике развиваются в рамках Евразийского Экономического Сообщества и Международного фонда спасения Арала.

Несмотря на наличие принципиального согласия на уровне Глав государств ЕврАзЭС касательно необходимости разработки взаимовыгодного и сбалансированного механизма регулирования водно-энергетических процессов в Центральной Азии, обсуждение и согласование предложений по данному вопросу обрело затяжной характер.

В этих условиях Республика Казахстан в интересах национальной безопасности и укрепления регионального лидерства способна усилить и активизировать работу в водно-энергетической сфере.

В целом, на сегодняшний день представляется целесообразным развивать указанную деятельность по двум направлениям:

  • внешнее направление – дальнейшее усиление внешнеполитических и дипломатических мероприятий, направленных на создание эффективного механизма водно-энергетического регулирования в Центральной Азии;
  • внутреннее направление – дальнейшее продолжение водохозяйственных и водоохранных мероприятий, направленных на повышение регулирующей возможности гидротехнических сооружений Республики Казахстан.
 

2.1. Дальнейшее осуществление внешнеполитических и дипломатических мероприятий, направленных на создание эффективного механизма водно-энергетического регулирования в Центральной Азии

Основываясь на нормах и положениях международного водного права, необходимо целенаправленно и методично реализовывать доктрину общности интересов, которая рассматривает реку как одну гидрологическую единицу, управление которой должно осуществляться как единым целым. Согласно этой доктрине международного водного права, каждое государство в пределах бассейна имеет право предпринимать действия против любого другого государства бассейна, если это государство может оказать воздействие на ресурс без сотрудничества и разрешения его соседей.

На сегодняшний день имеется понимание того, что долгосрочный и эффективный механизм водно-энергетического регулирования должен быть основан на учете интересов каждой из сторон, а именно потребностей государств нижнего течения в воде и верхнего течения в энергетических ресурсах.

Регулятивный механизм по характеру должен быть комплексным и основываться на принципах международного водного права и, возможно, целесообразно дополнить его с учетом региональных особенностей.

Для эффективной координации водно-энергетическими процессами, видимо, необходима наднациональная структура, способная регулировать их как по горизонтали, так и по вертикали.

Содержательная часть работы состоит в осуществлении политических мероприятий по дипломатическим каналам:

  • самостоятельно – Казахстан на базе наработанного международного авторитета оказывает определенное воздействие на Узбекистан с целью выработки единой позиции государств ирригационного приоритета (среднего и нижнего течения);
  • на двусторонней основе – Казахстан инициирует проведение взаимных консультаций всех государств региона и на основе согласованной позиции государств ирригационного приоритета проводит паритетные переговоры с государствами энергетического приоритета;
  • на многосторонней основе – Казахстан реализует потенциал председательствующего государства в интересах разрешения водно-энергетических конфликтов в рамках ОБСЕ, ШОС, СВМДА, ЕврАзЭС, ОИК с этой целью в указанный период «выходит» на международные институты развития и организации с конкретными и согласованными предложениями по участию в софинансировании проектов.

В рамках вышеуказанных мероприятий целесообразно:

1. Дальнейшая интенсификация работ по созданию Международного водно-энергетического консорциума Центральной Азии.

2. Проникновение в гидроэнергетическую инфраструктуру интересующих государств путем инвестирования и софинансирования этих объектов с целью обеспечения благоприятного для Казахстана режима работы гидроузлов.

3. Инициирование организационного укрепления региональных органов Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии с расширением их полномочий и обязательств.

4. Разработка и реализация комплексной региональной инвестиционной программы по совместному развитию и интегрированному управлению водно-энергетическими ресурсами.

5. Привлечь в эту работу представителей национальных институтов развития.

 

2.2. Дальнейшее продолжение водохозяйственных и водоохранных мероприятий, направленных на повышение регулирующей возможности гидротехнических сооружений Республики Казахстан

 

Особую актуальность для Казахстана представляет формирование государственного реестра объектов национальной критической инфраструктуры, куда следовало бы включить и крупные гидротехнические сооружения.

Во избежание возникновения трансграничных конфликтов, серьезных осложнений в части управления водными ресурсами, а также наведения порядка в вододелении, лимитировании и учете воды целесообразно развивать собственную водно-энергетическую инфраструктуру. Эти мероприятия позволят снизить зависимость от водной политики и позиций государств верхнего и среднего течения, а также повысить водообеспеченность орошаемых земель.

В рамках продолжения водохозяйственных и водоохранных мероприятий целесообразно развивать работу по двум направлениям:

  • возведение новых гидротехнических сооружений;
  • повышение регулирующих возможностей имеющихся объектов.
 

В рамках первого направления:

- продолжение строительства Коксарайского противопаводкого контррегулятора;

- рассмотреть возможность возведения дополнительных резервных емкостей.

В рамках второго направления:

- улучшение пропускной способности речных гидротехнических сооружений и самой реки, что должно привести к повышению управляемости потока воды на нашей территории;

- осуществление сезонной очистки русла рек при ледоставе.

 

III. ИНТЕРЕСЫ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН


Национальные интересы Республики Казахстан формируются на основе обеспечения комплекса безопасности и развития государства.

В целях формулирования национальных интересов целесообразно рассмотреть основные группы угроз в контексте вопросов водно-энергетического комплекса Центральной Азии.

Угрозы внешнеполитической безопасности – водные ресурсы превратились в инструмент оказания внешнеполитического давления при принятии решений.

Угрозы гуманитарной безопасности – противоречие в сезонных потребностях в водных ресурсах и требованиях к гидрологическому режиму рек со стороны электроэнергетики и ирригации приводят к тому, что в зимние периоды происходит затопление части территории Казахстана в связи с переходом на энергетический режим работы водохранилищ государств верхнего течения.

Угрозы экологической безопасности – функционирование крупных гидротехнических сооружений (плотины, водохранилища, дамбы) нарушает баланс экосистемы бассейна и прилегающей территории.

Угрозы продовольственной безопасности – перманентный риск потери урожая сельскохозяйственных культур земледельцами, использующих воду для нужд производства продукции сельского хозяйства, терпят экономические убытки из-за ее дефицита.

 

* * *

 

Использованная литература:

1. www.dni.gov/nic/NIC_2025_project.html

2. Винокуров Е.Ю. Инвестиции и сотрудничество в гидроэнергетике Центральной Азии/Континент партнерства. Сентябрь 2007,. С. 42.

3. Там же.

Статья опубликована в информационно-аналитическом журнале "Analytic" #3, 2010

Оцените пост

1
Дальше